Поиск по сайтуВход для пользователей
Расширенный поискРегистрация   |   Забыли пароль?
Зачем регистрироваться?
ТелепередачаAlma-materКлубКонкурсыФорумFAQ
www.umniki.ru / Клуб / Игра "Мир зеркал" /
  
  
 

11:42 12 Августа 2016 - clblalackvirgi

rolex Yacht-Master II replica watches [b]swiss replica watches[/b] [b][url=htt

  Читать далее

 
ИГРА "МИР ЗЕРКАЛ"
Эйзоптрос - архив 17
 

Пишут Алина, Ксанф, ЛХ. 14.09.13

На следующее утро Алина пришла в больницу. Ксанф встретил ее возле палаты Ларса и сообщил, что все готово для перевозки.

Через пару часов они уже были на месте. Оставив необходимые инструкции, доктор вернулся в больницу.

Девушка распахнула окно, впустив в комнату золотистый августовский воздух. Пахло яблоками и костром.

- Здесь тебе будет хорошо, Ларс, - она обернулась к нему, - и я буду приходить к тебе каждый день, - улыбнулась тепло.

- А сейчас ты останешься?

- Да, конечно, я побуду с тобой, пока Ксанф не вернется. Потом пойду домой.

- Хорошо, - улыбнулся Ларс.

- Чем займемся? - Алина присела на подоконник.

- Какие у тебя предложения?

- Никаких. Я так рада, что ты здесь со мной, или я здесь с тобой, - она рассмеялась, - что у меня нет никаких предложений. Я легко могу с тобой даже молчать.

Он протянул ей руку.

Она легко спрыгнула с подоконника, подошла к Ларсу и нежно коснулась его пальцев.

Он потянул ее к себе, вынуждая сесть на кровать рядом.

Она присела и повернулась к нему вполоборота, наклонив голову набок.

- Ларс?

- У меня ощущение, что я только вынырнул из проруби. Дышать тяжело.

Она молча наклонилась к нему и легко коснулась губами его губ.

Он ответил на её поцелуй с такой страстью, как если от него зависела его, Ларса, жизнь.

- Ты почти здоров, - улыбнулась она, глядя на него сияющими глазами.

- Ты - мой воздух, - он снова попытался поцеловать ее.

Она обняла его, чувствуя под ладонями прохладу его шелковой рубашки.

- А ты - мой.

- Не исчезай больше так, ладно? - попросил он, обняв ее в ответ и поцеловав в макушку, - если я тебе надоем, просто скажи. Я пойму, обещаю.

- Даже не мечтай, - улыбнулась она. - Я никуда от тебя не уйду и надоем тебе быстрее. Только ты тоже скажи об этом сразу. Договорились?

- Я не скажу.

- Почему? - она посмотрела ему в глаза серьезно.

- Ты... - он вдруг замолчал.

Ларс до боли закусил губу: начинать этот разговор ему совсем не хотелось, но если бы он промолчал, это было бы подлостью по отношению к Алине.

- Тебе нужно серьезно взвесить все "за" и "против", понимаешь? Я не думаю, что ты мечтала когда-нибудь все свое время на неопределенный срок посвятить выхаживанию инвалида. Причем того, кто мучил тебя и твою семью. Сейчас будет проще всего. И для тебя, и для меня. Боюсь, у самого меня не хватит сил сказать тебе "уходи". Я даже не знаю, смогу ли пережить, если ты сама скажешь, что решила уйти. Но это твое будущее. Твоя жизнь.

- Я даже мечтать не могла, что когда-нибудь на неопределенный срок смогу посвятить все свое время человеку, который будет для меня дороже жизни, - она прислонилась лбом к его плечу. - Я понимаю, о чем ты говоришь. Но для меня нет "против". Все, что связано с тобой, Ларс, для меня только "за". Я даже не знаю, смогу ли я уйти, если ты когда-нибудь попросишь меня об этом, - она подняла на него глаза, полные слез. - Но ты должен пообещать мне, что скажешь, когда я тебе надоем. Я сама не замечу.

- Ты точно мне не надоешь, пуговица, - улыбнулся он, - я последнее, что помню, прежде чем потерял сознание тогда, сожаление о том, что мы так и не успели поговорить.

- А что ты хотел сказать мне тогда? - встревоженно спросила Алина.

- Хотел узнать, что я сделал не так, что ты ушла.

- Ты все сделал правильно, - она обняла его лицо ладонями и поцеловала. - Просто я тогда была очень глупой.

- Если бы я только мог снять тебя с крючка ЦРУ. Знаю, какая для тебя пытка быть одной из нас.

- Понимаешь, - она выпрямилась и задумалась на секунду, словно подбирая слова, - теперь все изменилось. Я сама не заметила, когда это произошло. Раньше работа на ЦРУ была вопросом принципа, а сейчас для меня все это не имеет никакого значения. Важен лишь ты.

- Это большая ответственность для больного человека, знаешь ли, - улыбнулся Ларс.

- Мы справимся, - улыбнулась она в ответ.

Он снова притянул её к себе.

- Ларс, поцелуй меня, - едва слышно произнесла она.

Он осторожно едва коснулся ее губ.

- Я приготовлю тебе чай, - она вздохнула немного разочарованно.

- Спасибо, - сказал он, немного растерявшись от такой внезапной перемены.

Стоило ей уйти на кухню, он догадался, в чем было дело: она слишком долго его ждала. Разочарование было неизбежно. Он не тот, кто ей нужен. Кровь прилила к лицу. Стало трудно дышать от отчаяния и боли. Он отвернулся к стене.

Поставив чайник на плиту, Алина так и застыла, забыв разжечь огонь.

Он не любит ее. Испытывает только благодарность. Заботится, как о брошенном одиноком ребенке. И так будет всегда. Ему нужна другая, к которой бы он испытывал настоящие чувства и страсть.

Она вернулась в комнату без чая. Ларс лежал, отвернувшись к стене. Она решила, что он спит, и опустилась на пол рядом с кроватью.

- Я для тебя только ребенок, - тихо повторила она сама себе. - Глупый ребенок.

Он обернулся.

На глазах его были слёзы.

- О чём ты?

Она вздрогнула.

- Мне кажется, что тебе скучно со мной. Ты относишься ко мне, как к младшей сестре, о которой вынужден заботиться, - Алина сделала паузу, и медленно повернулась к нему. Увидев лицо Ларса, мгновенно позабыла все слова, которые еще минуту назад крутились в ее голове. Бросилась к нему, обняла крепко, - Ларс, я люблю тебя. Я просто тебя очень-очень люблю.

Он обнял ее в ответ.

- Я не могу заботиться о тебе. Я даже не знаю, смогу ли заботиться о себе в ближайшие несколько лет. Но про сестру ты напрасно сказала.

- Почему напрасно?

- Потому что это не так.

- А как это?

- С того самого момента, когда я впервые увидел тебя. Испуганную, расстроенную, но при этом прекрасную, жизнь моя перестала принадлежать мне, - ответил Ларс.

- Правда? - она посмотрела на него недоверчиво.

- Это было не очевидно?

- Для меня это не очевидно даже сейчас, - она улыбнулась смущенно. - Просто ты никогда ничего не говорил об этом, - добавила робко.

- А что ты подумала, когда впервые увидела меня?

- Я подумала, что ты очень сильный, - она улыбнулась. - Помнишь, как ты переносил меня вместе со стулом?

- Нет, не помню, - он улыбнулся в ответ.

- Ларс, подожди секунду, - Алина вскочила и исчезла за дверью. Вернулась с креслом на маленьких изящных колесиках. - Смотри, что я нашла у доктора в прихожей! Давай немного погуляем в саду, пока солнце еще не зашло.

- Я же тяжелый, глупая, - рассмеялся тот ее затее, - тебе меня не поднять. Лучше доктора дождаться.

- Ларс, ну пожалуйста, - она сложила ладони в мольбе, - давай хотя бы попробуем. Представь, если у нас получится, мы сможем гулять в любое время. И не будем беспокоить доктора. Давай я тебе помогу, - Алина подкатила кресло вплотную к кровати, осторожно опустила ноги Ларса вниз, помогла ему сесть. - А теперь на счет три ты пересядешь на кресло. Готов?

Он кивнул, сжав зубы при этом в предчувствии боли.

- Потерпи немножко, хороший мой, - она быстро поцеловала его в щеку, взяв под руки, - обопрись на меня, смелее.

В итоге им удалось осуществить задуманное.

Сад утопал в золотом свете вечернего солнца. Виноград оплетал беседку, черные гроздья отливали рубином.

Алина поправила плед на коленях Ларса и присела на ступеньки беседки напротив.

- Ты будешь смеяться, но я всегда мечтала, что когда вырасту, то у меня будет большой дом с виноградником. И каждый год в августе, мы будем собирать его в огромные корзины, а потом весело давить ногами в глубоком чане и делать самое вкусное вино в Мире.

- У вас дома был виноградник?

- Нет, - она грустно улыбнулась, - это же мечта. Она отвлеченная совершенно.

- А на юге ты бывала?

- Нет, - Алина покачала головой, - ни разу.

- А куда бы ты хотела поехать, если бы появилась возможность?

- На море. Чтобы волны бились о скалы и чайки кричали, - она мечтательно посмотрела на небо, словно хотела увидеть там белых птиц.

- Восток, в таком случае, - улыбнулся Ларс.

- А ты о чем мечтаешь?

- О море...

- Правда? - глаза ее вспыхнули радостно, - но почему?

- Мне хорошо на море. Спокойно.

- Расскажи, какое оно.

- Оно каждый день разное. Иногда хмурое, иногда ласковое. Но всегда прекрасное. Ты умеешь плавать?

- Да, - она улыбнулась, - это то, что я делаю даже лучше Тира.

- Когда поедем на море, сможем поплавать наперегонки.

- Мы поедем с тобой на море? - она вскочила и обняла Ларса в порыве. - Спасибо тебе, спасибо!

- У меня есть дом на побережье. Если не хочешь ждать, можешь прямо сейчас поехать одна. Отдохнуть. М? - он обнял ее в ответ и погладил по волосам.

- А с кем же я тогда буду плавать наперегонки? - она удивленно посмотрела на него и театрально нахмурилась. - Нет, этот вариант мне не подходит, - улыбнулась и прильнула к его плечу. - Мы поедем на море вместе.

- Договорились, - он улыбнулся печально.

- На следующее лето, - сказала она твердо. - Вот увидишь, Ларс.

- Конечно.

 

 

Ксанф нашел Ларса и Алину на террасе в саду.

- Добрый вечер! Ну как устроились?

Ларс кивнул сдержанно.

- Все хорошо, - Алина улыбнулась благодарно, - спасибо Вам, доктор.

- Как Вы себя чувствуете? - обратился Ксанф к Ларсу.

- Хорошо, спасибо, - Ларс взял Алину за руку.

- Замечательно, - доктор улыбнулся устало. - Я принес продукты, сейчас приготовлю ужин. Останетесь с нами, Алина? Я обязательно провожу Вас потом до самого дома.

- Хорошо, спасибо, - Алина едва заметно сжала ладонь Ларса. - Я могу помочь Вам с ужином, - слегка улыбнулась, - если Вы скажете, что надо делать.

Ларс едва заметно прикусил нижнюю губу при этих ее словах, но ничего не сказал.

- Буду очень благодарен.

Через пару минут девушка уже ловко нарезала салат и помогала доктору с отбивными.

- Что скажете, Алина? Как здесь Ларсу? Как он воспринял переезд?

- Мне кажется, ему здесь хорошо,- медленно ответила Алина. - лучше, чем в больнице. У Вас очень светлый дом.

- А как Вы поняли, что ему лучше? Что -то изменилось в поведении?

Алина смутилась.

- Он стал чаще улыбаться.

- Глядя в Ваши сияющие глаза, невозможно не улыбнуться, - заметил Ксанф. - Мне кажется, не стоит оставлять Ларса одного. Отнесите салат, а с остальным я сам справлюсь.

- Хорошо, - Алина точно только и ждала этого, быстро схватила со стола салатник и убежала в комнату к Ларсу.

Он сидел в кресле возле большого книжного шкафа и перелистывал какую-то книгу.

- Скоро будем ужинать, - Алина поставила салатник на стол, подошла к Ларсу, присела перед ним на корточки. - Интересная книжка?

- Не очень, - Ларс показал ей обложку, на которой было написано "Анатомический атлас".

- О нет, - рассмеялась она, - только не это.

- У доктора весьма специфическая библиотека, вынужден признать, - пожал плечами Ларс, - а ещё я нашел вот это, - он протянул Алине засушенный фиолетовый цветок.

- Спасибо, - Алина поцеловала Ларса в щеку легко. - Но, наверное, стоит положить все это обратно. Вряд ли этот цветок предназначался посторонним.

В эту минуту в комнату вернулся доктор, в руках у него был поднос, уставленный тарелками. Увидев, что читает его пациент, Ксанф нахмурился, но тут же перевел взгляд на цветок в руках у девушки и улыбнулся.

-Удивительно, как может менять цвет растение, - заметил он. - Раньше он был сапфировым.

- А что это? - спросил его Ларс, - я не видел ни разу в столице такого.

- Простите нас, доктор, - Алина немного смутилась, - не следовало трогать Ваши вещи.

- Гиацинт синий. Ничего страшного, Алина. Чувствуйте здесь себя как дома.

Алина помогла доктору расставить тарелки и блюда.

Ксанф остановил Алину, когда она собралась уже взяться за кресло Хоода.

- Думаю, Вам будет удобнее сидеть на стуле, - и он указал на место в трех шагах от Ларса.

Ларс встал осторожно и сделал неуверенно пару шагов в сторону стола.

Следующие несколько шагов дались ему легче.

Алина стояла рядом, следя за Ларсом светящимися глазами. Когда он сел, она тут же придвинула свой стул поближе и незаметно слегка сжала его ладонь.

За ужином речь зашла о книгах, Ксанф живо интересовался предпочтениями Алины и Ларса.

Когда ужин закончился, Алина помогла Ксанфу убрать со стола и стала прощаться.

Доктор деликатно вышел на кухню, якобы забыв там что-то, но предварительно вызвался проводить девушку домой.

- Я приду завтра, - Алина обняла Ларса. - Буду скучать без тебя, - и, чуть приподнявшись на носочки, шепнула ему на ухо, - люблю.

Он обнял ее в ответ и поцеловал в макушку.

- И я буду скучать.

Доктор вернулся только через пару минут. Убедившись, что Ларс, провожая их, благополучно добрался до кресла у книжного шкафа, он кивнул ему и отправился провожать Алину.

 

Пишет Сильвия.21.09.13

Еще несколько дней Сильвия делала вид, что занимается проектом для герцога, хотя на самом деле всё уже было закончено. Со дня на день в город должен был вернуться Кристобаль, и Сильвия с нетерпением ждала его возвращения. Ей очень хотелось подождать еще несколько дней, но начальник требовал скорейшего представления проекта герцогу. В результате Сильвия уступила, и теперь с утра ждала заказчика в офисе.

Кристиан осторожно постучал в дверь.

Сильвия отвлеклась от своих чертежей, чтобы открыть гостю дверь.

- Здравствуйте! Проходите, пожалуйста, - Сильвия жестом указала на стул.

- Добрый день, госпожа Рейес, - улыбнулся доброжелательно Кристиан.

Сильвия села на свое место за рабочим столом и передала Кристиану папку со всеми чертежами, схемами и подробным описанием проекта.

- Здесь вся документация, - ответила она. - Я постаралась учесть все ваши пожелания. Надеюсь, что итоговый проект вам понравится.

Кристиан рассеянно полистал страницы и смущенно пробормотал:

- Я не совсем понимаю все эти слова и схемы. Не могли бы Вы мне объяснить?

- Основная сложность в том, что участок по форме представляет собой неправильный шестиугольник. Дом расположен в левом верхнем углу, если смотреть со стороны главных ворот. Справа от ворот забор по диагонали уходит в глубину участка, а затем снова идет параллельно дому, образуя наиболее отдаленную часть участка. Здесь я решила расположить так называемый "уголок уединения", это искусственный пруд, вокруг него полукругом располагаются качели и мягкие диваны с подушками, все это под навесом и отделено от посторонних глаз деревьями и кустарниками. Далее, - продолжила Сильвия, - от главных ворот к дому ведет дорожка из камня, вокруг дома цветы, их лучше расположить вот так - Сильвия указала на схеме соответствующие места. - С другой стороны, где второй выход из дома, располагается беседка, рассчитанная на большую компанию, она также окружена цветами и живой изгородью. Место, где забор по диагонали уходит в глубь участка, я предлагаю отвести для конюшни. Лучше всего провести условные линии, которые образуют прямой треугольник, - она сделала соответствующие метки карандашом на схеме, - вот так. Это будет конюшня и получится, что вход сюда со стороны улицы будет скрыт деревьями. Пожалуй, это все, если кратко. Ах, да! - чуть не забыла Сильвия - По периметру всего участка вдоль забора - дорожка из гравия для прогулок.

- Мне бы хотелось, чтобы Вы добавили искусственный водопад, а конюшни скрыли от глаз гостей и хозяйки пышными кустами и деревьями. Это можно?

- Конюшни будут скрыты, вот, смотрите, - Сильвия указала на чертеж. - Вокруг лучше всего сделать высокую живую изгородь, к тому же участок большой, поэтому зона отдыха будет далеко от конюшни. Что касается водопада, - Сильвия внимательно посмотрела на свои чертежи, - его можно сделать в "уголке уединения", но в этом случае место уже нельзя будет назвать абсолютно тихим. Хотя многим нравится именно журчание воды. Также его можно сделать перед беседкой, рядом с поляной для отдыха.

- А сам дом?

- Здесь я могу только предложить основные направления и некоторые идеи, - ответила Сильвия. - Как мы с вами договаривались, внутренний интерьер должен быть согласован с вашей сестрой. Сейчас я могу предложить вот что, - она перевернула несколько листов в папке. - Начнем с первого этажа. Со стороны запасного входа я предлагаю построить небольшую веранду, с мягкими креслами и качелями, также можно поставить стол, чтобы летом обедать на свежем воздухе. Зал можно оформить в классическом стиле, но лучше всего убрать дверь, соединяющую его с кабинетом. Сам кабинет преобразовать в библиотеку, но оставить около окна рабочее место. Столовую предлагаю оформить в светлых тонах и избегать массивной мебели. Я бы порекомендовала ограничиться небольшим обеденным столом максимум на шесть персон. Что касается второго этажа, то здесь тоже необходима перепланировка. Изначально здесь были две очень большие спальни. Лучше всего одну комнату разделить на две спальни для гостей, они получатся оптимального размера. Другая комната - спальня вашей сестры - тоже слишком большая для молодой девушки, поэтому я считаю, что необходимо в левой ее части установить перегородку, за которой будет гардеробная комната с большими зеркалами.

Кристиан рассеянно улыбнулся.

- Это была ошибка.

Сильвия мгновение ничего не спрашивала, надеясь, что он продолжит. Но Кристиан молчал, поэтому Сильвии пришлось уточнить:

- Простите... но что именно не так?

- Это Вы простите, - совсем смутился герцог, -я скажу, если пообещаете не сердиться.

- Я не буду сердиться, это моя работа: предложить концепцию и выслушать замечания заказчика. Потом исправить все в соответствии с вашими требованиями.

- Мне стыдно, - признался, краснея Кристиан, - я все прослушал. Ваш голос... Музыка... Я слышал только его звучание, но из смысла ничего не запомнил.

- Ничего страшного, - Сильвия изо всех сил пыталась оставаться дружелюбной, хотя на самом деле внутри все кипело от злости. Она полчаса рассказывала ему о своем проекте, а он просто ее не слушал! - Здесь все подробно описано, - она положила перед Кристианом папку. - Вы сами сможете разобраться.

- Простите, - Кристиан, казалось, готов был провалиться сквозь землю, - я разберусь сам, конечно. Вы только не подумайте, что мне не интересна Ваша работа. Я очень ценю то, сколько Вы усилий на неё потратили.

- Спасибо! Главное, чтобы вашей сестре понравилось.

- Ей не может не понравится такая красота! - воскликнул Кристиан, но тут же спохватился, предполагая, что Сильвию такая бурная реакция может неприятно задеть. Он уже знал, что его деревенскую простоту и открытость столичные жители принимали за лицемерие и грубость, но научиться более тонко выражать свои эмоции ещё не смог. Он видел, что Сильвия кривится о его слов, но чем больше пытался доказать чистоту своих намерений и помыслов, тем сильнее увязал в трясине двойного-тройного-четверного подтекста. Это приводило его в отчаяние.

-Если ваша сестра захочет поручить мне дальнейшую отделку дома и выбор мебели, то лучше всего мне с ней встретиться и все обсудить лично. Если, конечно, есть такая возможность.

- Хорошо, - улыбнулся молодой человек.

Сильвия улыбнулась в ответ.

- Чем могу быть еще вам полезной?

- Покажите мне город? - набравшись храбрости, попросил Кристиан.

Сильвия не знала, что ответить на это. На первый взгляд, скромный молодой человек... оказался таким дерзким.

- Я не могу вот так просто уйти с работы, чтобы показать вам город. К тому же, хочу сразу вас предупредить - я замужем, чтобы впоследствии не было никаких недоразумений, - добавила она неуклюже.

- Я знаю, - смутился Кристиан, - но я не имел в виду ничего такого, что могло бы быть неправильно истолковано. Правда. Если же дело только в работе, я могу договориться с Вашим начальством.

Ей неудобно было отказывать герцогу.

- Хорошо, я не против.

- Спасибо! - Кристиан зарделся от счастья, - когда Вам будет удобно, день, час?

- Мне все равно, можете сами выбрать время. Если вы действительно хотите попросить об этом моего начальника, то лучше, конечно, в рабочее время , - она лукаво улыбнулась.

- И лучше в первой половине дня, чтобы Вы потом могли пораньше оказаться дома, да? - попытался угадать Кристиан.

- Я так не говорила, - Сильвия почувствовала укол со стороны собеседника.

- А если это будет пятница? - спросил Кристиан, явно не заметив, что расстроил девушку, - мне бы хотелось, чтобы Вы тоже отдохнули.

- Давайте в пятницу, - согласилась Сильвия. - Что хотите увидеть?

- Хочу увидеть город глазами дизайнера, - ответил он.

- Тогда уж скорее архитектора, - улыбнулась Сильвия. - Можем посмотреть центральные улицы, парк. И, как дизайнер, могу показать вам несколько интересных с этой точки зрения особняков.

- Это было бы замечательно!

- Тогда до пятницы?

- Я буду с нетерпением ждать!

***

В пятницу Сильвия решила прийти пораньше, чтобы успеть поработать с утра. Кристиан же пришел точно в назначенный час.

- Добрый день, - поприветствовала она его. – Одну секундочку, и можем идти. - Она принялась быстро рассортировывать по папкам свои чертежи и рисунки.

Он терпеливо ждал её, с любопытством разглядывая обстановку.

Сильвия сложила в ящик бумаги, закрыла его на ключ, взяла свою сумочку и обратилась к своему подопечному:

- Теперь все, можем идти.

Они двинулись по центральным улицам. Сильвия плохо знала историю городской архитектуры, но в целом смогла рассказать гостю об основных стилях. В этот час было малолюдно, и поэтому они смогли в полной мере насладиться красотой столицы.

- Я вижу, вас немного смущает такое количество зеркал, - произнесла Сильвия, мимолетом взглянув в одно из них. - Но к этому быстро привыкаешь, хотя они с трудом вписываются в городскую архитектуру.

- Если честно, они меня пугают. Иногда я ловлю себя на мысли, что если убрать все зеркала, в столице останется всего несколько человек.

- Может быть, в этом есть доля истины, - согласилась Сильвия. - По крайней мере, у каждого человека не будет по семь отражений.

- А Вы сами родились в столице?

- Да.

- А много путешествовали за свою жизнь?

- Нет, всего несколько раз.

- Вам не нравится путешествовать? - удивился Кристиан.

- Почему же, нравится. Просто не всегда получается из-за работы. А вы, видимо, любите путешествовать, раз завели разговор на эту тему?

- Да, - он смутился и покраснел, - у меня была такая возможность.

- Это же прекрасно! Расскажите о своем путешествии, где вы были?

- На востоке и юге в основном, - Кристиан заметил чудесное кафе с увитой зеленым еще плющом верандой, - может сделаем перерыв на чашечку кофе и мороженое с эклерами?

- Я не против, - согласилась Сильвия. - Вы по работе путешествуете?

- Нет, конечно, - Кристиан несколько мгновений колебался в нерешительности прежде, чем позвать официанта, чтобы сделать заказ. Ему явно нелегко давалась роль хозяина жизни, - добрый день. Принесите нам меню, пожалуйста.

Официант, словно почувствовав его неуверенность, хмыкнул высокомерно и удалился.

- Я всегда море увидеть хотел. Никак не мог представить как это вода без конца и края. А потом путешествовал по побережью на юг.

- А я никогда не видела море, - Сильвия взяла меню, принесенное официантом. - Вы только по побережью путешествовали, не выходили на корабле в открытое море? Это ведь с суши кажется, что море не имеет границ. Но ведь есть же другой, противоположный берег. Хотелось бы увидеть, что там...

- Нет, - Кристиан покачал головой, - оказалось, что у меня таласофобия. Слишком много воды, - он рассмеялся смущённо, - как представил, что окажусь в западне на маленькой хрупкой скорлупке корабля... Бррррр, - он поёжился смешно.

- И вы даже ни разу не искупались в море?!

- Искупался, конечно, - улыбнулся Кристиан, - купаться мне нравится.

- Тогда вы сможете преодолеть страх перед плаванием на корабле в открытом море.

- Ну уж нет! - нахмурился он, - а Вы неужели не боитесь?

- Не боюсь, - ответила Сильвия. - Даже, наоборот, мечтаю когда-нибудь отправиться в морское путешествие.

- Какая Вы храбрая! - восхищенно покачал он головой.

- Не забывайте: я ни разу не видела море! - она закрыла свое меню. - Пожалуй, я закажу только овощной салат и воду. Вы уже выбрали?

- А сладкое? - удивился Кристиан.

- Спасибо, но мне не хочется.

- Я буду то же, что и Вы.

Официант принес заказанные блюда. Сильвия с удовольствием принялась за свой салат, надеясь, что ее собеседник прервет затянувшееся молчание.

- А Вы давно работаете дизайнером?

- Почти 10 лет, - ответила Сильвия. - За это время удалось поработать над несколькими крупными городскими проектами.

- Ничего себе! - восхитился Кристиан, - Вы же такая юная!

- Ну вот, теперь вы можете понять, сколько мне лет! Зря я сказала про свой стаж работы.

- У истинной красоты нет возраста, - с жаром сказал Кристиан, - Вы просто прекрасны.

- Спасибо! - Сильвия смахнула невидимую пылинку со стола. - Но вы мне льстите.

- Нисколько, - он энергично замотал головой, - я никогда таких красивых девушек не видел в жизни.

- Прекратите! Вы меня засыпали комплиментами! А то у меня скоро начнется мания величия.

- Извините, - вспыхнул смущенным румянцем по своему обыкновению Кристиан, - я просто правду сказал. А в этом городе, с таким множеством зеркал... Каждый раз готов благодарить Лорда Хаоса за них только потому, что Вы в них отражаетесь многократно.

- Обычно приезжие чувствуют себя очень неуютно, видя вокруг себя столько отражений. А вы благодарите Хаоса... Необычный вы человек, Кристиан.

- Если это отражение Вашей красоты, я совсем не против, - пожал плечами молодой человек.

- Что мы все время про меня говорим? Расскажите что-нибудь о себе.

- А что Вы хотите узнать?

- Не знаю... Чем увлекаетесь, что вас вдохновляет?

- Мне нравятся драгоценные камни.

- Вы их коллекционируете?

- Просто я вырос там, где это одно из немногих развлечений и обычных увлечений. Алмазные копи близко. Учишься разбираться, а потом понимаешь всю красоту ограненного камня и уже не представляешь себе жизни без них.

Кристиан достал из кармана жилета бриллиант размером с горошину:

- Видите? - он протянул девушке камень на раскрытой ладони, - розовый. Очень редкий алмаз. Огранка круглая, 57 граней, так, чтобы сохранить почти весь исходный материал. Правда красивый?

- Очень красивый, - Сильвия с восхищением рассматривала драгоценный камень. - Но я плохо в них разбираюсь. Могу только наслаждаться игрой граней на свету.

- Говорят, что в гранях бриллианта можно разглядеть своё будущее, поэтому розовые так и ценятся, - улыбнулся Кристиан.

- Здорово! Я этого не знала, - удивилась Сильвия. - Вы пробовали узнать по нему свое будущее?

- Я его огранял, - ответил Кристиан, - потому мне он будущее не откроет. Может, Вам попробовать?

- Давайте попробуем!

Сильвия всмотрелась в одну из граней и увидела в розовой дымке себя, рассматривающей бриллиант, сжимающей ладошку с ним и улыбающейся радостно.

- Что увидели? - спросил Кристиан, - только, чур, не обманывать. Камни такого не прощают. Мстить будут.

- Разве это предсказание будущего? Я вижу себя, в руках у меня вот этот бриллиант. Это ведь настоящее, но не будущее.

- И все?

Сильвия-отражение положила бриллиант в свой карман и похлопала по нему счастливо.

Реальная Сильвия не смогла сдержаться и рассмеялась.

- Похоже, что я украду у вас этот бриллиант. Нет, правда, отражение показывает, что я положу этот бриллиант в свой карман!

- Нужно подчиниться, - вздохнул притворно Кристиан, - кладите в карман.

- Но я в платье, - ответила Сильвия. - В нем нет карманов, так что это неправильное предсказание. Возьмите обратно свой бриллиант. - Она протянула ему руку с драгоценным камнем.

Он поднял руки.

- Нет, нельзя, - покачал головой отрицательно, - плохая примета.

- Какая примета? Я возвращаю вам ваш камень.

- После предсказания не могу забрать его.

- Откуда вы знаете: может быть, я все выдумала?

- Тогда камень отомстит, - побледнел Кристиан, - Вы же не выдумали?! Умоляю, скажите, что не выдумали!

- Вы меня вынуждаете соврать. Я не могу принять от вас такой дорогой камень.

- Мне правда жаль, - Кристиан совсем расстроился, - я понимаю, что Вы не можете его принять хотя бы потому, что Вы не сможете объяснить родным, откуда он у Вас. Наверное, придется оставить его здесь. Или подарите кому-нибудь.

- Я предлагаю не воспринимать так буквально это предсказание.

- А может, мы просто будем считать это платой за Вашу работу дизайнера? - вдруг радостно воскликнул Кристиан.

- Боюсь, я не смогу дать вам сдачу, - лукаво улыбнулась Сильвия. - Стоимость этого бриллианта намного выше стоимости моей работы.

- Что поделать? - он пожал плечами, - Вам придется сделать для меня еще пару проектов. Я не против. А Вы?

- От новых проектов я не откажусь. Но бриллиант все же вам верну. Извините, что отказываюсь от него, но, правда, мне сложно будет объяснить супругу, почему вы так расплатились со мной.

- Понимаю. Что же делать?- Казалось, что он искренне мучается от того, что подвержен подобным деревенским суевериям, но ничего не может с этим поделать.

- Мы можем попробовать решить это вместе.

- Давайте, - радостно согласился Кристиан.

Они вышли на улицу и отправились дальше гулять по городу. Поскольку Кристиан отказывался брать бриллиант, Сильвия всю дорогу сжимала камень в руке. За одним из поворотов они увидели бедно одетую плачущую женщину с ребенком на руках. Сильвия вопросительно посмотрела на Кристиана. Тот кивнул согласно. Она подошла к незнакомке и протянула ей драгоценность:

- Вот, возьмите.

Женщина испуганно попятилась.

- Возьмите, пожалуйста. Для Вашего малыша. Пусть будет счастлив.

Сильвия обратилась к одному из уличных зеркал:

- Милорд, прошу Вас, сделайте так, чтобы их никто не обидел и не отобрал бриллиант или деньги за него полученные.

"Конечно", - ответило зеркало к ужасу Кристиана и женщины с ребёнком.

- Спасибо, - сказала Сильвия.

Они молчали почти всю дорогу домой.

- Уже вечер, и мне пора, - улыбаясь, заметила Сильвия, когда они подошли к её дому

- Конечно, - согласился он.

- До встречи, - произнесла она. - Несмотря ни на что, мне было приятно провести этот день с вами.

 

Пишет Эцио. 13.10.13

Карета мчалась по направлению к Эйзоптросу. На третий день пути скрип колес уже не успокаивал, а раздражал.

Эцио с тетей Констанцией возвращались из Этоны. Им пришлось съездить на родину мальчика, чтобы уладить все вопросы с завещанием, которые появились, когда Эцио исполнилось 11 лет.

Задолго до этой поездки тетя стала рассказывать племяннику о том, что однажды им придется вернуться в дом родителей, чтобы встретиться с адвокатом и получить наследство.

Но Эцио не задумывался о деньгах. Он вообще не хотел возвращаться в дом, где прошло его детство. Самые счастливые дни.

Он решил, что не возьмет из дома ни одной вещи.

Кроме коллекции холодного оружия, которую отец собирал всю свою жизнь.

С каждым клинком были связаны свои воспоминания.

Вбежав в кабинет отца, Эцио не задумываясь сдвинул подсвечник, после чего книжный шкаф мягко отъехал в строну и перед мальчиком открылся вход в потайную комнату.

Он хорошо помнил увешанные арбалетами стены, а в самом центре, под стеклянным колпаком, блестящий фламберж.

Но комната была пуста.

Где любимые даги? Куда делись все колчаны и луки? Что случилось с рыцарями в доспехах, которые стояли в каждом углу? Где макеты катапульт, требушет и баллист?

Не было даже самых простейших одноручных мечей и кинжалов.

Эцио вышел из комнаты, едва сдерживая ярость. Шкаф плавно закрылся, и это механическое спокойствие окончательно вывело Эцио из себя. Он ударил кулаком по дереву и ему под ноги откуда-то с потолка свалился кортик.

Мальчик подобрал его, не удержавшись, поцеловал знакомую до боли рукоятку, заткнул за ремень. Потом, надеясь на второе чудо, еще раз ударил кулаком по шкафу. Но ничего не произошло.

Потом были какие-то встречи с адвокатом, который не мог ответить ни на один вопрос об оружии.

Эцио был ужасно разочарован.

Сейчас, сидя в карете, он держал в руках кортик, который, несмотря на холодную сталь, грел ему сердце.

- А вот и Эйзоптрос, - сказала тетя, с любовью посмотрев на племянника.

- Эй! Опустите мост! – крикнул кучер, подняв голову.

- Кто вы? – послышался сверху голос стражника.

- Графиня Жентили и ее племянник.

Карета проехала по подвесному мосту и скрылась за воротами города.

 

Пишет Хаос Мира Зеркал. 13.10.13

Сильвия

БЕЗРАЗЛИЧИЕ

 

Эцио

ПРОСТОДУШИЕ

 

Пишет Эцио. 16.10.13

Экипаж подъехал к большому белому особняку и остановился рядом с коваными воротами. Эцио выскочил из кареты, и пока кучер разгружал багаж, помог тете спуститься.

Они пошли к дверям дома.

Эцио бегом поднялся на второй этаж и вошел в свою комнату.

В самом центре, на кресле сидела милая румяная старушка со спицами в руках.

- А, ты уже здесь, - устало сказал Эцио, - давно сидишь?

- Нет, добренький, как увидела тебя и тетю, сразу сюда,- с улыбкой ответила Простодушие.

- Понятно – сказал Эцио, садясь на диван, – а я думаю, что так луком воняет.

- Не воняет, а пахнет,- поправила его старушка. - А что ты сел-то, переоденься, а то весь костюм затаскаешь.

- Он уже затасканный.

-Не огрызайся, добренький!

- Ладно, - спокойно ответил Эцио, подошел к шкафу и стал переодеваться.

- Что - то ты какой - то грустный.

- Я нормальный. Что я должен постоянно улыбаться? – достаточно раздраженно ответил Эцио.

- Но ты же всегда улыбаешься, когда говоришь со мной.

- Помнишь ту коллекцию оружия?

- Какую?

- Ту, в которой…

- Ааа! С этими железяками? Про которые ты мне все уши прожужжал?

- Да с «железяками».

- Ну и что с ней?

- Я не знаю! Представляешь, это все, что от нее осталось! – Эцио подошел к креслу и бросил кортик, который тут же отскочил. Эцио ловко поймал его. Сел на диван и достал кортик из ножен. На блестящей поверхности лезвия он увидел свое отражение. Повертев кортик в руке, нехотя вернул его на место.

- На кой она тебе? – равнодушно продолжала старушка. - Тренер же сказал, что сам выдаст тебе меч.

- Да мне не для фехтования, а просто.

- Успокойся, добренький, - старушка стала еще громче стучать спицами. – Иди лучше уроки учи.

- У меня все сделано.

- Тогда потренируйся, скоро тренер придет.

- Он придет только завтра.

- Тогда вымой руки и иди пообедай, а то исхудал весь.

- Я не хочу есть.

- Тогда иди погуляй, вон бледный какой.

- Ничего, что я только что с улицы?

-Тогда…

-Тогда ты сейчас встанешь, заберешь все свои нитки и уйдешь из моей комнаты, - перебил ее Эцио.

-Ну, добренький, ты чего? - старушка посмотрела на Эцио умоляюще.

-Прости, я правда устал. В другой раз поболтаем, ладно?

Простодушие молча собрала свое вязание и тихо вышла из комнаты.

Эцио лег на диван.

Первый раз в жизни он захотел узнать все о том, что произошло 5 лет назад.

Но он не знал, с чего начать…

 

Пишет Хаос Мира Зеркал. 17.10.13

Эцио

Лесть

Тонкая стройная девушка.

 

Пишет Эцио.21.10.13

 

Первым делом Эцио решил написать план действий. Он резко встал с дивана и пересел за дубовый стол. Взял золотое перо с изящной гравировкой, бумагу, открыл хрустальную чернильницу, макнул в нее перо и написал в середине листа «ПЛАН».

- Итак, кто может знать что-нибудь о моем отце? – думал Эцио. - Конечно - же такие люди есть. Они видели отца вживую или с помощью посредника. Эцио знал, что у отца было очень много друзей, а знакомых еще больше.

Теперь зайдем с другой стороны. Как заказчику убийства семьи влиятельного бизнесмена удалось так долго скрываться, не вызывая подозрений? И почему ЦРУ перестало его искать? Значит этот «кто – то» - влиятельный человек. Только такому удалось бы нанять самых лучших убийц во всем Мире Зеркал!

Эцио написал: «Подозреваемые.

 

Влиятельные люди в Эйзоптросе, которые могли иметь контакт с отцом: Начальник ЦРУ, бургомистр, вице - бургомистр, ратманы».

Эцио подчеркнул тех, кто шел первыми в этом списке.

Следующее утро было обычным. Эцио пришел из школы, пообедал с тетей, которая на этот раз пустилась в длинный пересказ биографии великого мирзеркальского художника Да Линчи.

Потом Эцио поднялся в свою комнату, достал с полки книгу и сел на диван читать в ожидании тренера.

Послышался легкий шорох.

Эцио глянул в зеркало и увидел у себя за плечом Лесть.

«О нет!» - подумал он.

- Ах, красавчик Эцио, ты все -таки взял эту книгу! – восхищенно шепнула ему в ухо Лесть , громко шурша длинным платьем.

- Уходи, а? – устало отмахнулся от девушки Эцио.

- Но поче…

-Сейчас тренер придет, а мне нужно с ним кое-о чем поговорить.

-О, Эцио, ты божественно дерешься, позволь мне посмотреть на это, - продолжала нашептывать лесть.

В какой-то момент Эцио стало жаль эту несчастную .

- Знаешь, - он задумался на секунду.- Спустись на кухню и пообедай, а то вон какая худая, -Эцио поморщился, скользнув по отражению взглядом.

Не успела за девушкой захлопнуться дверь, как в комнату вошел тренер.

-Здравствуйте, господин Тайк,- радостно подскочил Эцио. – У меня к Вам очень важное дело.

 

Пишет Лека. 22.10.13

Очередное отражение, Восхищение, было безжалостно брошено в подвал к остальным. Чуть позже он уволил одного из своих лакеев, который, прислуживая за завтраком, поставил начищенный до зеркального блеска молочник на пару сантиметров левее и под более острым углом, чем привык Анлаф, из-за чего бургомистр поймал в нём случайным взглядом собственное отражение.

- Прекрасно началась неделя, я считаю, - прокомментировал Дор, выйдя на улицу и вдохнув полной грудью холодный октябрьский воздух.

В кабинете так и не появилось мебели, поэтому Совет по архитектуре «прекрасно расположился» на огромном от стены до стены мавританском ковре прямо на полу.

- Итак, - Анлаф расхаживал между архитекторами и дизайнерами, заложив руки за спину, - нам нужно решить, что делать с куском земли на северо-западе, где раньше был Лабиринт. Надеюсь, что вам хватило месяца на то, чтобы представить свой проект. Кто готов начать?

- Мне думается, господин бургомистр, - решился выступить один из присутствовавших, человек средних лет с седыми уже висками и внушительной лысиной, - лучше закрыть всю площадь плиткой, потому что ничего хорошего там не приживётся уже никогда.

- Согласен, - поддержал его другой, лет шестидесяти, плотный и краснолицый, - с одной стороны Коладольский лес, с другой – тюрьма, с третьей – крепостная стена. Либо выкладывать плиткой, либо расширить Коладольский лес на всю территорию.

- Другие предложения есть? – Анлаф нахмурился недовольно.

- Есть, - подал голос самый молодой из присутствующих.

- Бред! Ересь! – зашикали на него со всех сторон, - сумасшедший дом!

- Слушаю, - негромким голосом, но при этом весьма жестким тоном Анлаф заставил их замолчать.

- Я предлагаю восстановить Лабиринт.

- Мммммммм? – то ли удивлённо, то ли разочаровано протянул бургомистр, - не дает покоя слава Надича?

- Мы не сможем повторить то, что было. Это и не нужно. Лабиринт был злом, - парень отвел взгляд смущенно, - но это было красивое зло. Не говорите мне, что студентами никогда не ходили к нему тайком ивопись перерисовывать, - бросил он раздраженно более старшим коллегам, - у каждого из вас что-то да есть из надичева стиля.

- И как это будет выглядеть? – спросил Анлаф, - место неудачное. Построим красивое, люди гибнуть будут. Чаще, чем раньше. И тюрьма рядом. Начальник не разрешит вернисаж или что-то подобное рядом с его заведением.

- Вот мой план, - молодой человек развернул чертёж.

В воздухе повисла мертвая тишина.

- Да, - усмехнулся Анлаф, - приступайте завтра же.

 

Пишет Хаос Мира Зеркал.28.10.13

Эцио

БЕЗВОЛИЕ

 

Пишет Эцио. 01.11.13

- Мистер Тайк, у меня к вам очень важный разговор, - сказал Эцио, подбегая к Тайку.

-Что такое?

-Мистер Тайк, я знаю, что Вы были папиным другом. Скажите, что нужно было его убийце?

- Ооо…, - тренер тяжело вздохнул. - Эцио, через пять лет уже ничего не изменишь. Ты должен жить своей жизнью.

И добавил через паузу:

- Та трагедия была судьбой...

- Но, мистер Тайк, почему судьбой не может быть то, что я отомщу за отца.

-Эцио, месть - скверное дело…

-Но оставить безнаказанным убийцу... Это… это… это просто трусость! Нельзя бездействовать!!!

-Эцио…

-А Вы… Вы жалкий трус! Как человек, который тридцать лет занимается фехтованием, лучший фехтовальщик Мира Зеркал может быть таким трусом!!!

-Не тебе меня судить! Я больше не намерен выслушивать это и заниматься с хамом! – Тайк повернулся и направился к двери.

- Если вы думаете, что я буду Вас останавливать, Вы сильно ошибаетесь!

 

 

Сидя за ужином, и допивая чай, тетя в очередной раз рассказывала про какого - то художника:

- Вот, а самая известная его картина это…

- Конста, а ты точно ничего не знаешь о смерти родителей?

-Ничего. А с чего это ты стал этим интересоваться? – В легком недоумении от такого резкого вопроса сказала она.

- Я хочу найти убийцу.

-Эцио, даже если не считать того, что тебе одиннадцать, это очень, очень опасно.

-Знаешь, после того, как мы съездили в Этону, я не могу забыть об этом,- Эцио сжал руки в кулаки. – Хочешь ты этого или нет, я все равно узнаю правду.

Тетя подошла к Эцио и погладила его по голове.

- Мы с тобой живем налаженной жизнью, у нас все хорошо. Не надо ворошить прошлое.

Эцио резко мотнул головой и встал из-за стола, увидев свое отражение в буфетном стекле.

- Я не отступлюсь.

 

 

…Тетя вошла в комнату Эцио, держа что-то за спиной.

- Эцио, этот конверт нашли у тебя, когда принесли в больницу. – Тетя достала из-за спины старый конверт с бордовым штампом. В нижнем левом углу было написано: «Отдать Эцио, когда придет время». - Я думаю, что сейчас самый подходящий момент.

Она отдала ему письмо и ушла.

 

Эцио сел за стол, открыл конверт. Что? Это письмо было написано рукой отца.

 

« Эцио, если ты читаешь это письмо, значит, я уже умер. Или погиб.

Ты сейчас, скорее всего, в Эйзоптросе.

Во-первых, посмотри, штамп - он бордового цвета? Адрес написан таким же почерком, как и это предложение? Если да, можешь оставить письмо. Если нет, то дочитай его, сожги, будь внимателен и осторожен.

Я не могу здесь назвать тебе имя моего убийцы, потому что если они найдут и перехватят это письмо, тебя арестуют, или того хуже.

Я надеюсь, мой кабинет в эйзоптросском особняке все так же находится на третьем этаже и так же заперт. На железной двери кодовый замок. Вырежи цифры в конце письма и составь оригами, как я тебе показывал. Те цифры, которые будут на обратной стороне, и есть код. Когда войдешь в кабинет, отодвинь стол и спустись по лестнице вниз. Там ты найдешь то, что ищешь.

Внимание: Эцио, после того, как составишь оригами, сожги его. После того, как выйдешь из кабинета, задвинь дверь и составь новый код, затем четыре раза топни ногой (так в памяти двери сохранится код), ни в коем случае новый код не записывай. Каждый раз, когда будешь заходить в кабинет, меняй код, никому ничего не говори.

 

P.S.

Если по какой - то причине ты не сможешь войти в кабинет, я скажу тебе только одно: человек, который виновен в гибели нашей семьи, молод и очень опасен. Он хитер, жесток, изобретателен и неуловим. Он, скорее всего, давно поменял свое имя и облик.

Но ты должен знать, Эцио. У него есть одна страсть, которую он не может скрыть или победить: он очень любит мраморных догов.

 

Сальвио Инделикато

 

 

12340987636006467836

36345846794620673495

43235454567978659147

54354098765806578437

46777720786486037089

43456786587867476507

47654656548976865565

54656077466000756786»

 

Пишет Ксанф. 04.11.13

совместно с Алиной и ЛХ

 

Солнце заходило за горизонт все раньше, ветер усиливался и леденел, желтые листья срывались с деревьев, уносимые временем и мечтой о теплой земле. Газоны, тропинки, мостовые были покрыты мягким золотым ковром, тихо шуршащим под ногами при каждом шаге.

Когда оконные стекла впервые покрылись инеем ночью, Алина достала из шкатулки заветный шарф, который вязала все лето. Развернула темно-синюю шерстяную ленту и осмотрела критично каждую петельку.

Нашла в той же шкатулке крошечную синюю пуговичку и пришила в уголке шарфа.

Сложила в несколько раз, завернула в бумагу.

- Как ты сегодня? – она поставила перед Ларсом чашку горячего чая и села напротив, поплотнее укутавшись в шаль.

- Хорошо, - он улыбнулся.

- Пойдем сегодня гулять? - Алина улыбнулась в ответ, - там такая погода!

- Я только за! У доктора очень красивый сад, и он позволяет мне одному выбираться туда каждый день.

- Ух ты! Какой ты у меня молодец, - Алина смотрела на Ларса, понимая, что совсем не знает его настоящего. Это был не тот Ларс, который вербовал ее в темном црушном подвале, и не тот, которого она кормила с ложки далеким мартовским утром. - Я сейчас, - она выбежала из кухни, но вернулась уже через секунду, шелестя бумагой. - Не оборачивайся и закрой глаза, - развернула шарф и намотала его Ларсу на шею. - Теперь открывай.

Он дотронулся до шарфа аккуратно, как если бы не верил, что всё это на самом деле происходит, зарылся в него носом, жадно втягивая запах Алининых духов, которыми пропиталась пряжа, и, просияв, воскликнул:

- Это мне?! Ты сама связала? Для меня?

Она смущенно кивнула.

- Мне казалось, что пока я его вяжу, к тебе возвращаются силы. Как в той сказке про лебедей.

Он вдруг встал резко и сделал к ней шаг, чтобы обнять.

Она инстинктивно бросилась навстречу, испугавшись, что он потеряет равновесие.

Он же чуть наклонился вперед и, поймав её в объятия, поцеловал нежно.

Она робко ответила на поцелуй, ощутив легкий привкус лимона и меда.

Он с легкостью приподнял её и снова поцеловал на это раз жарко, так что у самого потемнело в глазах от желания.

Земля ушла у нее из-под ног.

Ему давно не было так радостно и хорошо, как в этот миг. Он вновь ощущал, казалось бы, навсегда утраченную силу и наслаждался собственным даром - способностью вот так легко заставить девушку потерять голову.

Алина со страхом чувствовала, как его огонь передается и ей, как вокруг все меркнет, тая в каком-то неярком свете, и остается только Ларс, тонкий привкус лимона и мягкая шерсть шарфа.

- Спасибо, что ты есть, - едва найдя в себе силы, чтобы оторваться от сладости её поцелуя, сказал он.

Она смотрела в его глаза, теплые и незнакомые, горевшие ровным ярким огнем.

- Ты совсем другой. Я тебя такого не знаю.

- У нас ведь будет время узнать друг друга?

- Да, - она улыбнулась.

Они вышли в сад. Здесь было немного прохладно и сыро, но вскоре выглянуло солнце, и сад погрузился в сладкий осенний медовый сон.

Ларс сидел в плетеном кресле, на коленях у него удобно устроилась Алина, он закрыл ее пледом и обнимал нежно. Рядом стоял плетеный же столик с кувшином глинтвейна и двумя глиняными кружками.

- Может, попросим доктора уступить нам его чудесный дом?

- Зачем?

- Мне здесь нравится. Тебе - нет?

- Мне тоже очень хорошо здесь, - она положила голову ему на плечо, - но мне везде хорошо с тобой.

- ЦРУ найдет ему какой-нибудь другой дом. Можно даже по соседству, - продолжил он мечтательно, - будем друг к другу в гости ходить.

- Почему нет? - с улыбкой ответила она и рассмеялась, - слышал бы нас сейчас доктор.

- Он бы нас понял.

- Вряд ли. Он очень любит свой дом.

- Ничего. ЦРУ умеет убеждать, - усмехнулся Ларс.

- Не надо, - испуганно ответила Алина, - в городе много других домов.

- Поверила! - рассмеялся Ларс, - ты до сих пор в это веришь!!! Прямо красавица и чудовище.

- Дурак, - она шутливо ударила его в грудь. - Напугал меня.

- Сама виновата, - подразнил он ее.

- Почему это?

- Слишком красивая.

- Ты правда так думаешь?

- Что ты красивая? Да.

- Спасибо, - сказала она смущенно.

- Пуговица, - он неожиданно поцеловал ее в кончик носа.

- Что?

- Ты смешная и маленькая совсем.

- Это плохо?

- Почему сразу плохо?

- Не знаю.

- Ты слишком хорошая. Для этого города, для этого хаосова мира.

- Я люблю этот мир. В нем есть ты.

- Я не заслуживаю такого отношения.

- Ларс, тебе не нужно ничего заслуживать.

- Это очень здорово слышать

Она чуть коснулась его губ своими в ответ.

- Как думаешь, наш радушный хозяин одинок?

- Не знаю. Мне почему-то кажется, что он безнадежно влюблен.

- Почему?

- У него печальные глаза.

- В этом городе мало кто счастлив.

- А мы?

- А мы просто два глупых человека.

- Почему глупых?

- Потому что нам хорошо.

- Разве хорошо бывает только глупым?

- Да.

- Тогда я согласна быть самым глупым человеком на свете, - Алина поправила его шарф. - Тебе не холодно?

- Нет, а тебе?

- Немножко, - она плотнее завернулась в плед.

Он обнял ее одной рукой, другой - налил из кувшина глинтвейн.

- Это поможет согреться.

Она взяла кружку из его рук и медленно сделала несколько глотков.

- Надо как-то отблагодарить нашего радушного хозяина, не находишь?

- Да, но как?

- Может, приготовим ему ужин?

- Ух ты, давай.

- Как думаешь, что ему понравится?

- Давай приготовим рыбу.

- Запросто. Но тебе придётся сходить на рынок за ней. А, учитывая тот факт, что я не получаю жалование уже достаточно давно... Боюсь, у меня нет денег на покупки.

- Не переживай. Надеюсь, мне хватит того, что выдает Тир на карманные расходы, - она встала, - какую рыбу лучше купить?

- А какая тебе нравится?

- Форель или семга.

- Вот и купи любую.

- Ладно, - она нехотя направилась к калитке. Вдруг остановилась на полпути и обернулась. Подбежала к Ларсу и поцеловала его. - Скоро вернусь.

- Я буду ждать.

 

Алина возвращалась с рынка, неся тяжелую корзинку с продуктами. Денег Тира хватило не только на рыбу, но и на пучок базилика, мешочек кориандра, горстку миндаля, несколько тонкокорых лимонов.

Уже уходя, поколебавшись минуту, она несмело толкнула дверь винного погребка и отдала последний аргент за бутылку белого вина из осеннего винограда со склонов Фархата. Часы пробили пять вечера, начал накрапывать дождь.

Прикрыв за собой калитку, Алина поднялась на террасу дома Ксанфа и постучала в дверь.

 

Дверь почему-то не была закрыта. Алина увидела Ларса, лежащим на полу у входа без сознания.

 

Корзинка выпала из рук, Алина бросилась к Ларсу, упала на колени, склонилась над ним.

- Ларс, - она уловила его дыхание. почувствовала биение сердца под своей ладонью. - Ларс, - она потрясла его за плечо, - Ларс, ты слышишь меня?

 

Он открыл глаза.

- Что произошло?

Она молча обняла Ларса и стала покрывать поцелуями его лицо, не чувствуя слез.

- Все хорошо.

- Прости, я напугал тебя, - он попытался сесть, - не помню, как отключился.

Алина помогла ему сесть в кресло.

- А сейчас? Как себя чувствуешь? Голова не кружится?

- Весьма глупо себя чувствую, если честно, - Ларс вытер со лба пот.

- Болит что-нибудь?

- Нет, всё хорошо, - он выдохнул устало.

- Надо позвать доктора.

 

Ларс тряхнул головой, чтобы прояснить зрение.

- Посмотри на меня, - она аккуратно обняла руками его лицо и заставила Ларса поднять взгляд. - Улыбнись.

Ларс послушно выполнил требуемое.

- Хорошо, - она поцеловала его в лоб, улыбнувшись в ответ. - Молодец. Посиди здесь, я сбегаю за Ксанфом. Я быстро.

К счастью, Алина встретила доктора Ксанфа уже на соседней улице - с багетом подмышкой и с газетой в руках он неторопливо шел к дому.

- Доктор, помогите, - она чуть не сбила его с ног, - там Ларс... я пришла, а он на полу без сознания. Сейчас ему лучше, но я не знаю, что с ним...

- Успокойтесь, сейчас все решим, - по дороге Алина рассказала чуть подробнее, как нашла Хоода дома.

А через минуту они зашли в комнату.

Ларс поднимал с пола разбросанные пакеты.

 

- А мне тут сказали, что Вы без сознания, - забирая у Ларса продукты и отдавая их Алине, заметил доктор.

- Мне уже лучше, спасибо, - хмуро ответил Ларс.

- Я вижу, - Ксанф чуть улыбнулся, - Алина, можно Вас попросить, после того, как Вы отнесете все на кухню, сможете найти в кабинете мою походную медицинскую коробку?

-Конечно, - Алина исчезла на кухне.

- Куда решили прогуляться в одиночестве, Ларс? - Негромко поинтересовался доктор, как только мужчины переместились в гостиную.

- Не думаю, что это Вас касается, доктор, - тихо ответил Ларс.

- Возможно, меня - нет. Но подумайте о девушке, - Ксанф принялся считать пульс у своего гостя.

- Хорошо, - согласился, вскинув насмешливый и дерзкий взгляд на собеседника.

- Ну вот, как о девушке вспомнили, так пульс и поскакал, - доктор убрал часы во внутренний карман и тепло улыбнулся влетевшей в комнату Алине.

 

Лицо Ларса при виде Алины изменилось. Усмешка исчезла, сменившись выражением усталости и даже боли.

Девушка отдала Ксанфу коробку.

- Как он? - спросила взволнованно.

- Думаю, что обошлось на этот раз, но впредь постарайтесь не оставлять его дома одного. Мы же с Вами договаривались, - чуть укоризненно посмотрел на девушку Ксанф и принялся рыться в коробке.

-Вы правы, - она опустила глаза виновато, - мне не следовало уходить.

- Я вообще-то здесь, - напомнил Ларс обиженно.

- Да где же он? - скорее про себя ворчал доктор, пытаясь отыскать в вещах неврологический молоточек. - Только недавно на глаза попадался.

- Прости, - Алина улыбнулась и, обойдя кресло, положила руку ему на плечо.

- Ничего, - он погладил ее пальчики.

- Наверное, в старом наборе, - печально заметил Ксанф и быстро поднялся. - Попробую найти наверху.

 

Ларс едва заметно напрягся.

 

- Ты куда-то ходил, пока меня не было? - спросила Алина, внимательно глядя на Ларса, когда доктор вышел из комнаты.

- Нет, - ответил Ларс сухо, - мне стало нехорошо.

- Понятно, - Алина села в кресло напротив.

- Ты расстроена?

- Я переживаю за тебя, - вздохнула Алина, - хотя сама виновата. Не надо было оставлять тебя одного.

- Я же не маленький ребёнок. Мы вместе приняли решение. Твоей вины в случившемся нет, - расстроился Ларс.

Алина молча пересела на подлокотник его кресла и обняла нежно.

 

- Все-таки нашел. Давно же я им не пользовался! - в гостиной снова появился доктор, и Алина тут же отошла в сторону. - Пожалуй, нужно навести наконец порядок в вещах, - и он принялся проверять Ларса, с минуту тыкая его и заставляя следить глазами за металлическим наконечником.

-Ну что же. Все нормально. Как себя чувствуете, Ларс?

- Хорошо. Спасибо.

- Голова не кружится?

- Уже нет.

Ксанф кивнул.

- Вот и отлично. Тогда не буду больше досаждать Вам, отдыхайте.

И доктор отправился готовить ужин.

 

- Ларс, расскажи, пожалуйста, что случилось.

- Нехорошо стало, - Ларс помрачнел, - мы можем закрыть эту тему?

- Закроем, - она подошла чуть ближе и улыбнулась хитро, - если ты поцелуешь меня.

- Шантаж? И кто тебя этому научил?!-Ларс коснулся ее щеки легким поцелуем.

- Даже не представляю, кто этот негодяй, - глаза ее смеялись.

- Надо помочь Ксанфу, наверное, - сказала Алина задумчиво, - раз у нас не получилось сделать ему сюрприз.

- Конечно.

Она встала.

- Нет. Доктор сказал, чтобы я тебя одного не оставляла. К тому же я скорее всего не останусь на ужин.

- Почему? - расстроился Ларс.

- Иду на работу. Забыла тебе рассказать. Я устроилась в больницу на ночные смены.

- А ЦРУ как на это смотрит?

- Не знаю, - Алина глядела в ледяные глаза Ларса, видя только того црушника. Не заметить перемены было невозможно. Она не собиралась идти на работу сегодня, но теперь ей захотелось сбежать. - Я буду ходить всего два раза в неделю, - и спросила робко, - а как на это смотришь ты?

- Мне не нравится, что тебе приходится работать из-за меня еще и в больнице.

- Почему из-за тебя? - пожала она плечами, - и я всегда буду работать в больнице. Это моя будущая профессия.

- Хорошо, - вдруг согласился он.

- Тогда я пойду, - она встала. - Только попрощаюсь с доктором. Выздоравливай.

Ларс отвернулся.

Она слишком хорошо знала этот жест. Подбежала, присела на корточки, заглянула в лицо.

- Хочешь, я останусь?

- Хочу.

Она обняла его.

- Хорошо.

Он обнял ее в ответ.

- Знаешь, мне показалось... - она запнулась, - всего на мгновение.... что ты забыл меня.

- Почему?

- Не знаю.

- Не понимаю.

- Мне показалось. Забудь.

 

В эту минуту в дверях появился Ксанф.

-Ужин готов.

 

Они перешли в столовую и сели за стол.

Ларсу совсем расхотелось есть.

-Кажется, у Вас нет аппетита? - заметил доктор, откупоривая бутылку вина.

- Верно, - подтвердил Ларс.

- А в чем дело? Вас что-то беспокоит?

- Последствия обморока, видимо, - он украдкой бросил взгляд на Алину.

Алина промолчала.

- Скажите смело, что аппетиту здесь взяться неоткуда. Вот если б ужин приготовила Алина, тогда это были бы вкуснейшие блюда! Да, - и он разлил вино по бокалам, - и мы бы с Вами ни за что не смогли отказаться! Верно?

- Верно, - кивнул Ларс.

-Я совсем не умею готовить,- вздохнула Алина. - Тем более, рыбу.

- Я бы...- начал было Ларс, но сам остановил себя.

-Что? -Алина посмотрела на него встревожено.

- Научил... - закончил Ларс.

- У тебя еще будет такая возможность, - она грустно улыбнулась ему через стол.

- Наверное, - он бросил хмурый взгляд на доктора, приподнятое настроение которого изрядно Ларса раздражало.

- Можете попробовать прямо завтра, мне кажется, - улыбнулся Ксанф. - Учитывая темпы Вашего выздоровления, с этой физической нагрузкой Вы точно справитесь. Придумаете, что будете готовить, Алина?

- Мы подумаем об этом завтра. Да, Ларс?

- Да, Алина, - послушно ответил тот.

Они ужинали еще около получаса. Глядя на Ларса, из вежливости доктор старался есть меньше, хотя и был зверски голоден. Потом, извинившись, забрал книги и отправился работать к себе в кабинет.

 

Алина принялась медленно убирать со стола посуду.

- Поможешь мне?- спросила она у Ларса.

- Да, конечно.

Вскоре вся посуда была перемыта и аккуратно составлена в буфет.

Алина повернулась к Ларсу, который складывал полотенце.

- Я не хочу оставлять тебя сейчас,- сказала она, удивляясь собственной смелости.

- Не оставляй.

Она подошла в Ларсу и посмотрела на него немного растерянно.

-Не знаю, как сказать об этом доктору.

- Давай просто уйдём, - предложил Ларс.

-Куда?

- Не знаю, - он сник, понимая, что предложение его выглядит глупо.

Она обняла его нежно.

- Я просто останусь с тобой. Здесь. Тебе же нравится этот дом. И доктор очень любезен. Если мы уйдем, это будет невежливо.

- Наверное.

-Что тебя тревожит, Ларс?- спросила она, чувствуя как в сердце проникает знакомый холодок страха.

- Наш гостеприимный хозяин. Я не доверяю ему.

-Почему?

- Не могу объяснить.

-Тогда давай уйдем к Тиру,- Алина погладила Ларса по волосам. - Там тебе будет спокойно, вот увидишь.

Ларс рассмеялся почти весело.

-Зря смеешься, между прочим, - Алина легонько толкнула его в плечо. - Тир очень добрый. Он давно все забыл. И он сделает все для меня. А значит, и для тебя тоже.

- Точно. Забыл. Как же!

- Он будет рад, если мы придем. По крайней мере, я буду все время у него на глазах, - она улыбнулась.

- Боюсь, мы поубиваем друг друга на второй день, - он обнял Алину.

- Решать тебе, конечно, - она спрятала лицо у него на груди, чтобы он не заметил, как она расстроилась.

- Я постараюсь в будущем научиться с ним не воевать. Обещаю, - он поцеловал её в макушку и погладил по спине.

- Спасибо, - она подняла на него глаза, - значит, мы остаемся здесь?

- Наверное.

- Тогда пойдем со мной шокировать доктора. Я боюсь одна.

- Пошли.

 

Они постучали в дубовую дверь докторского кабинета.

 

-Да? - Ксанф сидел за столом в куче бумаг и, кажется, был немного удивлен появлением Алины и Ларса. - Проходите и... простите за беспорядок, - он поднялся навстречу гостям.

- Я хотел попросить Вас, доктор, - едва смог выдавить Ларс из себя, - чтобы Вы разрешили Алине остаться сегодня со мной здесь.

-Пожалуйста, - добавила Алина едва слышно. -Я могу лечь в гостиной.

Ларс покрепче сжал ее руку.

- Разумеется, - кивнул доктор.

- Спасибо, - Алина сжала в ответ пальцы Ларса, пытаясь скрыть улыбку.

Не смея более отвлекать Ксанфа, они спустились в сад.

Было темно, над облетевшей яблоней висел желтый лунный диск и прямо под ним - две звездочки, Мала и Таир.

Алина присела на перила террасы.

- Тир меня завтра убьет, - сказала почти весело.

- Из-за того, что домой не пришла?

- Да.

- Нужно ему сообщить, - нахмурился неодобрительно Ларс.

- Как?

- Пара никсов есть?

Алина протянула ему несколько черных монеток.

- Поможешь дойти до дороги?

- Конечно.

Они подошли к оживленной вечером улице.

Ларс свистнул громко.

Рядом с ними остановился извозчик.

- Любезный, можете сделать одолжение и передать слова этой барышни ее брату? - спросил Ларс.

Извозчик кивнул.

- Скажите ему, что его сестра, Алина, сегодня в больнице на смену осталась. Придет завтра утром. Чтобы он не беспокоился. Все.

Тот кивнул. Монетки перекочевали за пояс кучера.

Ларс назвал адрес.

 

- Спасибо, - она проводила взглядом удаляющегося извозчика.

- Я бы сошел с ума, если бы ты не пришла домой ночевать, а я бы не знал, где ты.

Она обняла его крепко, ничего не ответив.

- Пойдем в дом, здесь уже холодно, - он обнял ее в ответ.

- Пойдем.

 

В доме было тепло и тихо. Часы показывали почти полночь, из-под двери кабинета доктора вырывалась неяркая полоска света, ветер шумел за окном.

Пожелав друг другу спокойной ночи, они разошлись по комнатам: Ларс ушел к себе, Алина осталась.

Ксанф вышел в гостиную, когда девушка пыталась обустроить себе диван для сна.

- Алина, ну что Вы! Вы же моя гостья! Я еще долго буду возиться с работой сегодня, а Вы идите отдыхать в спальню. Там Вам будет гораздо удобнее.

- Нет-нет, Вы что! - она совсем смутилась. - Я не хочу Вас стеснять.

- Алина, Вы -моя гостья, - повторил доктор.

- Хорошо, - сдалась девушка.

Ксанф улыбнулся тепло. Его несколько удивило, что Ларс уже ушел спать, оставив Алину в одиночестве.

-Давайте, провожу Вас.

Доктор показал девушке комнату, объяснил, где можно взять спальные принадлежности, и вернулся к себе.

Алина несколько минут простояла в растерянности под зеркальным потолком, не представляя, как можно здесь спать. Потом быстро застелила постель, задула свечу в надежде, что в темноте будет не так страшно, и скользнула под одеяло. Темнота над головой будто сгущалась. Луна выплыла из-за туч, осветив бледное алинино лицо на белоснежной подушке, зеркало все отразило мгновенно. Руки стали ледяными. Луна снова исчезла, и комната погрузилась во мрак. Ветер ударил в окна. Зеркало опускалось все ниже, отнимая воздух и тепло. Алина вскочила и выбежала из комнаты. В доме было все так же тихо, только из кабинета доктора доносился шорох бумаги.

 

Алина подбежала к дивану, где спал Хоод.

- Ларс, - произнесла едва слышно, сердце стучало медленно и сильно, не давая дышать.

- Алина? - он приподнялся на локте, чтобы рассмотреть ее в темноте, - ты почему не спишь?

- Там страшно, - ее голос дрожал.

- Иди ко мне, - позвал он ее, - я смогу тебя защитить.

Ледяными пальцами она нащупала в темноте ладонь Ларса и нерешительно присела на краешек дивана.

- Ты совсем замерзла! - воскликнул негромко Ларс, - забирайся под одеяло скорее! Ещё заболеть не хватало!

- Там огромные зеркала, - Алина будто не слышала его, - В спальне. Весь потолок зеркальный. Ты видел такое когда-нибудь?

- Тебе приснилось, - попытался успокоить ее Ларс, - давай, забирайся под одеяло, - он встал, уложил ее на диван, подоткнул одеяло, чтобы она поскорее согрелась и сел рядом.

- Нет, - она попыталась сесть, - я не спала. Пойдем, я тебе покажу.

- Алина, - серьезным тоном сказал Ларс, - это невежливо шастать ночью по чужому дому. Ты лежи, согревайся. Я пойду посмотрю, что там тебя напугало, а заодно постельное принесу.

- Я боюсь оставаться одна, - она чуть не плакала, не выпуская ладони Ларса из своих рук, - пожалуйста, пойдем вместе.

 

Ксанф услышал голоса в коридоре и вышел из кабинета.

- Ларс?

Вздрогнув, Алина резко потянула Ларса к себе, заставив его лечь рядом, и спряталась под одеялом.

- Да, доктор? - негромко сказал он в ответ.

- Все в порядке? Мне показалось, я слышал голос Алины.

 

Доктор остановился так, чтобы видеть Ларса, но не проходить дальше.

- Все в порядке. Я ничего не слышал.

- Хорошо, - кивнул Ксанф. - Я все же пойду проверю, как у нее дела.

- Я - с Вами, - Ларс быстро поднялся с дивана, закрыв его одеялом.

-Еще чего не хватало, Ларс! Молодая девушка спит скорее всего. Вам нечего там делать, -Ксанф жестом остановил Хоода.

- Ну уж нет, доктор! Я с Вами. Это не обсуждается.

Ксанф ничего не ответил, но улыбнулся едва заметно.

Пропустив Ларса вперед, он забрал подсвечник с единственной горящей свечой и двинулся следом.

Ларс замер на пороге спальни в недоумении: Алина действительно видела зеркальный, на всю ширину и длину потолка потолок. Над кроватью будто нависала чернильная бездна. У Хоода закружилась голова от этого зрелища. В желудке вновь появилось отвратительное чувство - холодного шерстяного ужаса. Как тогда. В тюрьме ЦРУ. После предложения Хаоса убить его быстро и безболезненно. Ларс схватился за косяк двери: панический ужас подкатил к горлу тошнотворным комком.

Доктор был немало удивлен, когда Ларс, не сомневаясь ни минуты, отправился в спальню в поисках Алины, но еще больше нахмуриться доктора заставила внезапная бледность Хоода. Ксанф постарался поддержать молодого человека, но с громоздким подсвечником в руке это удавалось с трудом.

- Вам плохо, Ларс? - доктор громким голосом попытался привести в себя Хоода. - Что с Вами?

- Всё нормально, - чуть слышно сказал Ларс.

- Я вижу. Алина! - Позвал Ксанф.

- Я здесь, - раздался тихий голос из-за спины доктора, - простите, я вышла на кухню попить воды. Никак не могла уснуть.

- Алина, помогите, пожалуйста, Ларсу, кажется нехорошо. Держите свет, - Ксанф протянул подсвечник и поддержал Хоода за плечо. - Давайте вернемся в Вашу комнату, Ларс.

- Оставьте меня в покое, доктор. У меня все прекрасно, - взорвался Ларс, высвободив плечо.

 

Ксанф отступил на шаг, загородив собой Алину.

- Как скажете.

- Давайте спать ложиться, - предложил Ларс, - только я не думаю, что Алине стоит в этой комнате ночевать. Пусть ложится на диван, где я сплю. А я могу и на полу устроиться.

Алина вышла из-за спины доктора, подошла к Хооду близко.

- Ларс, - обняла его крепко.

- Нет. Вы останетесь на своем месте, - твердо сказал Ксанф. - Алина, я помогу Вам перенести вещи в гостиную. Вы не против?

- Нет.

Ларс выругался про себя от злости.

-Вот и отлично, - доктор не своди взгляда с Хоода. - Идите тогда в гостиную, а я сейчас принесу все необходимое.

- Идём, - Ларс решительно взял Алину за руку и пошел с ней прочь.

Через несколько минут Ксанф приготовил Алине постель в гостиной, стараясь сделать ее максимально удобной для девушки.

И, второй раз за вечер пожелав спокойной ночи, вернулся к себе в кабинет.

Дождавшись, когда доктор уйдет, Ларс заглянул к Алине:

- Спокойной ночи, пуговица, - он поцеловал ее в кончик носа.

- Спокойной ночи, - она обняла его, - мне не нравится в этом доме. И то, как вы смотрите с доктором друг на друга. Давай завтра придумаем, куда уйти.

- Давай.

 

Утром на кухне Ксанфа и Ларса ждал завтрак.

Тут же, на столе, лежала записка, в которой девушка предупреждала, что ушла домой и вернется после обеда.

- Доброе утро. - Ксанф поприветствовал Ларса и поднялся, чтобы налить ему кофе. - Будете завтракать?

- Доброе, - хмуро ответил Ларс, - буду.

Ксанф быстро накрыл на стол и вернулся к чтению газеты.

Ларс отхлебнул кофе и едва сдержал гримасу недовольства: напиток был прогорклым и с неприятным послевкусием. Но вежливость гостя не позволила ему вылить кофе обратно в кофейник, пока хозяин не видел.

Ларс сделал себе бутерброд с сыром и зеленью.

- Что интересного пишут?

Ксанф отложил газету. Мысли его занимало отнюдь не чтение, а размышление, почему Ларс не интересовался отсутствием Алины.

- Реформы, реформы...Честно говоря, мало в этом понимаю.

- Бургомистр Эквус затеяла реформы? - недоверчиво хмыкнул Ларс.

- В столице новый бургомистр, Ларс. Вы, видимо, еще не слышали об этом? Тогда Вам будет интересно, - и он подвинул газету ближе к гостю.

- Новый? - Ларс взял газету в руки, - как стремительно... Эквус мертва?

Доктор бросил удивленный взгляд на юношу.

- Об этом ничего не писали, - задумчиво ответил он.

- Просто из бургомистров можно только вперед ногами выйти, - пожал плечами Ларс, - прошлого убили на турнире случайно, к примеру.

- Случайно?

- Случайно, - усмехнулся Ларс.

- Как это произошло? - заинтересовался Ксанф.

- У одного из чемпионов сломалось копье так неудачно.

- Кошмар какой. А как смогли доказать, что это была случайность?

- Свидетелей было много.

- Как повезло! - доктор покачал головой и поднялся из-за стола. - Вам придется потерпеть мое вынужденное присутствие сегодня днем. Не хотелось бы оставлять Вас одного, учитывая вчерашнее падение, а Алина, к сожалению, ушла. Но зато помимо кофе она оставила нам с Вами прекрасный завтрак! Я еле удержался, чтобы не съесть и Вашу порцию.

- Доктор, Вам есть что сказать мне? - сделав небольшую паузу, спросил холодно Ларс.

-Скорее, спросить, - помедлил Ксанф. - Куда Вы ходили вчера?

- Никуда.

- Вы выходили из дома. Алина сказала, что дверь была открыта, когда она вернулась, хотя Вы ее закрывали.

- Это не так. Я не выходил из дома.

- Как тогда объясните открытую дверь? Кто-то приходил? - Насторожился доктор.

- Нет. Просто открылась. Случайно, - абсолютно спокойно ответил Ларс.

Ксанф нахмурился.

-Если у Вас есть ко мне какие-то вопросы, я всегда на них отвечу.

- Почему в Вашей спальне зеркальный потолок? Что за извращение? - воспользовался предложением Хоод.

- Хотел бы я сам понять, - усмехнулся врач. - После смерти жены мне хотелось избавиться от всего, что вызывало бы болезненные воспоминания. Я думаю, Вы догадываетесь, кто помог мне в один день изменить этот дом до неузнаваемости.

- И что Вы отдали ему взамен? - Ларс усмехнулся чувству юмора Хаоса.

-Это был подарок.

- Да, конечно, - Ларс улыбнулся горько.

- А что подумали Вы, увидев такой интерьер? – с интересом спросил Ксанф.

- Что у Вас крепкая крыша, - съязвил Ларс.

- И, видимо, богатая фантазия, - заметил доктор.

Некоторое время они сидели в тишине. Хоод изучал газету.

-Скажите, Ларс, Вам хотелось бы, чтобы Алина осталась гостить пока вместе с Вами здесь? – внезапно спросил Ксанф.

- Я не думаю, что это хорошая идея.

- Согласен, но если Вы будете чувствовать себя лучше, благодаря ее постоянному присутствию, то оно того стоит, - улыбнулся доктор.

- Её брат разнесет Ваш милый особнячок в щепки, если узнает, что она здесь ночует в компании мужчин.

- Она же будет с Вами, под Вашей охраной. Он должен понять, нет?

- Нет.

-Если хотите, я могу попробовать объяснить ему все.

- Не стоит. Это только ухудшит ситуацию.

- Как скажете, - закрыл тему доктор.

- Спасибо.

- Я, пожалуй, займусь делами, - доктор отодвинул от себя блюдце с пустой чашкой, - кстати, если хотите, Вы можете выбрать себе любую книгу. Наверху есть неплохая библиотека художественной литературы на разных языках.

Ларс промолчал, задумчиво продолжая ковыряться в тарелке.

- Как только решите, с удовольствием покажу Вам все.

 

 

***

 

Алина вернулась в дом Ксанф около шести вечера. Доктор сидел в гостиной и читал книгу.

- Добрый вечер, - девушка повесила мантильку на спинку стула.

-Добрый день, Алина, - Ксанф улыбнулся ей тепло. - А я Вас жду! Пойду на работу тогда сейчас, только доем Ваш пирог утренний. Посидите со мной немного?

- Конечно, - она улыбнулась в ответ. - А где Ларс?

- Он отдыхает, а я тут зачитался пока. Мне кажется, Ларсу не нравится у меня, -задумчиво сказал доктор.

Алина присела в кресло напротив Ксанфа.

- Его можно понять. Трудно долго в гостях.

Ксанф нахмурился.

- Прошла всего неделя...Как думаете, что нужно попробовать изменить, чтобы Ларс почувствовал себя комфортнее? Ведь здесь сейчас для него и самое безопасное место, понимаете?

- Не знаю, - призналась Алина.

- Может быть, его что-то беспокоит?

- Я не знаю, доктор. Лучше Вам спросить у него.

Ксанф удивленно посмотрел на Алину.

- Вы так считаете?

- Да.

- Просто я думал, что с Вами он будет более откровенен, - разочарованно протянул Ксанф, но тут же продолжил, - я заметил, интерьер моей спальни его не просто неприятно удивил, - молодой человек замялся, подбирая замену к слову испуг, - будто вынул из действительности. Мне кажется, Ларсу необходима помощь, и лучше Вас с этим никто не справится.

- Что я могу сделать?

- Ему слишком много пришлось пережить, судя по всему, - мягко отметил доктор, - и возвращая его к жизни, просто продолжайте показывать, что вокруг есть доброта, участие, доверие, любовь...- Ксанф улыбнулся. - Это лучшее средство.

Алина улыбнулась в ответ.

- Конечно, доктор.

Разговор, очевидно, был закончен, и Ксанф уже поднялся, собираясь уходить, но на секунду остановился:

- И знаете еще что, Алина? Когда человек возвращается к жизни, часто его профессиональные навыки просыпаются первыми. Это ведь то, что въедается в наш мозг за долгие годы.

-Что Вы имеете в виду.

- Просто хочу, чтобы Вы были осмотрительнее, -тигриные глаза смотрели тепло. Доктор быстро откланялся и заспешил на работу.

 

Пишет Хаос Мира Зеркал. 07.11.13

Эцио

УВЕРЕННОСТЬ

 

Пишет Эцио. 08.11.13

Эцио был вне себя от возбуждения. Он сел за стол и посмотрел на штамп. Он был бордовый. Да, это был тот самый штамп, который в детстве Эцио видел на всех письмах, адресованных любым знакомым или друзьям Сальвио. А вот почерк… Он был… такой же… практически такой же. Буква «д» была написано слитно с остальными. В отцовском почерке «д» писалась отдельно. Странно…

Эцио взял ножницы, вырезал цифры, а письмо бросил в камин. Из цифрового квадратика привычными, почти автоматическими движениями он сделал оригами. На обратной стороне были цифры.

Эцио поднялся на третий этаж и подошел к вечно загадочной двери, которая никогда не открывалась. Эцио ввел код, нажал на ручку двери, но та не поддалась. Он еще раз толкнул ее. Проверил код, оригами, но все было напрасно.

Судя по отцовскому письму, из кабинета вниз шел лаз.

Эцио спустился на второй этаж в одну из спален, которая располагалась точно под кабинетом отца. Посередине комнаты стояла колонна. Постучав по ней, Эцио понял, что она полая. Он едва не сбил овальное зеркало, в котором мельком увидел свое отражение.

Обретя надежду, он сбежал на первый этаж в гостиную, которая находилась точно под спальней. Посередине комнаты стояла такая же колонна. И она тоже была полой.

Значит, секретная комната отца была в подвале или даже глубже. Но подвал располагался в другом крыле дома, под кухней.

Эцио вбежал на кухню, открыл люк, ведущий под землю, туда, где у семьи хранились запасы еды и вина. Он спустился в подвал и подошел к дальней стене, за которой, по его мнению, располагалась тайная комната.

Это была самая обычная кирпичная стена. Правда, на одном из кирпичей были нацарапаны странные буквы: «In». Что это значит? Хм. Indelicato. Эцио провел ладонью по буквам и нажал на кирпич. Участок стены, от пола до плеча Эцио, чуть сдвинулся назад. Стена поддалась.

Эцио оказался в маленьком тоннеле. Он прошел несколько метров по длинному узкому коридору и увидел перед собой достаточно длинную комнату с уходящей вверх деревянной лестницей.

Это была та самая комната! Но она была совершенно пуста!! Лишь в центре одиноко стоял старый письменный стол, на котором лежал лист с надписью «Живи».

 

 

Пишет Ксанф. 17.11.13

В этот раз Ксанф вернулся домой, когда Алина уже ушла. По негласной договоренности, она всегда уходила засветло, а если засиживалась допоздна, то доктор непременно шел ее провожать. Сегодня же Ксанфу пришлось надолго задержаться на работе, и он от души порадовался, что девушке не пришлось его ждать.

Есть совершенно не хотелось, хотя, судя по запахам с кухни, доктора ждал прекрасный ужин. Несколько минут Ксанф провел сидя в своем любимом кресле и наслаждаясь тишиной, затем с явной неохотой поднялся и отправился переодеваться.

- Добрый вечер, - Ксанф заглянул в комнату Ларса. - Составите мне компанию за ужином?

- Хорошо, - пожал плечами Ларс.

- А что у нас на ужин, не знаете? - доктор прищурился.

- Рыба, - Ларс взъерошил волосы усталым движением.

- Рыба, - как -то обреченно повторил Ксанф. - Кости.

- Вам понравится, - вдруг ободряюще сказал Ларс, - костей там нет. Я умею снимать филе.

- И специального рыбного ножа у меня нет, - все еще насторожено заметил доктор, но тут же улыбнулся, - зато есть отличное вино к рыбе!

- Я произвожу впечатление педанта и зануды, доктор? - хмыкнул Ларс недовольно. Было неприятно, что хозяин дома изначально преисполнился скептицизма относительно его готовки.

Ксанф рассмеялся в ответ.

- Нет, вовсе нет! Просто я никогда не умел управляться с рыбой, а наличие гостей в доме вроде как требует соблюдения приличий. Я буду рад, если мы посидим в простой обстановке, и Вы сделаете вид, что не обращаете внимания на мою неуклюжесть.

- Договорились.

Ларс оказался прав. Если бы доктор раньше знал, что рыбу можно приготовить таким образом, то не испытывал бы к ней антипатии в течение многих лет.

- Очень вкусно! - искренне восхитился он. - Даже на пиратском корабле я такого ни разу не пробовал!

- Вы были пиратом? - Ларс чуть не подавился вином.

- Я был врачом на пиратском корабле, - поправил доктор.

- Как так вышло?

Ксанф помрачнел.

- В первый раз это случилось сразу после смерти жены. Мы ходили в большое плавание почти на год, - ответил он и одним глотком допил оставшееся в бокале вино.

- Интересная у Вас судьба, доктор, - Ларс тоже выпил вино залпом.

- Чем интересная? - Ксанфу эти воспоминания не казались интересными. Скорее он предпочел бы забыть о тех днях, слившихся сейчас в одно пятно.

- Пираты, Хаос, - пожал плечами Ларс, налив себе еще половину бокала вина.

- Хаос здесь ни при чем, - доктор забрал у Ларса бутылку и наполнил его бокал до края, после чего аккуратно налил себе, - К несчастью, в моей жизни хаоса хватает и без него. А вот пираты - да, значительная часть моей жизни. Я многому научился у них.

- Например?

- Например, спокойствию. Не поддаваться панике ни при каких обстоятельствах. И твердости, - тут он внезапно улыбнулся. - А еще научился выпивать бутылку вина за один раз, стоя на форштевне!

- Важное умение, - усмехнулся Ларс.

- Не веришь? Хоть сейчас докажу! – внезапно перешёл на «ты» доктор.

- А давай, - включился в игру Ларс.

- Спорим, выпью бутылку, стоя на подоконнике чердака и ни за что держаться не буду?!

- Спорим.

- Пошли! – доктор достал непочатую бутылку и решительно вышел из кухни.

- Идем, - Ларс последовал за ним, прихватив недопитую ими бутылку.

Они поднялись наверх.

Сдвинув в одну сторону занавески, Ксанф раскрыл окно и залез на подоконник. Уступ был небольшой, толщиной в несколько сантиметров, и высота окна не позволяла доктору выпрямиться в полный рост, поэтому пришлось поставить ногу на самый край.

- Давай сюда бутылку, -скомандовал Ксанф, все еще держась одной рукой за раму.

Ларс протянул ему вино, смеясь отчаянной храбрости доктора.

Молодой человек ухватился поудобнее и посмотрел вниз.

- Интересно, она меня будет выхаживать с проломленным черепом?

- Кто? - Ларс открыл свою бутылку и отхлебнул из горлышка.

- Никта, - мягко произнес доктор.

Ларс выронил бутылку, и она разбилась вдребезги.

- Эй, что случилось? - Ксанф быстро спрыгнул на пол.

- Мне больше не наливать, - хмыкнул Ларс, притворившись чуть более пьяным, чем был на самом деле.

- Ну вот! - улыбнулся доктор. - Выходит, и на окно тогда не полезешь!

- Я и не собирался. Это твоя идея была.

- Так я бы тебя научил!

- Пока не доказал, что сможешь сам.

- Считаешь, что не справлюсь? Ну, я тебе докажу! - и, в две секунды снова оказался на подоконнике с бутылкой в руке.

Ларс подошел ближе.

Лицо Ксанфа было спокойным и сосредоточенным. Поймав равновесие, он отпустил руку и остался вовсе без поддержки. Тут же медленно поднес ко рту бутылку и, закинув голову, оперся на правую ногу для поддержания баланса.

В течение следующих нескольких минут рука доктора, с зажатой в ней бутылкой, поднималась все выше и выше, пока, наконец, все не было выпито. Ксанф быстро ухватился свободной рукой за раму, и демонстративно потряс пустой бутылкой.

Ксанф ловко спрыгнул обратно в комнату.

- Браво, - зааплодировал ему Ларс, - спускайся скорее.

- Хочешь, тебя научу? – спросил он, и отодвинул в сторону мохнатый половик, к которому уже подбиралось вино из разбитой Ларсом бутылки.

- Я тоже так могу на самом деле.

- Откуда?

- Догадайся, - рассмеялся Ларс.

- Все понятно, - протянул доктор, - Тогда согласись, что тут любой справится, главное, технику понимать.

- Ну, не знаю. У нас несколько человек в ров с аллигаторами свалилось всё-таки.

- Мрак! Вот дела! Хотя, ты знаешь, у нас ведь тоже уносило за борт, но это было по глупости, когда в самый шторм...- Ксанф нахмурился. - Ерунду я тут затеял, а ты меня поддержал!

- А мне было весело, - пожал плечами Ларс.

- Да и мне тоже, - засмеялся в ответ Ксанф.

- Хорошо, что Алина нас такими не видит.

- Вот уж точно! Моя репутация серьезного человека была бы подорвана. Давай я приберусь здесь быстро, - он протянул Ларсу пустую бутылку, - а ты спускайся вниз заметать следы там.

- Договорились, - Ларс, немного покачиваясь, поплёлся к выходу. Ксанф не заметил несколько коротких профессиональных взглядов, которыми он обшарил чердак в несколько мгновений.

Доктор быстро убрал осколки и протер все, но постелить вязаный половик обратно так и не решился. Аккуратно свернув старую вещь, убрал ее за деревянный ящик: подальше с глаз, но в безопасное место, забрал мусор и быстро спустился вниз.

Ларс сидел на кухне, за столом, положив голову на руки.

- Все в порядке?

- Ага, - Ларс поднял на Ксанфа мутный взгляд, - устал немного.

-Тогда, айда спать. Меня уже ноги не держат.

- Айда, - повторил за ним странное слово Ларс.

Доктор улыбнулся.

-А все-таки жаль, что ты умеешь пить на форштевне, - задумчиво произнес он, уже стоя у двери, - я бы научил тебя. В обмен на рыбу.

- Рад, что понравилось.

 

Пишет Хаос Мира Зеркал. 18.11.13

Эцио

Безмятежность

Ксанф

Изобретательность

 

Дом Тира, стоявший в глубине старого сада, перечеркнутый серыми ветвями деревьев, выглядел совсем маленьким и незащищенным. Казалось, что деревянное крыльцо вот-вот рассыплется, оконные стекла опадут острой крошкой, крыша превратится в пыль.

Но внутри было тепло. Так тепло, что воздух в свете десятка свечей казался карамелью, запах жаркого обволакивал пледом, книги на полках переливались в полумраке разноцветными корешками.

- Привет.

- Привет.

- Я приготовил вчера ужин.

- Пахнет очень-очень вкусно.

- Мне тоже нравится.

Пол ответил на его шаги мягким скрипом, свечи на столе колыхнулись.

- Хочешь попробовать?

- Хочу.

Чугунная жаровня была накрыта кухонным полотенцем, дверцы шкафчика с посудой тихо открылись, стул чуть отодвинулся в сторону.

- Очень вкусно.

- Правда?

- Да.

Ветер ударил в окно. Стекла вздрогнули, звякнув.

- Хочешь еще?

- Нет, спасибо.

Пустая тарелка оказалась в центре обеденного стола.

- Чаю?

- Давай.

Карамельный воздух стал пахнуть лимоном и бергамотом.

- Где ты была?

- В больнице.

- Нет.

- Да.

- Нет. Я был в больнице ночью.

Ложечка звонко задела стенки чашки.

- Где ты была?

- У Ларса.

Тир откинулся на спинку стула.

Ветер ударил в окно. Стекла вздрогнули, звякнув.

- Скажи еще что-нибудь.

- Что?

- Что угодно.

- Доктор был дома. Все хорошо.

- Почему ты осталась?

- Ларсу стало плохо днем.

- Почему мне об этом не сказала?

- Ты бы не позволил.

- Кто придумал сказать про больницу через извозчика?

- Я.

- Нет. Ты скорее бы вообще ничего мне не сказала. Это сделал Ларс.

- Я думала, ты не знаешь, как его зовут.

- Потому что я никогда не называю его по имени?

- Да.

Пол скрипнул мягко под его шагами.

- Хочу познакомиться с доктором. И поговорить с Хоодом.

- И вступить в ЦРУ?

- Удачная шутка.

- Думаю, дом охраняется.

- Отведи меня.

- Нет.

- Да.

 

Пишет Эцио. 24.11.13

Что? Какое «Живи»? Что это все значит?

Эцио поднялся по ветхой длинной лестнице прямо в кабинет отца.

Он оказался в большой пыльной, но богато обставленной комнате. Ее кирпичные стены были украшены лакированными досками дуба. Комната была заставлена деревянными шкафами, с полок которых вываливалось огромное количество исписанных дочерна листов бумаги. В каждом углу стояли гравированные золотом сундуки, которые переполнялись обилием толстых тетрадей и книг. Посередине комнаты стоял дубовый стол, также заваленный писаниной. В многочисленных ящиках стола не было ничего, кроме небольшой коллекции перьев, которую отец начал собирать незадолго до смерти.

- Эцио, ты где? – вдруг послышался голос тети.

«Как не вовремя» - с досадой подумал Эцио. Он открыл дверь кабинета и крикнул: «Подойди, пожалуйста!»

- А ты где?

- В кабинете папы.

Послышались торопливые шаги. Тетя вошла в кабинет. На ее лице было недоумение.

- Как ты здесь очутился?

- Я тебе все расскажу.

… - Пойдем в ЦРУ, - закончил Эцио свое мини-повествование.

- Эцио, в сотый раз тебе повторяю: ты слишком мал! Я не хочу слышать до восемнадцати лет ни одного слова про ЦРУ, убийцу и «долг мести».

-Но…

- Категорически НЕТ! Выходи отсюда сейчас же, я поменяю код. Подвал я запру, а ключи от него будут храниться у меня. Иди спать.

Вместо школы Эцио решил пойти в Ратушу - приемную ЦРУ. Но стражники не пустили его даже на порог здания, пригрозив упечь в тюрьму всю его семью.

Он вернулся домой в ярости. От бессилия едва сдерживал слезы. Разбрасывал по сторонам все, что попадалось под руку. В конце концов, так устал, что лег на кровать и заснул.

Проснувшись на закате, Эцио увидел на диване Безмятежность. Вспомнив свой сон, спросил у девочки:

- Слушай, а Хаос может менять возраст?

- Привет. Хаос может все.

Эцио откинулся обратно на подушку. Под бессмысленную болтовню про наращивание волос и модные прически этого сезона, он опять погрузился в сон.

Когда Эцио проснулся, за окном еще был виден последний лучик солнца.

Он подошел к зеркалу.

-Милорд, - он первый раз в жизни разговаривал с Хаосом – хозяином Мира Зеркал, - у меня к Вам просьба. Мне очень мешает мой возраст. Вы можете все. Прошу Вас, милорд, сделайте меня взрослым. Увеличьте мой возраст до восемнадцати лет.

- И что мне за это будет? - написалось красным на серебреной поверхности

-Все, что хотите.

- Я хочу, чтобы Вы отказались от поисков убийцы своих родителей раз и навсегда, а в случае, если убийца вдруг будет обнаружен, Вы простите его и не станете мстить.

- В таком случае в моей просьбе нет смысла.

- В любой просьбе ко мне смысла немного.

- Может быть, Вы захотите что - нибудь еще?

- Нет.

- Тогда будем считать, что я Вас ни о чем не просил.

- Договорились.

 

Пишет Алина. 01.12.13

Тир постучал в дверь дома Ксанфа около одиннадцати утра. Алина стояла за спиной брата.

Ксанф открыл дверь практически сразу. Увидев Алину и ее спутника, он приветливо улыбнулся.

-Доброе утро! Проходите

- Взаимно, - Тир пожал руку Ксанфа. - Милый дом у Вас, доктор. Простите, что я без приглашения.

- Спасибо! - Ксанф кивнул.

- Я хотел поговорить с Вами. Это правда, что моя сестра ходит сюда, чтобы ухаживать за одним Вашим пациентом? Почему здесь, а не в больнице?

- Тир, я уже все тебе объясняла, - попыталась вмешаться Алина.

- Я хочу услышать это от доктора, - он смотрел Ксанфу прямо в глаза.

На лице доктора отразилось удивление.

- Алина не ухаживает, - мягко исправил Ксанф, - а помогает своему другу поскорее восстановиться после операции, верно? - он перевел взгляд на Алину. - Может быть, мы продолжим разговор в гостиной?

- Я хочу видеть Хоода, - сказал Тир, сделав над собой усилие, чтобы вежливо дослушать доктора до конца.

- Тир, - Алина схватила его за руку.

- Если Вы пройдете в гостиную, мы все вместе сможем там побеседовать, - повторил свое предложение Ксанф.

- Хорошо.

Они прошли в гостиную. Тир остановился возле кресла и оглядел комнату.

- Где наш друг?

Доктор жестом предложил Алине присесть на диван.

- Я сейчас приглашу его. Но, может быть, я сам могу Вам чем-нибудь помочь?

- Не думаю, что это возможно, доктор. Позовите его, пожалуйста, - Тир так и стоял посреди комнаты, Алина - рядом.

- Располагайтесь, - ответил Ксанф и вышел из комнаты.

Хоод дремал на кресле в саду.

- Ларс, - негромко позвал доктор.

Ларс открыл глаза:

- Что случилось?

- У нас в гостях Алина и ее брат. Ты не выйдешь к нам, пожалуйста?

- Тир? - Ларс взъерошил волосы, - я сейчас не очень в форме для таких разговоров. Голова раскалывается. Не понимаю, почему ты бодр и весел, как будто не пил всю ночь и с крыши не прыгал. Нечестно.

- Профессиональное, -Ксанф чуть улыбнулся, но тут же посерьезнел. - Ты знаешь, мне кажется, он настроен весьма агрессивно и непременно хочет тебя увидеть. А Алина напугана немного...

- Он всегда настроен агрессивно, - Ларс вздохнул и нехотя поднялся, - я думаю, это детская травма психологическая, - он аккуратно сложил плед и бросил его на кресло, - что нужно, не сказал?

- Нет. Наверное, ему не нравится, что Алина целыми днями пропадает здесь.

- Его проблемы, - пожал плечами Ларс, - идём.

Молодые люди появились в гостиной довольно быстро.

- Здравствуй, - Тир протянул Ларсу руку. - Как самочувствие?

- Вашими молитвами, - усмехнулся Ларс, - как Ваше самочувствие?

- Пожми руку, Хоод, - сказал Тир холодно.

Алина опустилась на кресло и закрыла лицо руками.

- Вы в гостях, Тир, - Ларс демонстративно завел руки за спину, - это невежливо так разговаривать с другим гостем при хозяине. Правда, Ксанф?

Доктор, все это время наблюдавший за гостем издалека, подошел ближе.

- Тир, мне кажется, Вы ищите повод для ссоры. Давайте попробуем решить все мирным путем. В чем дело?

- Простите, доктор, - Тир посмотрел на Ксанфа сверху вниз. - У нас с Хоодом старые счеты. К Вам это не имеет отношения. Мне жаль, что все это происходит здесь, - Тир повернулся к Хооду и проговорил, старательно подбирая слова. - Я слишком хорошо знаю Алинку: она сделает все, чтобы быть с тобой. Ты знаешь, как я к этому отношусь. Но терять сестру из-за тебя я не буду. Только поэтому я предлагаю тебе переехать в мой дом. Гарантирую мир. Здесь находиться ей я не позволю больше.

Ларс обернулся к Алине.

- Прости. Я не могу поехать. Это плохо закончится для одного из нас, - он перевел дыхание украдкой. - Его вспыльчивость и моя жесткость плохо друг с другом сочетаются.

Алина подняла на него глаза, полные слез, молча кивнула и вышла.

- Как Вы правильно заметили, Тир, это мой дом. И я не понимаю, чем он так плох, что Вы хотите запретить Алине бывать у меня в гостях?

- Она не у Вас в гостях, доктор, - Тир изо всех сил старался быть вежливым. - Она ночует в доме, где живут двое мужчин, и врет мне, что дежурит в больнице, - он глянул на Хоода. - Ведь так, Ларс?

- Это была моя идея - соврать Вам, - усмехнулся нагло Ларс, - но у Вас не совсем полная информация о том, что здесь происходит. Она не только ночует в доме, в котором живут двое мужчин, но и спит в спальне с зеркальным потолком одного из них.

Ксанф бросил на Хоода хмурый взгляд, но промолчал из вежливости.

- Доктор, мне кажется, или Ваш гость провоцирует меня на драку? - спросил Тир, сжав руки в кулаки.

- Здесь никому не нужна драка, - Ксанф хмурился, глядя на Ларса.

- Брата, который о своей сестре думает дурное и не доверяет самостоятельно принимать решения относительно ее собственной жизни, я не против ещё раз проучить, - пожал плечами Ларс. - Забыли уже прошлую встречу, Тир? - зло и с презрением спросил он, а потом, не дожидаясь ответа, продолжил с теплотой, - Алина - лучшее, что было в моей жизни. Самое светлое и чистое. Если она хочет уйти с Вами, я не стану перечить ее решению, так как уважаю его. Но если я услышу ещё хоть одну инсинуацию относительно неё, я сдерживаться не буду.

- Я не сомневаюсь в ней, господин Хоод, - сказал Тир сквозь зубы. - Я знаю свою сестру лучше, чем Вы. Но, в отличии от Вас, я переживаю за ее репутацию.

- Как же! - фыркнул Ларс.

Тир смерил его испепеляющим взглядом.

- Всего доброго, доктор. Извините за вторжение, - развернулся и ушел.

Доктор несколько секунд смотрел на закрывшуюся за Тиром дверь, затем перевел взгляд на Ларса.

- Что все это значит?

- Деревенское воспитание, - пренебрежительно бросил Хоод.

- В присутствии Алины ты мог бы вести себя сдержаннее в формулировках. Что он имел в виду, когда сказал "старые счеты"?

- Он уже пытался забрать ее у меня какое-то время назад, - сказал Хоод, - тогда не удалось. Я спустил его с лестницы.

- А зачем она тебе? - доктор присел на подлокотник кресла.

- Хозяин спросить попросил? - скрестив руки на груди, ответил вопросом на вопрос Ларс.

- Что ты имеешь ввиду? - насторожился Ксанф.

- Того, кто потолок тебе придумал.

Доктор поднял руки вверх, продемонстрировав Ларсу чистые ладони.

- Еще раз повторю, мой дом - это действительно подарок. Я никому и ничего за него не продавал.

- Рад за тебя, - усмехнулся тот в ответ.

Доктор неодобрительно покачал головой.

- Если девушка тебе дорога, думаю, стоит хотя бы попытаться наладить отношения с ее родными. Я только это хотел сказать.

- Мне он не родня.

- Зато для Алины не чужой человек. С этим нужно считаться.

- Я не хочу слушать нотации, доктор.

- Действительно, не мое дело. Но она ушла. И, если тебе понадобится моя помощь, чтобы попробовать вернуть ее, я всегда к твоим услугам.

- Спасибо, но нет.

Доктор пожал плечами. Он вспомнил, как отчаянно Алина пыталась увидеть Ларса в больнице, и ее сегодняшний покладистый уход с братом никак с этим не вязался.

- Кажется, сегодня моя очередь готовить ужин? - притворно горестно вздохнул Ксанф и поднялся.

- Я есть не буду, на меня можно не готовить, - Ларс развернулся и вышел в сад.

 

Алина сидела на ступеньках крыльца, обняв колени и уткнувшись в них лицом.

- Пойдем, - Тир появился через несколько минут. – Ты слышала его ответ.

Алина не двинулась с места.

- Алин, - повторил он. – Я даже не ударил его. Несмотря на все гадости, которые он бросил мне в лицо.

Девушка подняла глаза – лицо было мокрое от слез.

- Он просто негодяй, - сказал Тир, присев перед ней на корточки. – Не плачь из-за него.

- Он не такой, - выговорила она. – Он совсем не такой. Я не знаю, почему он так ведет себя с тобой.

- Пойдем домой.

- Нет. Я не пойду.

- Алинка, - Тир сдерживался из последних сил.

- Я не пойду.

- Он устраивает тебе проверки. Сам он никогда ничего не сделает для тебя. Он будет наслаждаться тем, что делаешь ты. А когда ты устанешь и уйдешь, он просто смирится с твоим решением. «Уважая тебя», - передразнил Тир похоже.

- Что ты сделаешь, если я останусь?

Тир встал.

- Я разнесу к мраковой бабушке весь этот пряничный домик, - Тир пнул ногой резные перила. – Пойдем домой. Ты не можешь оставаться здесь с этим мерзавцем.

- Я останусь, - тихо повторила она. – Иди домой один.

Ответом были несколько яростных ударов по тонкой резьбе крыльца. Дерево хрустнуло и сломалось.

- Что ты делаешь? – Алина вскочила и попыталась оттащить Тира подальше.

- Уйди! - он поднял руки вверх, чтобы не ударить ее в порыве гнева. – Иди к своему… - так и не подобрав нужного слова, Тир в отчаянии пнул покосившиеся перила, окончательно обрушив их, и быстро зашагал в сторону Читавеккья.

 

 

Ксанф уже был на кухне, когда услышал неприятный треск на крыльце. Пришлось выйти на улицу.

На пороге стояла Алина с заплаканными глазами и глядела на обломки перил и ступенек. Тира нигде не было.

Доктор окинул быстрым взглядом поле боя и улыбнулся Алине.

- Я так и знал, - весело заметил он. - Ларс, подойди сюда, пожалуйста!

- Что опять? - послышалось из сада, - кто-то ещё пришёл сказать мне, что я гад? Если да, скажи ему, что меня нет.

- Простите, доктор, - пробормотала Алина, оглядывая то, что осталось от крыльца, слезы все еще лились по щекам, - это... случайно... простите...

- Это Алина, Ларс! - сообщил Ксанф и снова повернулся к девушке, - Ужасно. Даже не знаю,сколько Вам с Ларсом придется ремонтировать здесь все.

Ларс очень быстро оказался у двери. Ему явно не хватало дыхания от слишком быстрой ходьбы:

- Всё хорошо?!

Увидев Алину живой и здоровой, он снова натянул на лицо маску равнодушия.

- Я починю завтра. Не так уж и много здесь работы, доктор.

Алина принялась собирать обломки дрожащими руками.

- Алина, я же сказал, что починю завтра, - строго остановил ее Ларс.

- Доктор, можете поймать карету, чтобы Алину отвезти домой? - крикнул он удаляющемуся вглубь дома Ксанфу.

- Ты уверен? - доктор вопросительно посмотрел на Ларса.

- Она так решила. Да. Я уверен.

Она выронила все обломки из рук.

- Ларс, - посмотрела на него, голос не слушался, - я - осталась. А что решил ты?

- Ты ушла.

- Тогда почему я здесь? - она в изнеможении прислонилась к стене дома.

Доктор, чтобы не мешать гостям, спустился вниз и вышел к дороге, делая вид, что осматривает кусты сирени.

- Не знаю.

Он вновь посмотрел на Ксанфа.

- Поможете?

- Что решил ты? - повторила Алина.

- Доктор, - Ларс с укором посмотрел на доктора, который по-прежнему топтался на месте.

- Хорошо, -Ксанф отправился на поиски кареты.

- Ты сделала выбор, - глядя ей в глаза, сказал Ларс, - ты ушла. С моей стороны ничего личного - просто инстинкт самосохранения. Я не хочу бояться потерять тебя каждый раз, когда к нам приходит твой брат. Лучше сейчас раз и навсегда, чем терять каждый день. Не хочу.

- Я не уходила. Я сидела здесь, чтобы сказать Тиру, что останусь. Я не могу видеть вас вдвоем. Мне больно очень. Но я бы никогда не ушла.

Ларс развернулся и ушёл в дом.

Алина сползла вниз по стене.

Через минуту к дому подъехала карета.

Ксанф спрыгнул с подножки и быстро подошел к Алине.

- Все готово.

- Мне не нужна карета, чтобы уйти, доктор.

- Чем я могу Вам помочь? - тихо спросил Ксанф.

- Ничем, - она встала, - Прощайте. Спасибо Вам за все, - и направилась в сторону Читавеккья.

 

***

Следующим вечером, когда Ксанф вернулся домой с дежурства, он обнаружил Ларса сидящим на подоконнике чердачного окна с бутылкой вина в руке.

Молодой человек был явно не в себе.

- Ты что там делаешь? - доктор остановился под окном. - Почему меня не подождал?

- Знаешь, я подумал, что, может быть, все было зря, - Ларс встал на подоконник, держа в одной руке бутылку, другой ухватившись за косяк, - вообще всё. Зря.

- Что именно?

- Всё, - он опасно покачнулся.

Ксанф на всякий случай сделал подошел ближе.

- Прекрати. Зря ничего не бывает, надо только правильные выводы делать из полученного опыта, а это ты умеешь.

- Ты не понимаешь. Никто не понимает, - Ларс чуть разжал пальцы и соскользнул еще вперед, почти повиснув над бездной.

-Не понимаю, - кажется, разозлился Ксанф, - я ничего не понимаю в этом Мире! Не понимаю, почему одних вспарывают ножом как рыбу, а они остаются живы и теперь играючи сигают из окон! Почему одни возвращаются из Лабиринта как ни в чем не бывало, как будто на прогулке были, и ничего! А молодая девушка, которую..,- голос доктора споткнулся, -которая..она умирает. За что? Где справедливость?

Ларс замер.

- Ты говоришь, что все было зря, но ведь кое-что все-таки принесло тебе пользу, верно?

- Мне? Я даже не знаю, кто я.

- Что ты имеешь ввиду?

Ларс безвольно опустился на подоконник.

- Ничего, - почти прошептал.

- Думаю, ты слишком требователен к себе. Глядя на колебания Алины, любой бы сорвался. А ведь дело было скорее в странном поведении ее брата, как считаешь?

Ларс отвернулся, тайком стерев тыльной стороной ладони слезы бессилия.

- Я бы, наверное, не выдержал и врезал ему, - вздохнул Ксанф и присел прямо на сырую землю.

- Я не понимаю, что я ему сделал, что он поступил со мной так, - Ларс обхватил голову руками.

-Может быть ты что-то НЕ сделал? - тихо ответил Ксанф.

- Не разбил зеркало? - зло бросил он в ответ. - Да, стоило бы.

- А что-то обменял? Была какая-нибудь сделка?

- Он сказал, что я не буду жить. Что так решила Эрклиг, а он не пойдет против ее желания. Почему тогда? Почему я здесь?

Доктору стоило большого труда снова взять себя в руки.

- Кто-то другой попросил за тебя. Алина?

- Я не знаю. То, что он сделал, было неправильно. Слышишь, Хаос?! - вдруг крикнул он в полный голос, - НЕПРАВИЛЬНО!

- Не слышит, скорее всего. И к счастью. А что такого ты сделал, что герцогиня тебя мертвым видеть захотела?

- Ничего, - огрызнулся Ларс, - я устал... - он перевалился с подоконника на пол и уснул моментально.

 

Алина смотрела, как долька лимона кружится в чашке крепкого чая.

«Ничего личного».

Совсем ничего.

Ни капли.

Она стерла упавшую слезу с деревянной поверхности столика.

«Не хочу бояться потерять тебя каждый раз».

Глупый Тир. Глупый Ларс.

Чай оказался обжигающим и слишком сладким.

Она встала и вышла из кафе на улицу. Шел мелкий снег. Темнело, фонарщик зажигал фонари. Снежинки падали на землю медленно и неслышно.

Алина прошла под окнами оперы, по бортику фонтана на Центральной площади, мимо сада Тира.

«Ничего личного».

«Уйди!»

Было почти смешно, что за год ничего не изменилось.

 

Мороз превращал дыхание в маленькое голубое облачко.

В каком-то ресторане был большой праздник.

Алина равнодушно заглянула в окна, где толпа красивых людей танцевала кадриль под расстроенный рояль.

- Эй, ты! Подработать не хочешь?

- Вы мне? – очнулась Алина.

- Плачу 5 аргентов за ночь.

- За что?

- У меня пятеро официантов за вечер напились. Не могут же повара сами разносить блюда?

- Действительно, - машинально поддержала разговор девушка.

- Пошли, дам тебе фартук.

Пальцы отказывались застегивать пуговицы на белоснежном фартуке.

«Пуговица. Ты смешная и маленькая совсем».

- Вот это на третий стол, на пятый надо поставить бутылку вина, возьми в погребе справа, музыкантам скажи, пусть сыграют вальс.

Вальс.

- Потише, пожалуйста, господа, виновник торжества хочет что-то сказать!

«Тише, тише. Все хорошо. Я рядом».

- Вы не могли бы приоткрыть окно, здесь душно!

«Ты – мой воздух».

- Странно, что его выгнали из Общества милосердных сердец.

«Я не смогу сказать тебе «уходи». Я даже не знаю, смогу ли я это пережить».

- Думаю, нам всем пора по домам! Мы засиделись у нашего доброго друга!

«Я бы сошел с ума, если бы ты не пришла домой ночевать, а я бы не знал, где ты».

- Ну что Вы! Время еще совсем детское!

«Хочешь, я останусь?»

«Хочу».

 

Звон заморского стекла о дорогой паркет, крики и смех, чей-то недовольный шепот, острые осколки в руке.

«Ничего личного».

 

Почувствовала его поцелуй, вспомнила его взгляд, услышала голос.

 

- Господин Шерпстрем либо дурак, либо негодяй.

- Он дурак, - слишком громко заключила Алина, привычным движением подливая в бокал представительного человека лет пятидесяти красного вина.

- Вы знакомы с Шерпстремом? – ее вмиг окружили.

- Кто не знает Шерпстрема, - выкрутилась девушка, с трудом выговорив странную фамилию.

Светало. Фонарщик гасил фонари. Небо было трогательно-розовым. Последние кареты отъезжали от крыльца ресторана. Алина относила тарелки на кухню.

- 7 аргентов, - отсчитал ей хозяин заведения. – У тебя неплохая сноровка.

- Спасибо. Могу работать у Вас на постоянной основе.

- Днем?

- Вечером.

- Не подходит, - покачал он головой. – Заходи на выходных, иногда бывают банкеты вроде сегодняшнего, твоя помощь будет кстати, и я заплачу.

- Всего доброго.

 

Домик был маленьким и старым, на самой окраине города.

- Но здесь так холодно.

- А что вы хотели за такие деньги?

- Мне нужно, чтобы было тепло, две комнаты и кухня. Разве это много?

- Это немало.

- У Вас есть такие варианты?

- Хотите, посмотрим дом через дорогу?

 

- Этот мне нравится. Сколько нужно будет доплатить за него?

- Еще 10 аргентов.

- Дорого.

- Вы на три месяца снимаете целый дом. Плюс мебель, посуда и остальная обстановка.

- Вы можете подождать до вечера?

- Хорошо. Шесть часов – крайний срок. Потом отдаю другим людям.

 

В парикмахерской пахло мылом и дешевыми духами.

- Чем могу Вам помочь?

Алина вынула шпильку из пучка волос, рассыпав их по плечам.

- Сколько Вы за них дадите?

Женщина взвесила волосы в руке.

- Мягкие, дюймов 30, хороший цвет. Потянет на 12 аргентов.

- 15.

- Хорошо.

Она смотрела, как корзинка на тумбе медленно наполняется темно-русыми прядями, чувствовала неприятную легкость и странную боль. Вздохнула глубоко.

 

Волосы были сострижены неровно и совсем коротко.

 

Зеркало отражало бледное лицо со слишком большими черными глазами, немного отекшими после бессонных ночей.

Подросток, тонкая шея, выступающая ключица.

Алина взъерошила волосы на затылке.

Тот же жест.

Как у Ларса.

Губы дрогнули.

Натянула на голову какой-то платок, закрыла дверь дома на ключ и направилась в сторону Браманте.

Снег припорошил новенькие перила. Алина осторожно поднялась на крыльцо и постучала.

 

Дверь открыл доктор.

- Добрый день, - Ксанф улыбнулся, увидев девушку.

- Добрый день, доктор. Я могу увидеть Ларса? - спросила спокойно.

Ксанф несколько секунд молчал.

- Может быть, Вы пройдете в гостиную? Хотите чаю? - доктор сделал приглашающий жест.

- Что-то случилось? - в ее глазах промелькнул страх.

- Почему Вы так решили? - Искренне удивился молодой человек.

- Простите, - она немного смутилась, - просто Вы не ответили на мой вопрос и долго молчали.

- Ничего не случилось, - покачал головой Ксанф. - Мне кажется, что обсуждать что-то на пороге не очень разумно. Проходите.

- Спасибо, - девушка быстро прошла в гостиную.

Через пару минут доктор появился с подносом в руках, на котором стояли чайник с двумя чашками и тарелка с домашним песочным печеньем.

- Алина! - в гостиную ворвался Ларс.

Он бросился к ней и обнял крепко-крепко. Покрывал макушку, лицо, губы быстрыми легкими поцелуями, перемежая их шёпотом:

- Алинка, милая, девочка моя, пуговица, я был таким идиотом, прости меня, прости меня, пуговка!

- Ларс, - она обняла его в ответ, почти повиснув у него на шее от слабости, закрыв глаза, целовала, чувствуя на губах соленый привкус собственных слез. - Ларс, я люблю тебя...

Он обнял ее еще крепче, потом подхватил на руки и, укачивая как ребенка, продолжал шептать ей ласковые слова.

Она уткнулась лицом ему в плечо, ощущая знакомый запах, вслушиваясь в такой родной голос. В какой-то момент ей показалось, что все это сон, и она еще сильнее прижалась к нему, чтобы убедиться в обратном.

- Я здесь, я здесь, - почувствовав её страх, нашептывал он, - здесь. Рядом. Я здесь.

- Я умирала без тебя, - она подняла на него глаза.

Ксанф пробормотал что-то про лимон и сахар и постарался незаметно выскользнуть из комнаты, но все-таки задел поднос: посуда зазвенела.

- Я... - Ларс вздрогнул и обернулся, не выпуская из рук Алину. Казалось, он только сейчас вспомнил, что в комнате был еще кто-то, кроме них.

- Простите, - смутился доктор. - Не буду вам мешать.

Как только Ксанф ушел, Ларс отнес Алину на диван, аккуратно посадил ее и сел рядом.

Только сейчас он заметил, как странно были подстрижены у нее волосы.

- Что случилось? - он погладил ее по голове с нежностью и грустью.

Она неловко взъерошила волосы.

- Это ведь ничего, что они такие короткие теперь? Ведь правда ничего? - посмотрела на него с надеждой и ужасом.

- Не знаю. Но как теперь с тобой в свет выходить? - нахмурился Ларс, - а я так соскучился по опере.

- Прости, - она отвернулась.

- Глупая! - рассмеялся весело Ларс и снова начал покрывать ее глаза, щеки, губы поцелуями, - какая же ты глупая, пуговица! Ты самая красивая девушка на всем белом свете!

- Значит, это неважно? - глаза ее засветились, она пересела к нему на колени и обняла за шею, - Знаешь, я сняла для нас дом. Мы можем уйти отсюда прямо сейчас. Что ты скажешь?

Он обнял ее покрепче.

- Дом? Целый дом? Откуда ты взяла столько денег?

В этот момент в комнату вошел доктор.

- Я неплохо мою посуду. И, - она улыбнулась печально, - парик из моих волос стоит пару десятков аргентов.

- Вы продали свои волосы?! - Ксанф даже остановился от неожиданности.

Ларс хотел что-то сказать, но возвращение доктора заставило его замолчать.

- Ой, - Алина с удивлением обернулась на доктора. - Простите, я не заметила, как Вы вошли.

Доктор улыбнулся.

- Так что случилось с Вашими волосами, Алина?

Алина бросила взгляд на Ларса, взывая о помощи.

- Ничего страшного. Они быстро отрастут.

Ларс нахмурился, не понимая, почему Алина боится сказать доктору правду.

Ксанф тоже перевел взгляд на Ларса.

- Ничего страшного. Они быстро отрастут, - повторил тот слово в слово за Алиной.

- Да, несомненно, - задумчиво прокомментировал доктор. - В любом случае, Вы прекрасно выглядите сейчас!

- Спасибо, - пробормотала Алина недоверчиво. - Вы очень любезны, доктор.

- А что с Вашей работой? – Ксанф разливал чай по чашкам.

- С ней тоже все хорошо.

Доктор повел плечом, короткие ответы Алины обрывали любой разговор.

- Что планируете на Новый год? - сделал он последнюю попытку.

- Не знаю, - она, вдруг осознав, что все еще сидит на коленях Ларса, смутилась и, пересев на диван рядом, взяла в руки чашку чая. - Обычно я всегда работала в новогоднюю ночь.

Ксанф выразительно перевел взгляд на Ларса, ожидая продолжения разговора.

Ларс не ответил на этот немой вопрос. В голове его крутились неприятные мысли относительно того, где девушка за столь короткий срок могла заработать достаточно денег, чтобы снять дом.

- А какие у Вас планы, доктор? - Алина изо всех сил пыталась поддержать разговор, хотя ей никак удавалось сосредоточиться на таких пустяках, как предстоящие праздники.

- Ну что же Вы? Семейный праздник все-таки, - нарочито громко произнес Ксанф. - Я точно останусь дома. Будем отмечать вместе, Ларс!

- Звучит многообещающе, - усмехнулся Хоод.

Доктор выдохнул едва заметно: Ларс ответил, значит, все в порядке и он не впал в ступор.

- Будете отмечать Новый год вдвоем? - переспросила Алина.

- Видимо, да, - усмехнувшись, ответил Ксанф.

- Мы уже и так слишком злоупотребили Вашим гостеприимством, доктор, - сказала Алина несмело и посмотрела на Хоода.

- Даже не беспокойтесь об этом! - Ксанф махнул рукой. - Вы меня ни сколько не стесняете и не даете заскучать. Тем более, что я сам предложил, чтобы твое выздоровление, Ларс, проходило у меня дома. Ты же не против?

- Я не против, если Алина сможет встретить новый год с нами, - кивнул сдержанно Ларс.

- А Вы бы согласились, Алина? - с надеждой посмотрел на девушку доктор.

Алина все пыталась понять, каким образом отношения Ксанфа и Ларса успели так измениться за столь короткий срок.

Она слишком хорошо помнила, как мечтал Хоод уйти из дома доктора, как не доверял ему.

А теперь Ларсу здесь хорошо. Значит, все, что ей пришлось пережить за последние двое суток, было зря.

- Конечно, я буду рада провести его с вами, - ответила рассеянно.

- И верни деньги Тиру, пожалуйста, - вдруг сказал Ларс.

- Какие деньги? - не поняла Алина.

- За дом, - Ларс украдкой бросил взгляд на Ксанфа. Ему очень не хотелось выяснять это при докторе, но по-другому он не мог.

- За какой дом? - нахмурился доктор.

- Если позволишь, мы бы не хотели это обсуждать прямо сейчас, - сказал Ларс с нажимом.

Ксанф кивнул.

- Если мое присутствие вам мешает, можете без стеснения сказать об этом, - с присущей врачам бестактностью сообщил доктор.

- Мешает, - с присущей црушникам бесцеремонностью подтвердил Ларс.

- В таком случае я оставлю вас на некоторое время и займусь своими делами, но надеюсь, что по возвращении откровенных недомолвок все же не будет. Извините, Алина, - Ксанф неторопливо поднялся и ушел к себе в кабинет.

- Тир ничего не знает. Я не видела его с тех самых пор, - спокойно сказала Алина после того, как за доктором закрылась дверь. Она смотрела Ларсу прямо в глаза. - Дом стоил 17 аргентов. 7 я заработала за ночной банкет в ресторане, проходила мимо, хозяин очень просил заменить официантов, которые напились. Но этих денег не хватило. И тогда я продала волосы. За них мне дали 15. Ты можешь легко это проверить, - она достала из кармана еще 5 серебряных монет. - Вот то, что осталось.

- Не нужно было этого делать, милая, - Ларс покачал головой неодобрительно, - забери завтра залог, пожалуйста, и положи деньги в банк на свое имя. Хорошо?

- Я думала, ты хотел уйти отсюда, - она выглядела совершенно разбитой. - К тому же я не могу здесь оставаться. И вернуться к Тиру тоже не могу.

- Я и хотел, - Ларс подхватил ее и, пользуясь отсутствием доктора, вновь усадил себе на колени, - но только давай будем делать по-моему. В конце концов, я - мужчина, не ты. И такие решения лучше принимать мне. И деньги зарабатывать. И делать всё, чтобы ты была счастлива. И к Тиру возвращаться не нужно. Он никогда нас не примет. Ты же понимаешь это?

- Да, - она вновь обняла его.

- Маленький мой несмышлёныш, - он поцеловал ее в макушку.

Она помолчала.

- Ты правда хочешь встречать Новый год здесь?

- Я хочу встретить его с тобой, - он поцеловал её долгим сладким поцелуем.

- И с доктором? - с улыбкой спросила она, когда комната перестала кружиться.

- Ты же слышала, он не против, если мы будем прямо говорить ему, когда захотим остаться одни, - он снова поцеловал её так глубоко, что у самого захватило дыхание.

- Кхе-кхе, - раздалось от двери. Ксанф стоял у входа в комнату, скрестив руки на груди.

- Да, док? - Ларс только покрепче обнял Алину, которая, увидев доктора попыталась встать и пересесть на диван.

- Хотел поинтересоваться, в котором часу мне позволят проводить девушку домой, - в глазах доктора искрилась усмешка.

- Ей некуда идти, - Ларс погладил Алину по волосам с нежностью и вновь посмотрел на Ксанфа, - может, ты позволишь ей побыть здесь какое-то время. Пока я не выздоровею окончательно и не найду нам жилье самостоятельно?

- Хм, - деланно серьезно ответил доктор, - у меня есть несколько скромных условий.

- Конечно, - кивнул согласно Ларс.

- Вы не будете мне тут темнить и недоговаривать, - начал перечислять Ксанф, - Алина без всяких разговоров займет самую лучшую комнату в моем доме, а именно, мой кабинет, и берет на себя всю подготовку к новому году и даже елку, а ты пять вечеров подряд готовишь нам рыбу, идет?

- Я согласна, - Алина улыбнулась доктору.

Ларс рассмеялся весело:

- Я тоже не против таких условий. Но я не только рыбу готовить умею, если что.

- По рукам! Готовишь весь следующий месяц! Заодно изучим твои кулинарные способности!

- Без проблем.

 

Пишет Хаос Мира Зеркал. 08.12.13

 

Эцио

Уверенность

 

Ричард привычным жестом накинул на голову капюшон и неспешно двинулся в сторону начала своего «луча». Конспирация после встречи в доме Никты была уже ни к чему. Его и так уже нашли значительно раньше. Но привычка есть привычка. Он подул на ладони, чтобы согреться. Почти как дома в это время года, только сыро, а оттого холод, казалось, проникал до мозга костей. Ричард ускорил шаг.

- Томас! – он обрадовался, увидев первого из своих, - привет! С понедельником, брат!

- Рик, - махнул ему в ответ на голос, - опаздываешь.

- Ну, извини, - Ричарда развлекала старческая ворчливость Томаса, который был самым молодым в их бригаде, и он часто подыгрывал парню в его желании быть самым ответственным и серьезным.

- Каждый раз одно и то же, - продолжал ворчать Томас, - зачем, спрашивается, тебе часы карманные, если смотреть на нах забываешь?

Ричард улыбнулся широко: в работе со слепыми людьми было явное преимущество.

Краем глаза он уловил движение слева в темноте у одного из домов. Остановился резко. Повернулся. На брусчатке сидел, прислонившись спиной к уличному зеркалу, бродяга и бился затылком о серебреное стекло.

- Эй, эй, - Ричард бросился к нему, - ты чего? Жить надоело? – схватил за плечо и резко дернул от стены.

- Рик, где застрял? – раздраженно позвал его Томас.

- Подожди, - крикнул ему тот, - сейчас.

Бродяга теперь лежал на дороге, на спине. В круге света от фонаря. И, несмотря на грязную порванную одежду, перемазанное сажей лицо и бельма на глазах, Ричард не мог его не узнать.

Он успел прикусить себе язык прежде, чем произнес «Монтеро, вот так встреча».

- Поднимайся, - он встряхнул его за шиворот, чтобы заставить встать, - давай, парень.

Вик не сопротивлялся, но на ногах стоять он явно не мог.

Ричард взвалил его себе на плечо и понес к своим.

- Что случилось? – Франс, который уже приступил к работе, решил тоже подключиться к разговору.

- Самоубийца, - Ричард свалил Вика на дорогу в груду ветоши, которую они использовали для полировки чистых зеркал, - чуть башкой зеркало не разбил.

- Оттащил? – Томас обернулся на голос Рика.

- Здесь лежит, - Ричард намочил тряпку и протёр Вику лицо от грязи и крови, - бредит, по-моему.

- Зачем он нам? – хмуро бросил Франс, - сдай страже, пусть в больницу отвезут.

Ричард проигнорировал его предложение, вместо этого окунул Вика в ведро с водой головой, чтобы вывести из полуобморочного состояния:

- Давай, пацан, приходи в себя!

Вик вдруг резко вырвался и вцепился ему в руку со злостью, одновременно пытаясь ударить его по лицу.

- Эй, эй, тихо-тихо, Монтеро, - рассмеялся Ричард,поняв, что парень узнал его по голосу, - успокойся.

- Ты?!!!!- Вик захлебывался от воды и ярости, - я убью тебя!!!!

Ричард снова окунул его в ведро.

- Что происходит? – Томас отвлекся от работы, услышав шум борьбы.

- Ничего, - спокойно ответил Ричард, хладнокровно удерживая голову парня под водой, - перепил парень. Бредит.

- Дай ему в пятак, да и дело с концом,- раздраженно бросил Франс, - вечно ты с бродягами и нищими нянькаешься, Рик. Прям сестра милосердия.

- Успокоился? – Ричард позволил Вику вдохнуть.

Тот закашлялся жестоко и вновь попытался напасть.

- Успокойся, - Ричард заломил ему руки за спину и связал крепко тряпкой.

Вик разрыдался от бессилия.

- Успокойся, - повторил Ричард и погладил его по голове.

Парень взвыл от ярости.

- Дежавю, да? – Ричард усмехнулся печально, - понимаю.

Он решил дать Вику время прийти в себя, поэтому пошел работать.

Зеркала на этот раз не морочили. Напротив, казалось, настороженно следили за ним.

В себя Вик пришел к концу их рабочей смены. Ричард оттащил его в один из безлюдных тихих переулков недалеко от Центральной площади. Теперь он сидел спокойно, только по щекам текли беспрестанно слёзы.

Ричард сел на корточки перед ним.

- Прости, - сказал тихо, только ему, - я очень виноват перед тобой.

- Пошёл ты, - плюнул ему в лицо Вик.

Ричард вытерся рукавом.

- Как я могу искупить свою вину?

- Умри! – Вик едва сдерживался, чтобы не разрыдаться вновь.

- Можешь убить. Как намеревался, - Ричард вытащил из-за пояса самодельный нож и вложил его в руку Вика, - давай. Бей.

Вик отбросил лезвие в сторону.

- Как я могу искупить свою вину? – повторил Ричард.

Вик промолчал.

- Мне очень жаль, - сказал Ричард, - если бы была возможность повернуть время вспять, я поступил бы по-другому.

- Я не хочу тебя слушать, - Вик выругался грязно, - оставь меня в покое.

- Вырасти, - резко оборвал его Ричард, - и прекрати распускать нюни.

Вик замолчал.

- Где ты живешь? – спросил Ричард.

- Нигде, - зло бросил Вик.

- Как так получилось? – спросил Ричард.

- Не твое дело, - огрызнулся Вик.

- Последний вопрос. Как получилось, что ты ослеп? – спросил Ричард.

- Решение Хозяина Мира, - Вик явно сдерживался из последних сил.

- Ладно, - заключил Ричард, - поживешь какое-то время у меня. Потом решим, что делать.

- Иди ты! – вновь выругался Вик.

- Месть – блюдо, которое подают холодным, - усмехнулся Ричард, - учись ждать.

- Заколебал ты меня своими поучениями, - Вик снова плюнул в его сторону.

- А мне по барабану, заколебал или нет, - саркастически заметил Ричард.

Он остановил карету, забросил туда сопротивляющегося Вика и сел сам. Вскоре они прибыли к дому Ричарда.

- Располагайся, - Ричард предоставил Вика самому себе, наконец, - чувствуй себя как дома.

Вик послонялся по абсолютно пустой комнате бесцельно, сполз по стене и уснул.

Ричард заглянул к нему вечером, чтобы позвать на ужин, но, увидев, что молодой человек спит, решил его не беспокоить.

***

Вик уже три недели работал в артели мойщиков зеркал. Он подружился с Томасом, Франса игнорировал молча, а Ричарда каждый раз встречал животной враждебностью и первобытной ненавистью. На что бывший ордэр каждый раз реагировал снисходительной усмешкой.

Постепенно злость сменилась показным равнодушием и презрением. А они затем уступили место грусти и молчаливости.

Ричард наблюдал за Виком незаметно, стараясь предотвратить необдуманные поступки и ошибки. Но парень действительно очень вырос за время, прошедшее с их последней встречи.

- Ну что? Наперегонки сегодня? – Томас был в прекрасном расположении духа, - Вик?

- Давай, - со смехом согласился Вик, - с тебя обед, если проиграешь.

- Не зарывайтесь, пацанва, - предостерег их Франс, - еще не хватало, чтобы зеркала побили.

- Он все равно как черепаха медленный, - поддразнил друга Вик, - Рик тормознуть его успеет, если что. Да?

- Конечно, - Ричард подтвердил с радостью, - обоих тормозну, если что.

Обед получился королевским. В столице привыкли, что мойщики могли завалиться всей ватагой в самый дорогой ресторан города и скупить половину меню, владельцы, как могли, зазывали их к себе на пирушки, зная, что ребята не скупятся на траты и чаевые.

- Я же говорил, что ты – черепаха, - Вик закинул в себя очередной стакан пепельной наливки.

- Ты жульничал, - Томас был уже пьяненьким и хихикал глупо.

- Ничего подобного, - вмешался Ричард, - все было по-честному. Я - свидетель.

- Молодежь, - со смехом покачал головой Леон.

- Весело с вами, ребята, не то, что в ЦРУ или Гранитном, - вдруг в полной тишине сказал Вик.

Все замерли в немом недоумении.

- Еще по стаканчику? – прервал гробовую паузу Леон, - и по домам.

***

- ЦРУ? – насмешливо поинтересовался Ричард, когда они ехали домой в карете.

- И что? – Вик привалился лбом к прохладному стеклу дверцы.

- После Гвардии? – долил масла в огонь Ричард.

- После того, как ты притащил меня как кутёнка за шкирку в Гранитный, - на этот раз Вик сказал это без ярости. Скорее с грустной усмешкой.

Пережил. Перерос.

- Прости, - привычно повторил Ричард.

- Нет, - привычно ответил Вик.

- Ты держался достойно тогда, - сказал Ричард.

- Заткнись, - остановил его Вик, - мне твоя жалость не нужна.

- Я констатировал факт, - пожал плечами Ричард.

- Заткнись, - повторил Вик.

***

Ночью Ричард проснулся от шума в соседней комнате. Он осторожно подошел к двери.

Вик разговаривал. То ли во сне, то ли наяву.

- Нет, не хочу так.

- Нет. Это пустой разговор.

- Да, хороший, но не для меня.

- Есть преимущество в моем положении.

- Я знаю, когда люди говорят правду, а когда лгут. Зрение мешало.

- Да. Точно. И зеркала твои со мной согласны.

- А ты не знал? Вот потеха!

- Я не знаю, что буду делать дальше. Но мне это больше не нужно. Его и так наказали достаточно. Меня все устраивает.

- Ты пытаешься исправить свою ошибку, используя меня. Этого не будет.

- Потому что я не сделал ничего, за что можно было бы наказать меня слепотой.

- Спасибо. Просто у меня было время всё обдумать, не отвлекаясь на мелочи.

- Да?

- Рик, зайди.

Ричард открыл дверь.

Виктор сидел перед зеркалом, на котором то и дело зажигались и гасли кроваво-красные буквы.

«Здравствуй, Кай. Нехорошо подслушивать чужой разговор. Тебя этому не учили родители?»

«Здравствуйте, милорд, учили. Но это было в позапрошлой жизни».

- Присаживайся, - пригласил его Вик, - мы тут обсуждаем безответственное поведение демиурга.

- Мммм, - понимающе протянул Ричард, - и к какому выводу пришли?

- Что Лорд Хаос тоже иногда допускает досадные ошибки. И стыдливо пытается их скрыть, - Вик выглядел уставшим и постаревшим.

«Бессмертие не означает непогрешимость», - буквы в зеркале чуть задрожали, как если бы их автор захихикал.

- Ты можешь видеть, что он пишет? – поинтересовался Ричард.

- Нет, я их чувствую. В голове огнем выжигает, - ответил Вик.

- Хочешь, я почитаю? – Ричард сжал руку в кулак.

- Нет, - отказался Вик, - я теперь не боюсь боли.

- Он предложил ослепить меня, чтобы отомстить за Стэллиад? – спросил Ричард.

- Ага, - небрежно подтвердил Вик, - как будто это решит мою проблему…

- Я согласен, Хаос, - спокойно сказал Ричард.

- А я - нет, - оборвал его Виктор, - не смейте выполнять его просьбу, милорд. Иначе я обвиню Вас в бесчестии и вызову на дуэль.

«Интересный поворот, - написалось на зеркале, - то есть вы с ним больше не враги?»

- Нет, - Вик покачал головой отрицательно, - мы больше не враги.

- Спаси… - начал было Ричард.

- Но и не друзья, - перебил его Вик, - он сам по себе, я – сам по себе.

«А если к тебе вернется зрение?»

- Посмотрим.

Ричард фыркнул на случайно получившийся каламбур.

И, как ни странно, Вик к нему присоединился в веселье.

Зеркало погасло.

 

Пишет Эцио. 15.12.13

Эцио стал жить спокойной жизнью. Он извинился перед Тайком. Все пошло своим чередом.

Вставал. Завтракал. Шел в школу. Возвращался. Обедал. Делал уроки. Тренировался. Ужинал. Ложился спать. Спал. Вставал. Завтракал. Шел в школу…

В первых числах декабря в Эйзоптрос приехал учиться сын тетиной сестры. В городе не было никого, кроме тети и Эцио, у кого бы мальчик мог остановиться.

Орсо было четырнадцать, но, несмотря на возраст, он был, в отличие от Эцио, чересчур медлительный, скромный и нерешительный. Будучи на две головы выше Эцио, он стеснялся этого роста и хотел казаться ниже. Из-за этого немного сутулился. Орсо был заядлым «обувщиком», как называл его хобби Эцио. Он мог за неделю сделать хорошую пару ботинок, или сапог. Орсо жил с мамой в Анимоне, и как все жители этого городка, был неплохим скалолазом. Его отец, который несколько лет назад потерял работу, спился и умер. Мать, к которой Орсо был невероятно привязан, отправила его в Эйзоптрос (против его желания), так как в Анимоне было невозможно получить хорошее образование. Но в глубине души Орсо мечтал стать мореплавателем, уехать из Мира Зеркал и открыть новые земли. Но он никому об этом не рассказывал.

Итак, Орсо выделили комнату, которая находилась рядом с комнатой Эцио. Мальчики вместе ходили в школу. Несмотря на разницу в возрасте, Эцио всегда командовал Орсо, а не наоборот.

Однажды в субботу они пошли гулять. Заигравшись в снежки, они не заметили, как постепенно забрели в самый криминальный район Эйзоптроса.

Орсо случайно попал в лицо какого – то человека в капюшоне, лет девятнадцати, который явно куда- то спешил. Мальчик тут же извинился, но молодой человек уже подошел к нему вплотную и, ничего не говоря, ударил его прямо в солнечное сплетение. Орсо, который был просто неспособен поднять руку на кого-нибудь, согнулся от боли, а парень в капюшоне стал что – то злобно говорить. Но тут ему в голову врезался острый кусок льда, который рассек его лицо ровно пополам. Из раны хлынула кровь, она мгновенно окрашивала в красный цвет снежки, которые летели ему в лицо. Лишь после того, как обстрел закончился, парню удалось открыть глаза. К нему подбежал Эцио, который подпрыгнув, налету разбил еще один снежок об окровавленное лицо обидчика Орсо. Парень упал на землю. Эцио с силой ударил ногой в его солнечное сплетение и уже собирался отойти, как тот схватил его за ногу и попытался повалить. Тогда Эцио выхватил из ножен кортик и приложил оружие к горлу врага. Тренировки Тайка не прошли зря.

- Ты меня не убьешь, малявка!

- Конечно, нет! Просто поцарапаю! Уходи отсюда! Смельчак!

- Он первый в меня снежком попал…

- Случайно! И извинился! А ты? – Эцио уже встал и спрятал кортик в ножны, увидев мельком свое отражение.

Тут сзади Эцио кто – то схватил, повалил на землю, и приложил к лицу что-то мягкое. У Эцио помутилось в глазах, и он потерял сознание.

 

Пишет Сильвия. 16.12.13

Сильвия готовилась к приезду Кристобаля: они не виделись всего несколько дней, но, учитывая их последнюю ссору, Сильвия испытывала сильное волнение, ожидая возвращения мужа. Еще ее не покидало чувство беспокойства по поводу последней встречи с герцогом и всей этой истории с бриллиантом. Она не хотела, чтобы Кристобаль каким-либо образом узнал об этом.

К приезду мужа она купила новое платье: не вечернее, но простое и элегантное, подчеркивающее все достоинства ее фигуры. И еще она купила их любимое печенье, покрытое молочным шоколадом. «Как напоминание о тех прекрасных зимних вечерах, проведенных вместе» - подумала она. Живые цветы в это время года стоили недешево, но Сильвия решила, что это того стоит, и приобрела букет белых роз.

Ожидание ее длилось недолго: знакомый звук шагов на крыльце, открытая дверь – и вот Кристобль снова дома. Сильвия неуверенно вышла ему навстречу:

- Привет, - произнесла она. – Все хорошо?

- Привет, - он улыбнулся тепло, но тоже неуверенно, - да. У тебя?

- Ты меня не хочешь обнять? - спросила Сильвия. В ее голосе была едва заметна грусть и тревога.

Он раскрыл объятия для нее.

- Ты прости меня, если что-то было не так, -произнесла Сильвия в объятиях мужа. -Я хочу, чтобы было как лучше.

- Я знаю, - он погладил ее по волосам и вдохнул родной запах, - но не тебе нужно просить у меня прощения, а мне.

-Наверно, мы оба виноваты.

- Нет, ты лучшая жена на свете, - он крепче обнял ее.

Сильвия прижалась к нему, наслаждаясь каждым мигом, проведенным вместе, этой минутой покоя и умиротворения.

- Как прошла твоя поездка? Надеюсь, не было никаких происшествий?

- Всё хорошо, - он погладил ее по спине.

- Ты купил себе новый парфюм? Такой легкий цветочный аромат...Я бы его украла у тебя.

Кристо лишь на миг затаил дыхание, но Сильвия не могла этого не заметить.

- Наверное, в прачечной что-то добавили в мыльный раствор. Я и не заметил, - он улыбнулся, - мы сходим по магазинам и купим тебе любые духи, какие захочешь. Договорились?

- У меня есть духи, и не одни, - улыбнулась Сильвия. - Я просто так спросила. Теперь мне интересно, в каком это ты месте останавливался, что там даже прачечная есть. Насколько я знаю, они есть только в Эйзоптросе и нескольких крупных городах.

- Уж не ревнуешь ли ты, женушка? – усмехнулся Гато.

- Нет, не ревную, - ответила Сильвия. - Уже спросить нельзя?

- Нельзя, - он поцеловал ее.

- Но что такого было в моем вопросе?

Он снова поцеловал ее. Теперь еще более долгим поцелуем.

Сильвия не сопротивлялась, но в глубине души ей было неприятно, что Кристо опять что-то от нее скрывает, иначе бы не было такого разговора.

- Так и будем стоять в коридоре? Пойдем в комнату. А можем сразу наверх в спальню.

- Что не так? – он нахмурился притворно, - ты обиделась?

- Нет.

- Я же вижу, что обиделась, - он снова попытался ее поцеловать.

- Нет, не обиделась. Давай забудем, хорошо? Я не хочу ссориться.

- Хорошо, - пожал он плечами, - мы можем поужинать? Я очень устал с дороги.

- Конечно, - ответила Сильвия. -Я приготовила очень вкусный яблочный пирог. Он еще горячий! Пойдем на кухню.

- А мясо в доме есть? – Кристо был слишком голоден с дороги, чтобы согласиться только на десерт.

Сильвия мысленно осудила себя за невнимательность и непредусмотрительность. Муж вернулся домой после длительной поездки, голодный, а она предлагает ему один пирог.

- Есть котлеты, правда, я их вчера готовила. Сейчас быстренько разогрею.

- Прекрасно! Я скоро!– он отправился в ванную комнату, чтобы сполоснуться и умыться с дороги.

Сильвия разогрела для Кристобаля ужин, накрыла на стол и стала дожидаться супруга. Себе она положила только кусочек пирога, так как сама недавно поужинала.

Он выглядел немного более беспокойным, чем обычно. Выпил больше обычного вина. И чаще отводил взгляд.

Для Сильвии это не осталось незамеченным.

- Мне кажется, тебе не стоит больше пить, - произнесла она.

Он согласно кивнул и вновь сосредоточился на созерцании тарелки.

- Как тебе пирог? Вроде, хороший получился. Я его первый раз делаю по этому рецепту, - после минутного молчания произнесла Сильвия.

- Вкусный, - Кристо улыбнулся, - но твои поцелуи гораздо вкуснее.

Сильвия скромно улыбнулась:

- Правда понравился? Тогда я заслуживаю вознаграждения, как ты думаешь?

- Конечно! – с готовностью ответил Гато.

Сильвия выжидающе не него смотрела, ожидая продолжения.

- Чего бы ты хотела? – спросил Гато.

- Можно подумать, ты не догадываешься, - лукаво улыбнулась Сильвия.

- Я слишком устал сегодня, дорогая, - сказал Гато печально.

Впервые он не поддался ее намекам, что очень расстроило Сильвию.

- Хорошо, я поняла, - Сильвия встала из-за стола и стала собирать грязную посуду.

- Пойду спать, ладно? – он подошел сзади, обнял ее и поцеловал в шею нежно.

- Спокойной ночи.

Ее аромат ударил ему в голову посильнее любого вина. Нежность прохладной смуглой кожи напоминала шоколадное мороженое, от которого невозможно было оторваться. Поцелуи становились все быстрее и настойчивее. Кристо обнял жену за талию, зарылся лицом в волосы на макушке.

- Какая же ты у меня сладкая, - едва нашел в себе силы прошептать он от возрастающего желания.

- Значит, не так сильно устал, - Сильвия не сопротивлялась желаниям мужа.

- Коварная, - его горячий шепот обжег мочку ее ушка, - я не могу тебе сопротивляться. Как ты это делаешь?

- Сама не знаю, - Сильвия ответила на его поцелуй. Страстный порыв Кристобаля заставил ее усомниться в своих подозрениях.

- Я только сейчас понял, как соскучился, - он подхватил ее на руки и понёс наверх, в спальню.

- И все-таки ты устал, тебе надо отдохнуть, - произнесла Сильвия. Она помнила, каким уставшим и отрешенным он выглядел, когда только зашел в дом.

Он остановился на лестнице. Желание вмиг испарилось.

- Как скажешь, - он погрустнел и будто постарел на несколько лет.

- Нет-нет, - поспешила разуверить его Сильвия. - Не думай, что я не хочу. Просто... я волнусь за тебя.

- Да, я понимаю, - он поцеловал ее в щёку тепло. Они были в спальне, он аккуратно положил ее на постель, укрыл шелковым одеялом, - засыпай, Сильви. Мне нужно еще пару дел доделать. Не жди меня.

- Отдохни, Кристо, - сквозь сон прошептала Сильвия. - Завтра решишь все свои проблемы.

Он усмехнулся печально и осторожно вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь.

Внизу он открыл бутылку вина, достал бокал и сел рядом с очагом.

Сильвия, несмотря на усталость, долго не могла уснуть. Она слышала, как супруг внизу открывал бутылку и доставал бокал. Беспокоясь за него, она тихо вышла из спальни и осторожно посмотрела вниз.

Он был явно расстроен чем-то.

Сначала Сильвия хотела спуститься и спросить, что случилось, но потом вспомнила все предыдущие неудачные попытки, и поэтому решила пока не выходить из своего укрытия. Ее силуэт отражался в полутьме зеркала, висевшего в коридоре.

Покончив с одной бутылкой, он откупорил вторую.

Сильвия почувствовала, что замерзает, стоя около зеркала в холодном коридоре. Подумав немного, она решила спуститься к Кристобалю.

- Извини, что нарушаю твое уединение, но я никак не могу заснуть.

Он поднял на нее затуманенный взгляд.

- Иди, Сильви, ты простудишься. Здесь холодно.

- Ты тоже можешь простудиться. Уже столько времени тут сидишь. Подожди... - Сильвия присмотрелась к мужу, - ты что, уже пьян?

- Нет, - Кристо покачал головой, - мне надо минимум три бутылки выпить, чтобы опьянеть. Иди спать, Сильви. Завтра я буду бодрым и счастливым.

- И все же... Мне хотелось бы побыть с тобой.

- От меня пахнет алкоголем, тебе же не нравится это.

- Глупости все это. Если тебе плохо, я хочу быть рядом с тобой.

- Да, ладно. Пойдем сейчас. Хочешь, я лягу на кушетку сегодня? Чтобы тебе не было неприятно.

- Нет, ложись вместе со мной, - Сильвия не хотела, чтобы он испытывал такие неудобства из-за ее прихоти.

- Хорошо, - он встал и сделал несколько неуверенных шагов.

- Пойдем, - Сильвия взяла его за руку, а другой рукой старалась придержать его, чтобы он не потерял равновесия.

Он послушно пошел с ней.

Они легли спать вместе. Сильвия, не обращая внимания на состояние Кристобаля, легла рядом с ним, сжавшись в комочек. Как давно она не чувствовала себя так уютно и умиротворенно.

-Ты спишь? -тихо прошептала она, чтобы, в случае чего, не разбудить его.

- Нет, - он вздохнул, - нам нужно поговорить, Сильви.

- Хорошо. Что тебя беспокоит?

- Из-за меня погиб человек.

- Боже мой, Кристо, - воскликнула Сильвия. - И ты до сих пор молчал, держал это в себе. Но как это случилось?

- Я… Все так запутанно… Дай мне время, - он отвернулся, - мне нужно время.

- Кристо, я понимаю... Но, может, тебе станет легче, если ты поделишься этим хоть с кем-нибудь? Хотя бы со мной?

- Вряд ли, Сильви, - Гато закрыл глаза, - я поступил как идиот и должен сам с этим разобраться.

- Ты не можешь разобраться сам. Меня это тоже касается, это касается нашей семьи... Последствия этой смерти могут отразиться на всем... - она не в силах была договорить. У нее в голове до сих пор не укладывалось это происшествие.

- Ничего не отразится, - пробормотал Гато, засыпая.

"Вот как он может спать, пить вино?" - думала Сильвия. Был человек, теперь его не стало. Нельзя так к этому относиться! Она посмотрела на спящего рядом Кристобаля. "Нет, вино сделало свое дело" - решила она. Теперь у нее сон пропал окончательно: что теперь будет? "А действительно ли он виноват в этом?" - промелькнула у нее такая мысль. Ведь это может быть несчастный случай, вина другого, да что угодно! А Кристо всегда был в ее глазах ответственным, он не мог допустить такого.

Медленно, но верно, ход ее мыслей достиг возможной ответственности. Сильвия плохо знала законы Мира: что может быть за это? Тюрьма? Каторга? Или...смерть? От последнего предположения у нее все похолодело внутри.

За окном уже занимался рассвет, а Сильвия до сих пор не сомкнула глаз. Сейчас все ее мысли были как будто в тумане, ей казалось, что все было давно, в другой жизни... Но нет, осознание ужасного и неизбежного становилось все яснее. Она тихонько встала с постели, одела халат и спустилась вниз на кухню. Чашка горячего кофе заставила взбодриться и немного забыть про усталость. Сильвия решила выпить еще одну, пока Кристобаль не проснулся.

Утро выдалось для Кристобаля не самым добрым.

Он едва вспомнил, чем закончился разговор с Сильвией вчера. А когда вспомнил, проклял вино, усталость и собственную болтливость. В постели жены не оказалось, более того, простыни были холодными, а значит встала она значительно раньше. Или вовсе не спала.

Он натянул халат и спустился вниз, на кухню за порцией крепчайшего кофе.

Сильвия услышала его шаги на лестнице и встала, чтобы приготовить кофе и ему.

- Доброе утро, - произнесла она, когда Кристо появился на кухне. - Хотя какое оно доброе...

- Доброе утро, милая, - Гато сел за стол, не смея поднять глаза на жену, - я же говорил, что мне лучше было спать на кушетке… Ты всю ночь из-за меня не сомкнула глаз. Так ведь?

- Какое это сейчас имеет значение? Кристо, ты уже начал говорить, не мучай меня, расскажи, как все произошло.

- Можно мне кофе? – он улыбнулся несмело.

- Не уходи от ответа, - произнесла Сильвия. - Вот кофе, - она поставила перед ним чашку с горячим, обжигающим напитком.

- Я не ухожу от ответа, - он сделал большой глоток, - у меня жестокое похмелье.

- Я вижу. Тогда расскажешь, когда придешь в себя, хорошо?

- Договорились, - Гато отхлебнул кофе, - что у тебя нового произошло, пока меня не было?

- Ничего особенного, все время занимала работа.

- Совсем ничего?

- Мне надо было представить итоговый проект заказчику, это был дом и прилегающая к нему территория. Работы было много, поэтому на другое времени не оставалось.

- Я знаю, как тебе нравится твоя работа, но меня удручает, что у тебя совсем не остается времени на отдых и развлечения, Сильви, - покачал головой Гато, - я ведь могу себе позволить, чтобы ты не работала.

- Нет, я так не могу. Ты же знаешь, я работаю не только ради денег, - вздохнула Сильвия. - Я получаю удовольствие от того, что делаю. Но ты так и не хочешь рассказать мне, что произошло, - она сделала попытку вернуться к основной теме их разговора.

- Да ничего особенного не произошло, - он улыбнулся, - извини, что напугал вчера.

- По-твоему, когда погибает человек - это ничего особенного?

- Я несколько сгустил краски, - рассмеялся Гато, - честное слово. Как будто ты ни разу не слышала, что так говорят. «Из-за меня погиб человек». Имея в виду при этом просто то, что этот человек сделал неправильный выбор и, на мой взгляд, погубил себя. А я не настоял на том, что прав.

- В таком случае ты воспринимаешь это все слишком близко к сердцу. Ты не обязан отвечать за выбор других людей. Если человек делает неправильный выбор, он, прежде всего, учится на собственных ошибках. А теперь, Кристо, посмотри мне в глаза и поклянись, что все, что ты сейчас мне сказал, - чистая правда.

- Да, - он посмотрел ей прямо в глаза, - я сказал тебе правду. Я никого не убивал.

- Тогда, пожалуйста, не переживай так из-за этого случая, - Сильвия подошла к Кристобалю и обняла его сзади. - Нам не следует вмешиваться в решения и поступки других людей, даже если мы знаем, что они ошибаются.

Он поцеловал ее руки:

-Спасибо, дорогая, ты, как никто, умеешь меня поддержать.

- Я люблю тебя, и поэтому волнуюсь.

- Я знаю, - ответил он, - поэтому обещаю больше не заставлять тебя волноваться по таким пустякам.

- Не придавай этому значение, и все будет хорошо, - она встала. - Мне пора на работу собираться.

- Ладно, - он вздохнул притворно.

 

Эцио

МЕЛАНХОЛИЯ

 

Пишет Эцио. 03.01.14

Невероятная тяжесть во всем теле не давала даже открыть глаза. Ужасно хотелось спать, что было бы гораздо удобней делать на подушке, а не на железных прутьях. Но, невзирая на это, Эцио опять провалился в мягкий, как вата, сон.

А когда проснулся, нашел, наконец, в себе силы встать и поднять веки.

Это был корабль. Совсем небольшое, судя по тряске качке, суденышко. Трюм, в котором находился Эцио, был заставлен клетками с людьми. Живыми и мертвыми.

Клетка Эцио стояла рядом с тремя маленькими окнами, из которых лился дневной свет. В другой, более темной части трюма, Эцио разглядел клетку, на полу которой сидел Орсо, уткнувшись лицом в колени.

Кортика, конечно же, с ним не было. Мрак!

Но зачем же кому- то нужно было похищать Эцио с Орсо? Куда везет молчаливых людей в ужасных условиях маленькое суденышко?

Такое может быть только в двух случаях: либо это пираты, либо работорговцы. Эцио больше склонялся ко второму варианту, поскольку знал из книг, что пираты не очень любят возиться с пленниками.

Эцио осмотрел замок, висящий на двери клетки. Судя по всему, он был не очень качественным. Во всяком случае, его можно было взломать с помощью обыкновенной скрепки (появилась только 100 лет назад) го гвоздя, которой го у Эцио, к сожалению, не было. Он вздохнул разочарованно. Сделал шаг назад и едва не упал, споткнувшись о шляпку торчащего из пола старого гвоздя. Эцио вырвал его и согнул о решетку клетки. Осталось только дождаться темноты. Слишком много посторонних глаз было вокруг.

- Эй, что ты делаешь?! – спросила женщина, находившаяся в соседней клетке.

- Ничего, - вздрогнув от неожиданности, сказал Эцио. И чтобы сменить тему, спросил: - А Вы знаете, кто и куда нас везет?

- Говорят, работорговцы. Я точно не знаю, но звучит правдоподобно.

- Как Вы здесь оказались?

- Я не помню. Кажется как - будто шла - шла и заснула. Проснулась уже в клетке.

- Мне тоже так кажется, только я не шел. А сколько дней нас уже везут?

- Вроде бы уже третий день. А сколько спала, не знаю.

***

Было часов девять. В трюме темно, хоть глаз выколи. В тишине щелкнул замок. Заскрипела железная дверь. Послышались быстрые шаги.

Выбравшись на палубу, Эцио и Орсо увидели, насколько близко они были от берега.

- Порт «Наваль»! И милая Этона! – Эцио не поверил своим глазам.

«Ааааа!!!» - вдруг послышалось со стороны капитанского мостика.

Обернувшись, Эцио увидел отсеченную саблей голову рулевого. Рядом с их хлипким суденышком стоял крупный фрегат. Опутав их деревянную посудину паутиной тросов, вооруженные до зубов люди, словно пчелиный рой, перелетали с ужасными криками через облезлый борт.

***

Эцио схватил Орсо за руку и потащил его в самую глубь суденышка.

Пробегая по коридору, они принялись лихорадочно дергать ручки многочисленных дверей, но лишь четвертая оказалась открытой. Это была какая- подсобка ??????, заставленная бочками, ящиками, мешками. Не сговариваясь, мальчики пробрались в самый дальний угол комнаты и спрятались за пирамидой из коробок. Оглядевшись по сторонам, они заметили справа от пирамиды маленькую дверь, которая была приоткрыта и выходила на другую сторону палубы (это как?).

- Наверное, это пираты, - чуть дыша, сказал Орсо.

- Я тоже так думаю,- кивнул в ответ Эцио.

- И что мы будем делать? – спросил Орсо убитым голосом.

- Не знаю,- Эцио старался бодриться, хотя чувствовал противную слабость во всем теле. - Но только рано или поздно они придут сюда.

- Давай тогда перейдем в другое место,- Орсо в страхе принялся оглядываться по сторонам.

- Нет,- покачал головой Эцио. - Это бессмысленно, они все равно весь корабль обойдут.

- С чего ты решил? – спросил Орсо. - Если это пираты, то им нужен только товар. Зачем им осматривать каюты?

- Это, скорее всего корабль работорговцев. У них много денег, которые могут лежать и в каютах.

-Ладно,- кивнул согласно Орсо. - Сейчас нам все равно нет смысла выбираться отсюда. Надо подождать.

Они почти уснули, когда в подсобку вбежало несколько человек. Они стали выносить бочки и ящики.

Эцио и Орсо ползком направились в сторону запасного ???? выхода.

Они были в шаге от спасения, когда дверь распахнулась, и на пороге показался огромный человек с ящиком подмышкой. Он не увидел у себя под ногами Эцио, споткнулся об него и упал. Когда пират опомнился, Эцио с Орсо уже выбежали на палубу.

- Догнать!!!- закричал пират громовым голосом.

Трое разбойников бросились вслед за беглецами. Им потребовалось всего несколько огромных прыжков, чтобы догнать мальчиков. Первым схватили Орсо. Эцио же удалось проскользнуть между рук какого-то увальня и поднять валявшуюся под ногами короткую абордажную саблю убитого тут же работорговца. В широком клинке мелькнуло отражение мальчика.

У него не было никаких шансов против четырех здоровых мужчин. Защищаясь, Эцио смог лишь задеть одного из них. Но в следующую секунду из его левого плеча хлынула кровь. У Эцио потемнело в глазах, и он упал на палубу.

 

Эцио

МИРОЛЮБИЕ

 

Пишет Алина. 03.01.14

Тир не нуждался в шелковых рубашках и золотых запонках, но пить дешевое вино не мог.

Он сидел за столиком напротив камина и ждал, когда официант принесет ему бутылку лучшего коньяку.

За последние недели он перепробовал весь ассортимент винных погребов, имеющихся в южной части города, и остановил свой выбор на этом маленьком баре, расположенного на углу Дельриторно и Соленого переулка.

 

Алинка, хозяйка пряничного домика. Гражданка коммуны. Коммунарка.

Он медленно глотнул коньяку и почувствовал, как тепло согревает сердце.

Коммуна. Точно.

Лимон был тонкокорым, шоколад горьким.

Пожалуй, это был лучший коньяк из всех, что он пробовал.

И лимоны, совсем как те, что росли у Алинки под окном.

 

Надо было убить Хоода.

Тир положил на язык дольку черного шоколада.

Не поздно убить сейчас. Пусть потом он сам попадет в црушные застенки или будет раздавлен каретой.

Какой хороший коньяк.

Можно выстрелить из арбалета с соседней крыши. А потом уйти из города по запутанным переулкам и тоннелю на западе, который ему показывали недавно.

- Здравствуй, - это был Отт. – Кутишь?

Тир кивнул и налил другу.

- А ты что тут делаешь?

- Людей слушаю.

- И что говорят люди?

- Про убийства на севере, юге, востоке и западе.

- Какие убийства? – Тир на секунду отвлекся от мыслей, где достать арбалет и как проникнуть в дом соседей Ксанфа.

- Убивают стражников в основном, - Отт выпил бокал коньяку залпом, Тир поморщился. – Вчера убили црушника и его информатора в Аквилоне, во время явки.

- Неужели безнаказанно? – Тир усмехнулся нервно.

- Не знаю. Про убийцу я ничего не слышал.

- Люди всегда убивали друг друга, - заключил Тир.

- Но не всегда стражников.

- Неужели кто-то думает, что эти убийства скоординированы?

Отт посмотрел на него многозначительно.

- Это невозможно, - Тир покачал головой, с сожалением наливая коньяк в бокал Отта. – Наверняка ЦРУ уже выяснило, куда ведут следы.

- Следов нет, - заявил Отт. И сказал, наконец, то, что давно хотел: – Вчерашний информатор был моим братом. Я ничего не знал о его работе на ЦРУ.

- Ты боишься? – тихо спросил Тир.

- Нет, но мне кажется, это что-то серьезное.

- Просто людям не хватает в жизни событий, вот они и связали убийства во всех уголках мира в один узел, - Тир глотнул из своего бокала.

- Раньше не убивали стражу и цеховиков.

- А ты сам разве не хотел бы их убить?

- Зачем?

- Например, того, из-за которого погиб твой брат.

- Он и так уже мертв.

- А если бы был жив?

- Но я не убийца.

Тир очнулся.

- Да, конечно.

 

После того как они распрощались, Тир пошел домой, привычно сделав крюк, чтобы взглянуть на дом Ксанфа.

Из окон лился теплый свет, в глубине комнаты Тир разглядел елку, украшенную хрустальными шарами и разноцветными гирляндами.

- У хозяйки пряничного домика все хорошо, идиот, - сказал себе Тир. – В коммуне сегодня Новый год. Подарки, танцы и желания на звезду Лорда.

 

Пишет Ксанф. 06.01.14

Совместно с Никтой

 

Новогодние каникулы прошли для доктора с пользой - от усталости не осталось и следа, и Ксанф с удовольствием и азартом изучал новые истории болезни, разбирал картотеку и одновременно пытался навести порядок на рабочем столе.

В двери его кабинета вежливо постучали.

- Привет, - от неожиданности доктор забыл про чашку с кофе на столе и положил все истории болезни прямо на нее. - Проходи, - он улыбнулся несмело.

- С прошедшим новым годом тебя, - она села на кушетку, но на этот раз на самый краешек, чтобы не помять бумаги.

Ксанф с любопытством проследил за ней.

- Спасибо. И тебя с наступившим, - он подошел и одной рукой быстро сдвинул в сторону все папки, освободив при этом больше половины дивана. - А я заходил к тебе перед самым Новым годом. С елкой!

- Меня не было в городе, к сожалению, - Никта устроилась поудобнее.

Доктор кивнул.

- Послушай, я в прошлый раз наговорил глупостей. Я очень хочу извиниться. Я дурак и..Прости меня, - Ксанф присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с Никтой.

- Ты просто беспокоишься за меня, - она легко коснулась его волос, - я понимаю.

- Очень. Но я не должен обижать тебя при этом, - серьезность в тигриных глазах сменилась теплом и нежностью. - Обещаю, больше ни разу не сделаю тебе больно.

Никта улыбнулась.

- Спасибо.

Ужасно хотелось замереть в таком положении, когда она смотрела на него и улыбалась, перебирая непослушные волосы, по меньшей мере на сутки. Ксанф не смог сразу перейти к теме, которая его беспокоила.

-Расскажешь, куда ездила?

- Нужно было проветрить голову, - она отклонилась от него.

Доктор вздохнул печально, и, прислонившись спиной к дивану, уселся прямо на пол.

-Это значит, не расскажешь, -скорее констатировал, чем спрашивал Ксанф. - А от чего ты проветривала голову?

- От дурных мыслей, - вздохнула она.

- Обсудишь их со мной?.

- Как-нибудь, - вздохнула она, - а сейчас можно у тебя попросить историю болезни часовщицы?

Сердце болезненно сжалось.

- С ней что-то случилось?

- Если я расскажу, ты отдашь мне её историю болезни? - мягко спросила Никта.

Он с плохо скрываемой грустью посмотрел на нее.

- Я отдам тебе ее в любом случае, - Ксанф подтянул к себе одну из массивных стопок с историями. -Как будто, если не отдам, ты не найдешь другого способа забрать ее, - пробурчал он себе под нос, копаясь в бумагах. -Вот, держи. Только там нет ничего интересного, похожа на сотню других, - он все еще не отпускал папку из рук. - Так что с ней сейчас?

- Ты знаешь, что мне это неприятно, - Никта встала, - но каждый раз напоминаешь о том, что я могу силой получить то, о чем прошу по-хорошему. Я устала от этого, доктор Ксанф. И мне, наверное, гораздо проще будет разговаривать с тобой с позиции силы. Чтобы не разочаровывать. Я жду, - она протянула руку, чтобы забрать папку.

- Нет, Никта, тебе не проще разговаривать со мной так, напротив, гораздо сложнее. И дело не в разочаровании - что за чепуха?- Ксанф неторопливо поднялся. - Ты все равно сделаешь так, как считаешь нужным. В прошлый раз, когда я попросил не разговаривать с часовщицей, ты все равно поступила по-своему, ведь так? Я не хочу мешать тебе, потому что боюсь своими попытками защитить принести тебе вред. - Он отдал ей папку и продолжил спокойно. - Но скажи, у меня есть право знать, что происходит с тобой, что ты делаешь, что беспокоит тебя или нет?

- Как только я пытаюсь вести себя не как црушница, ты напоминаешь мне, что я црушница. Я устала этому сопротивляться. Мне легче согласиться с тобой. Я црушница. И всегда получу то, что хочу. И с этого момента даже спрашивать не буду, просто возьму, - она резко дернула папку на себя, когда он протянул её ей, развернулась так же резко на каблуках, вышла из кабинета и громко хлопнула дверью.

Он догнал ее в коридоре и,придерживая за талию так, чтобы она не смогла быстро вырваться, толкнул в первую же комнату, оказавшуюся процедурой, защелкнул замок и загородил его собой. Пусть в ловкости он уступал ей, но сдвинуть теперь доктора от двери она ни за что не смогла бы.

- Ты когда-нибудь прекратишь так заканчивать разговоры? Или я не заслужил и капли уважения к себе? -голос Ксанфа вибрировал от злости. - Хватит прикрываться своей работой. Мне на нее плевать. Дело только в твоем характере! Ты будешь со мной разговаривать нормально или нет?

- А ты? - абсолютно спокойно спросила она.

- Зачем тебе история болезни часовщицы? -проигнорировал ее вопрос Ксанф.

- Для работы, - ответила Никта.

- В этих бумагах невозможно вычитать что-то полезное, там нет и тридцатой части правды. Или ты хочешь ее уничтожить?

- Мне она нужна для работы, - упрямо повторила Никта.

- Для работы с чем? Это из-за поломки, о которой она твердила? Тебе нужно ей помочь? Никта, отвечай!

Она усмехнулась криво и, скрестив руки на груди, молча села на кушетку у стены, давая понять, что разговора больше не будет.

-Или сломалось сердце Ричарда?

Никта побледнела, сжала зубы, но промолчала и на этот раз.

Ксанф не мог не заметить, как изменилось ее лицо при упоминании Ричарда. Он готов был оторвать себе язык.

- Прости, - голос доктора стал тише. - Я нарушил свое слово. Но я должен понять, что происходит. Из-за знаний о механическом сердце и по моей вине пострадал человек, я даже не знаю, где он сейчас. Эта девушка пропала, и ты теперь снова интересуешься ею. Появление Ричарда, операция, его слова. Я не понимаю многого, но и не могу допустить, чтобы это хоть как-то коснулось тебя. Давай попробуем разобраться вместе, прошу тебя. Не бросайся на все одна.

- Открой дверь. Я хочу уйти, - Никта встала.

-Ты снова ничего не объяснишь?

- Теперь точно нет.

- Почему?

Никта вновь промолчала.

- Ты знаешь, зачем он вернулся? Чего он хочет от тебя? Он ведь появился уже давно, нашел меня, предложил операцию, он видел тебя у меня тогда, но сделал вид, что не узнал. А теперь появился вновь, Никта.

Она продолжала упорствовать в своем решении не говорить ни слова.

Ксанф еще некоторое время смотрел девушке в глаза, ожидая ответа, затем, бледный как никогда, отделился, наконец, от двери и отошел к окну.

Никта вышла из процедурной, так и не проронив ни слова.

 

Пишет Сильвия. 22.01.14

Весь день Сильвия чувствовала слабость и очень сильную усталость: сказывалась бессонная ночь, стресс и утренний разговор с Кристобалем. Сосредоточиться на делах было очень сложно, и из-за этого кое-что пришлось отложить на следующий день. Сильвия не любила переносить дела, она предпочитала сразу приступать к сложным задачам. Но не в этот раз...

Она не ждала посетителей, и поэтому немало удивилась, когда ей сообщили, что к ней пришли. Нежданным гостем оказался герцог.

- Добрый день! - как обычно Кристиан пришел не с пустыми руками, - принес Вам пирожное и кофе горячий из кафе напротив. Будете?

- Здравствуйте! Спасибо, - бодрящий кофе был как раз кстати, но Сильвия предпочла не акцентировать на этом внимание. - Рада вас видеть. Вы по поводу проекта?

- Да, конечно, - он слегка покраснел.

- Возникли какие-то проблемы? - спросила Сильвия. Она сделала небольшой глоток обжигающего кофе, чтобы хоть как-нибудь взбодриться и собраться с мыслями. - Вашей сестре не понравилось?

- Я еще ей не показывал, - смутился по своему обыкновению Кристиан, - но какие могут быть проблемы, когда у меня такой дизайнер?

- Спасибо, что так безоговорочно на меня полагаетесь, - теперь Сильвия задавалась вопросом, зачем он пришел, раз проблем с проектом нет. - И все же, вы сказали, что пришли по поводу проекта.

- Я бы хотел еще построить для нее маленький пруд с золотыми рыбками. Это можно?

"Да, очень вовремя, - подумала Сильвия. - Как будто это так просто: в подготовленный проект куда-нибудь втиснуть пруд, да еще и с золотыми рыбками. До чего ж..." Тут Сильвия вспомнила, что в проекте уже предусмотрен пруд. Осталось только решить вопрос с золотыми рыбками.

- Да, - произнесла она. - Пруд уже есть, а по поводу золотых рыбок мне надо будет посоветоваться со специалистом - сама я не знаю, смогут ли они жить в таком водоеме.

- Спасибо! – он улыбнулся несмело, - я был бы Вам очень благодарен.

- Пожалуйста, - Сильвия улыбнулась в ответ. - Есть еще пожелания?

- Нет, но есть вопрос, - сказал Кристиан, - когда мы можем приступить к строительству?

- Когда вам удобно. Можем хоть завтра начать.

- Замечательно! – всплеснул он руками, - а Вы каждый день приходить будете?

- Нет, в моем присутствии нет необходимости. Но время от времени я, конечно, буду приходить и смотреть как идут дела, - после небольшой паузы Сильвия добавила: - Значит, приступаем завтра, я правильно вас поняла?

- Печально, - явно расстроился Кристиан, - да, конечно. Давайте завтра. А когда Вы в следующий раз придете?

- Я не знаю. Возможно, через несколько дней.

- Хорошо, - пожал он плечами, - тогда я буду ждать Вас каждый день.

Такой ответ очень удивил Сильвию. Более того, он ставил ее в крайне неудобное положение, ведь теперь, если она не появится на объекте в течение нескольких дней, герцог очень много времени потратит впустую.

- В этом есть необходимость - ждать меня каждый день? - наконец спросила она. - Ведь если для вас это так важно, мы можем договориться о встрече.

- Правда? - его лицо осветилось счастьем, - это было бы замечательно!

- Конечно. В какой день вам удобно?

- В любой, - снова смутился герцог, - когда удобно Вам!

- Хорошо, - Сильвия в очередной раз удивилась неприхотливости своего клиента. - Через три дня, в пятницу, вас устроит?

- Да, несомненно! - воскликнул Кристиан.

- Замечательно! Тогда до встречи? Или вы еще что-то хотите сказать?

- А где мы сможем встретиться?

- У вас дома, точнее, у дома вашей сестры. Мы же его отделываем, верно?

- Да, - он тряхнул головой, - счастье затуманило мне разум. Простите.

- Ничего страшного, - Сильвия в очередной раз отметила про себя странность и непосредственность поведения герцога.

***

Через три дня Сильвия появилась на объекте. Заказчика еще не было, зато рабочие уже приступили к внутренней отделке дома. К обустройству прилегающей территории можно будет приступить только весной, а сейчас, когда весь участок был засыпан снегом, сложно было говорить о конкретных дизайнерских решениях. В доме не было никакой мебели, и Сильвия, обсудив со строителями несколько вопросов, села в прихожей на единственный стоявший там стул и стала ждать герцога.

Кристиан рывком открыл входную дверь.

- Вы здесь! Я же говорил ему, что опоздаю, а он все «успеем и успеем». Простите меня, пожалуйста.

- Ничего страшного, я сама пришла недавно и как раз проверила порядок выполнения всех работ.

- Вы не против, если мы найдем место для разговора получше? Здесь стало совсем неуютно, когда вынесли всю мебель и сломали половину стен.

- Нет, не против. Но я думала, что вы хотите как раз на месте обсудить реализацию проекта.

- Ладно, - печально вздохнув, смирился Кристиан и сел рядом с Сильвией прямо на пол. Теперь он смотрел на нее снизу вверх.

Сильвия встала со своего места.

- Пожалуйста, садитесь.

- Это невозможно, - ему тоже пришлось встать.

- Не собираетесь же вы сидеть на полу?

- Собираюсь! – Кристиан отвел взгляд, - Вы же не собираетесь сидеть у меня на коленях, а другого стула здесь нет. Я потому и предложил поехать в другое место.

- Хорошо. Давайте поедем в другое место, - выжидательно ответила Сильвия.

Когда они вышли из дома, по знаку Кристиана к ним подъехала карета.

Он подал ей руку, чтобы помочь сесть в экипаж.

- Спасибо, - произнесла Сильвия. - Так куда мы едем?

- Сейчас увидите, - Кристиан оживился.

- Вы любите делать сюрпризы, - сделала свой вывод Сильвия. Тем временем они катили по улицам города.

- Да, очень.

Они подъехали к Центральному парку. Здесь было по-новогоднему свежо и красиво. Снег и ледяные скульптуры отражались в многочисленных зеркала. Кристиан предложил Сильвии опереться на его руку, чтобы она не поскользнулась случайно и не упала.

- Здесь недалеко.

Людей в парке было очень много. Молодежь играла в снежки, каталась с горок, пожилые люди чинно прогуливались по заснеженным дорожкам, дети катались на санках и лепили снеговиков.

Они же направлялись в сторону пруда, который на зиму обычно огораживался и накрывался тентом.

Теперь же по краю пруда стояли многочисленные обычные уличные фонари, на деревьях по всему периметру висели небольшие фонарики с зеркальными отражателями, над прудом было натянуто более сотни серебряных веревок, с прикрепленными к ним легкими фонариками. Пруд замерз, и теперь его поверхность сияла как зеркало, отражая бесчисленные огоньки. Казалось, что в центра парка возник огромный шар света из ниоткуда. У противоположной стороны пруда уютно устроился крошечный серебряный, похожий на елочную игрушку павильон.

- Нам туда, - махнул в его сторону Кристиан, - Вы умеете кататься на коньках?

- Умею, - мысленно Сильвия перенеслась в далекое прошлое, когда они с Кристобалем катались на коньках в ледяной пещере. С тех пор они больше никогда не ходили на каток, с горечью отметила Сильвия.

По мановению руки герцога перед ними возникли служители парка с двумя парами коньков и складными стульчиками.

Кристиан помог Сильвии сесть.

- Можно, я помогу Вам надеть коньки?

- Спасибо, но я и сама справлюсь, - улыбнулась Сильвия. Ей не хотелось своим отказом огорчать герцога. Она сняла свои сапоги и надела коньки. - Это все очень неожиданно, и прекрасно, но... Какое все это имеет отношение к нашей работе?

- Просто, - Кристиан опять смутился и покраснел, - рабочие не успели все доделать, поэтому обходных дорожек нет и до павильона можно только на коньках добраться. Ничего?

- А, понятно, - Сильвия не сразу поняла логику своего собеседника. - Но неужели рабочие каждый раз туда на коньках добираются? - сначала спросила, а потом только поняла, что произнесла глупость.

- Нет, конечно. По временному настилу, но я не рискну Вас провести там. Там хаос ногу сломит, - Кристиан протянул ей руку, одновременно ступив на лед.

Катался он прекрасно. Уверенно и свободно. Как ходил и дышал.

Сильвия не так уверенно держалась на льду, поскольку слишком долго не каталась на коньках. Она вынуждена была все время держаться за руку Кристиана, чтобы сохранить равновесие и не упасть на лед.

- Вы очень хорошо катаетесь. Мне до вас далеко.

- Хотите, я возьму Вас на руки? - предложил Кристиан.

- Мне кажется, это лишнее. До павильона я сама смогу доехать.

Он намеренно ехал не очень быстро, чтобы она успевала за ним.

И вскоре они достигли цели.

Внутри павильона их ждал небольшой и очень уютный ресторанчик. Ни одного посетителя здесь не было.

Быстрые и бесшумные как тени официанты накрыли один из столиков и исчезли, оставив два меню.

В основном здесь подавали горячие напитки, легкие закуски и десерты.

Стоило Кристиану с Сильвией расположиться за столиком, как на зеркало застывшего пруда высыпала разношерстная толпа горожан-любителей покататься на коньках.

- Мы вовремя успели проехать, - заметила Сильвия. - Еще чуть-чуть, и мы бы оказались в самом центре толпы. Скоро, наверно, все пустые столики будут заняты.

- Наше катание и открыло каток для горожан, - покраснел от смущения Кристиан, - кафе откроется только завтра. Мы - первые посетители.

- То есть вы - владелец этого кафе? Я больше никак не могу объянить такое исключение для нас.

- Да, и катка - тоже.

- Неожиданно! Здесь очень мило, и расположение удачное. Надо будет как-нибудь в выходной привести сюда мужа, я думаю, ему понравится.

- Город обратился с предложением поучаствовать в облагораживании его образа, я не смог устоять, - Кристиан улыбнулся открыто, - и сестре нравится кататься на коньках. Совместил полезное с приятным. Для Вас с супругом в этом кафе всегда будет зарезервирован столик. Выбирайте, какой больше нравится.

- Спасибо большое! Но, правда, не стоит... Да и Кристобаль не поймет такую благосклонность. - Сильвия была зла на себя за то, что, фактически, выпросила себе скидку, сама того не желая.

- Вы меня в чем-то плохом подозреваете? - побледнел Кристиан, - в каком-то нехорошем умысле?

- Нет, почему вы так решили? Просто не хочу давать мужу повод для ревности. Поймите меня правильно.

- А я чувствую себя прокаженным, - пожал плечами Кристиан, - ни к чему, что касается меня, Вы не хотите иметь отношения. Ваш муж со всеми мужчинами запрещает Вам общаться?

- Нет, не надо так думать. Мой муж - прекрасный человек, хотя у каждого из нас есть свои недостатки. Дело в другом. Мне кажется, что вы выделяете меня среди всех остальных.

- Как Вы это поняли? - удивился Кристиан, - мы встречались от силы пару раз, и Вы ни разу не видели, как я общаюсь с другими. Как же Вы пришли к такому выводу?

- Значит, вы этого не отрицаете? Я сравниваю вас с другими. Поверьте, еще ни один заказчик не был столь любезен со мной. Получив заказ, они расплачивались и исчезали, и никто еще не пытался поддерживать связь после этого. Ваши комплименты, подарки... Поэтому я пришла к такому выводу.

- Я как раз-таки отрицаю то, в чем Вы меня подозреваете, Сильвия, - расстроился Кристиан, - и мне жаль, что вежливость и хорошее отношение в этом городе так превратно трактуются.

- Понятно. Извините меня.

- Ничего, - Кристиан отвернулся к окну, - мы можем вернуться к обсуждению проекта.

- Да, конечно, - Сильвия с облегчением вздохнула, но легче ей от этого не стало: от разговора остался неприятный осадок. - Вы хотели что-то изменить или дополнить?

- Этот каток я создавал с другим подрядчиком для города. Что бы Вы изменили в этом проекте?

- Мне в целом нравится концепция, и кафе очень хорошо оформлено, я бы не стала здесь ничего менять. А вот около катка, мне кажется, стоит установить побольше лавочек, чтобы можно было отдохнуть. Еще лучше установить киоски, где можно купить еду и напитки, не снимая коньки.

- Хорошо. Вполне разумные предложения.

- Спасибо. Но вы не обязаны это учитывать, - добавила Сильвия. - Это мелочи, без которых проект не теряет своей привлекательности и новизны.

- Расскажите мне еще про наш проект для моей сестры.

- Основное я вам уже рассказала, - устало произнесла Сильвия. - Ах, да. Вы спрашивали о золотых рыбках. Я посоветовалась со специалистом, он сказал, что можно запустить в пруд несколько рыбок, но придётся хорошо за ними ухаживать, они очень привередливые.

- Моя сестра очень хорошо умеет ухаживать за животными, так что думаю, проблем с рыбками не возникнет, - ответил Кристиан, - у нас в поместье есть и кошки, и собаки, и лошади, и волки.

- Волки? Как... домашние животные? - удивилась Сильвия.

- Да, - кивнул он, - а почему Вы удивились? Разве это редкость?

- Мне казалось, что такое вообще невозможно!

- Хотите, подарю Вам щенка... - Кристиан вовремя успел поймать себя за язык в этот раз, вспомнив болезненное отношение девушки к подаркам, - почему же? Мы живем по соседству с волками веками. С даками общаемся. Они считают себя потомками волков, кстати.

- Слышала эту легенду, но как-то с трудом в нее верится. Я городской житель, поэтому с трудом могу себе представить соседство с волками. И тем более держать их дома.

- У нас большой дом, - пожал плечами Кристиан, - всем места хватает. Может, закажем что-нибудь?

- Да, конечно. Я ограничусь десертом и соком.

- Может, лучше десерт и глинтвейн? - с сомнением глядя на недавно пришедшую с мороза девушку, переспросил он, - боюсь, что простынете, если не выпьете чего- то горячего.

- Хорошо, давайте закажем глинтвейн. Давно уже его не пила.

По знаку Кристиана вышколенные официанты принесли два бокала глинтвейна.

- Действительно, очень согревающий напиток, - Сильвия сделала пару небольших глотков. - Извините за нескромный вопрос, а когда ваша сестра приедет в город? Хотелось бы выслушать и ее мнение тоже, если такое возможно, конечно.

- На следующей неделе, - по знаку Кристиана им принесли штрудель, сливовый пирог, сырную тарелку и тарталетки с грушами, - я буду рад, если вы познакомитесь.

- Спасибо, - поблагодарила Сильвия. Себе она взяла кусок пирога. - Мне бы хотелось, - она снова обратилась к Кристиану, - чтобы ваша сестра изучила проект перед нашей встречей. Я волнуюсь, вдруг ей что-то не понравится. Потом уже сложно будет что-либо исправить.

- Думаю, она будет в восхищении, - сказал Кристиан, - у нас похожий вкус, а мне очень нравится.

- И все-таки мне будет спокойнее, если узнаю и ее мнение тоже. Хорошо, что она на следующей неделе приезжает. Как ее зовут?

- Виолетта.

- Красивое имя. Мою маму тоже зовут Виолеттой, - неожиданно для себя добавила Сильвия.

- О, вот так совпадение! - обрадовался Кристиан как обычно бурно, но тут же взял себя в руки и снова стал серьёзным.

- Да, бывают совпадения, - Сильвия украдкой взглянула на часы. - Что ж, не буду вас больше отвлекать от дел...

- Хорошо, - он встал следом, - я провожу Вас.

- Спасибо. Возвращаться тоже будем на коньках?

- Конечно. Наша обувь все равно на той стороне катка, - улыбнулся её забывчивости Кристиан.

- Да, точно.

Они пересекли каток, на котором теперь каталось много детей и влюбленных парочек. В какое-то мгновение Сильвия поняла, что ей не хочется уходить отсюда. Но ей надо было спешить, в конторе осталось еще много рутинной работы. Быстро переобувшись в свои сапоги, Сильвия поспешила попрощаться с Кристианом:

- Спасибо за все, это было необычно. И извините, если чем-то расстроила вас.

- Моя карета довезёт Вас до места работы, - не терпящим возражений тоном сказал Кристиан, - спасибо за эту встречу, - он наклонился и поцеловал кончики её пальцев, - надеюсь, что этот каток станет одним из мест, которые будут радовать Вас в городе.

Он проводил её до выхода из Центрального парка, помог сесть в карету и помахал на прощание.

 

Пишет Лека. 26.01.14

- Кристиан Сэйер, Герцог Эстрельский и Аруэусский, - объявил негромко секретарь.

- Пригласи, - бургомистр отошёл к окну и демонстративно отвернулся от двери при этом.

- Добрый день, господин бургомистр, - Кристиан несколько растерялся, увидев, что в комнате не было привычной мебели.

- Добрый день, Ваша Светлость, - не оборачиваясь, поприветствовал его Анлаф, - чем обязан?

Кристиан вновь машинально огляделся вокруг в поисках стула или кресла, но, не обнаружив ни одного по-прежнему, смутился окончательно. Откашлявшись, он всё-таки решил сделать то, зачем пришёл:

- Я хотел узнать, как можно получить в городе подряд на строительство?

- Объект? – Анлаф обернулся.

- Каток в Центральном парке.

- Что Вы готовы предоставить городу в обмен?

- Мне бы хотелось услышать Вашу цену, - пожал плечами Кристиан.

- Верны ли слухи о том, что Вы являетесь северным бриллиантовым королём, Ваша Светлость? – вкрадчиво поинтересовался Анлаф.

- Да, - Кристиан покраснел от неловкости, - я слышал, что так меня называют даки.

- Хрусталём Вы тоже занимаетесь?

- Да, - Кристиан нахмурился, не понимая, к чему клонит бургомистр.

- В таком случае предлагаю обмен, - Анлаф приблизился к герцогу. – Я Вам – подряд на каток, а Вы городу – помощь с проектом Лабиринта.

- Что от меня требуется? – Кристиана, казалось, не смутило подобное предложение.

- Поговорите с архитектором. Вот проект, - Анлаф протянул герцогу свиток с чертежом.

- Хорошо, - кивнул Кристиан, - а пока я начну обустраивать каток, если не возражаете.

- Не возражаю, Ваша Светлость, - ухмыльнулся бургомистр.

 

- Да, мы вполне можем это сделать, - Кристиан кивнул, - а в чём замысел?

- Как только все конструкции будут установлены, Вы увидите, - молодой архитектор с горящими лихорадочно глазами ему не понравился. Что-то было в нём от шахтёров, что сходили с ума во время вахт в Ледяной горе. Одержимость духами, которых видели только они.

- С бургомистром мы договорились, что я только выполняю заказ, но установкой конструкций мои люди заниматься не будут, - Кристиан опасливо покосился на широкие зеркальные полотна, лежащие на земле рядом с разметкой.

- Конечно, - рассмеялся архитектор, - с Вас только хрустальная ограда.

- Не только, - бросил в сторону Кристиан, затем, громко уже, спросил, - А выход из Вашего Лабиринта есть?

- В нем лишь один вход и одна дорога к центру, потому и выход один. Простейшая конструкция. На семь витков.

- А зеркала зачем? Путать?

- Дань традиции, - нехорошо улыбнулся архитектор.

- Что будет в центре? – Кристиан поплотнее укутался в кашемировое пальто и поднял воротник, чтобы спастись от пронзительного холода.

- Ничего. Многоугольник Мира из зеркала.

- Ясно, - кивнул герцог. - А ограда хрустальная для чего?

- Для разграничения витков, конечно, - разозлился его непонятливости архитектор.

- Я думал, зеркала… - Кристиан был сбит с толку.

- Зеркалами будет облицован пол! – выкрикнул в ярости его собеседник, - вон, смотрите.

Рабочие как раз устанавливали вырезанный в форме Звезды Мира из зеркала центр Лабиринта на небольших, в 3 сантиметра шириной и высотой, окованных железом брусках. После этого по абрису многоугольника были установлены части хрустальной ограды с длинными устремлёнными в стальное небо острыми пиками. Каждая пика была копией тех, что составляли Коладольский лес.

- Это же безумие, - Кристиан почувствовал как внутри него всё цепенеет от ужаса, - никто не сможет пройти такой Лабиринт и вернуться живым, не разбив ни одного зеркала.

- В этом-то весь смысл! – с маниакальным воодушевлением воскликнул архитектор, - традиции!

- Ни один дурак не станет рисковать жизнью, чтобы просто пройти Лабиринт, - процедил сквозь зубы Кристиан.

- Я говорил бургомистру, что нужно добавить хороший трофей, но он отмахнулся. Мол, казна пустая, - поджал от обиды губы архитектор.

- Понятно, - для него всё встало на свои места. - Я это исправлю, - Кристиан решительно шагнул к Звезде и высыпал из бархатного мешочка, который всегда носил при себе, на зеркало пригоршню разноцветных бриллиантов, каждый размером с горошину, - вот теперь игра будет интереснее, - в глазах его отразился сумасшедший блеск зеркал и драгоценных камней, переливающихся на солнце.

Работники молча продолжили выкладку зеркального пола из широких стеклянных листов, покрытых серебром и установку хрустальных пик.

Леса, скрывавшие всю конструкцию от глаз прохожих, были сняты спустя две недели после начала строительства. Тогда же бургомистр отозвал стражу, охранявшую постройку от воров, которые уже могли прознать про богатую добычу, оставленную в центре Лабиринта.

Кристиан пришёл полюбоваться на результат работы.

Ажурная, практически парящая в воздухе конструкция из стекла и хрусталя, сияла на солнце всеми цветами радуги. А из-за зеркал казалось, что синее небо перевернулось и разлилось в огромное ясное озеро посреди города. Сквозь прозрачные пики можно было разглядеть все витки Лабиринта и, если знать, куда смотреть, заметить пригоршню бриллиантов в самом центре, на зеркальной Звезде Лорда.

 

Пишет Эцио. 14.02.2014

 

Эцио и Орсо сидели в трюме, привязанные к решетке. 

- Что же нам делать? – тихо спросил Орсо паническим голосом.

Эцио попытался пошевельнуть пальцами левой рукой, он совсем не чувствовал их. Не чувствовал ничего, кроме боли в плече. 

- Что?- повторил Орсо.

- Рассказать им про Консту, пообещать выкуп. Кстати, почему мы еще ничего не сделали? 

- Пожалуйста, молчи,- даже в такой ситуации Орсо не переставал быть вежливым - Мне страшно. 

- Предлагаешь сидеть тут, как баранам? – Эцио злился, он не знал, что делать. 

- Вот вы где, мальчики, - послышалось вдруг над их головами. Миролюбие была изрядно потрепанной, но как всегда спокойной. 

-Присядь, - Эцио кивнул девушке. - Их много? Это точно пираты? Мы далеко от берега?

-Много, точно, далеко – одновременно ответила Миролюбие на все вопросы.

-Мрак, - простонал Эцио.

- Сильно больно? – участливо спросила Миролюбие, разглядывая окровавленное пятно на его рубашке.

-Они убьют нас, - Орсо чуть не плакал. – Пираты всегда убивают пленников. 

-Не паникуй, мы предложим им выкуп,- Эцио сам не очень-то верил в то, что говорил.

- Где мы его возьмем? – удивился Орсо. 

Эцио не успел ответить. В трюм вошли двое пиратов, молча отвязали их ноги от решетки и повели наверх.

- Смотреть в пол, прямо по коридору, - командовал лысый коротышка. 

 

Его напарник одной рукой больно толкал Эцио в спину, а другой- отгонял Миролюбие, которая ни в какую не хотела оставлять пленников. 

Посередине комнаты, в которую их привели, стояло несколько людей с завязанными руками. Среди них Эцио узнал женщину, с которой переговаривался прошлой ночью. 

Все пленники были выстроены в ряд, а перед ними важно прохаживался человек, держащий в руках раздвоенную палку, которая служила ему костылем. 

Судя по всему, он был здесь главным. 

- А теперь каждый из вас назовет мне причину, по которой я должен оставить вас в живых,- серьезно начал главный. Остальные пираты дружно расхохотались. 

- Ты! – он указал палкой на женщину.

-Я – врач, могу лечить … - ее голос дрожал от ужаса. Но пират, не дослушав ее, ткнул палкой в бок, заставив несчастную отбежать к левой стенке. 

- У нас есть свой врач, следующий, - он указал палкой на мужчину. 

- Я повар, могу готовить… 

-У нас есть повар, - одним движением пират отогнал мужчину влево, разделяя, таким образом, строй пленников на две части. 

Следующим был Орсо. 

- Я могу шить обувь, - отчетливо сказал он.

Пираты расхохотались. 

Главный молча ткнул Орсо палкой в бок, и мальчик оказался рядом с поваром и врачом.

- Ты! – пират повернулся к Эцио. 

- За меня могут дать выкуп, - выпалил он, заметив свое отражение на блестящей поверхности костыля. 

- Неужели? И много? – противно улыбнулся тот.

Эцио не успел ничего ответить, как оказался рядом с Орсо, зажмурившись от боли в боку. 

Наблюдать эту дикую процедуру и при этом отчетливо понимать всю безысходность ситуации, было невыносимо. 

Поэтому Эцио даже обрадовался, когда последний пленник переместился к ним и по команде главного пираты принялись наносить связанным людям точные удары. Пленники теряли сознание, падали на пол и друг на друга. Последнее, что увидел Эцио, была Миролюбие, застывшая в дверях.

 

Пишет Алина.16.02.2014

 

Прошло несколько недель.

С самого утра шел снег, он скрипел под ногами и прилипал к ресницам. Алина уговорила Ларса снова пойти гулять по городу. Сегодня они дошли до Дельриторно и собирались посмотреть на елку, стоявшую на Центральной площади.

- Ларс, - Алина замолчала на секунду, - а... твои родители... знают, что с тобой все в порядке?

- Они не знают, что я был не в порядке, - Ларс зарылся до глаз в шерстяной темно-синий шарф, - и не нужно им этого знать.

Алина кивнула.

- Хорошо, - сунула руки в муфту. - А мои знают, что что-то случилось, но не знают что именно и почему из-за этого я уехала из дома, не попрощавшись.

- Тебе нужно поехать домой в таком случае, - Ларс остановился.

- Я умирала от страха за тебя, - она посмотрела на него виновато. - От тебя не было никаких известий. Тир вызвался найти тебя, но в последний момент я решила поехать с ним. Была ночь, и мы никому ничего не сказали.

- Спасибо, - Ларс обнял ее, - но нужно хотя бы письмо своим написать. Ладно?

- Да, я напишу обязательно, - она обняла его в ответ.

- Как мы будем отмечать Новый год? - они проходили мимо "Маргаритиной сказки", витрины которой были украшены серебряной мишурой и разноцветными свечками.

- Дома у доктора, я полагаю, - Ларс заметил быстрый взгляд Алины в сторону кондитерской и закусил губу: ему стало до боли обидно, что он не может купить ей даже одну-единственную конфетку, что уж говорить о новогоднем подарке.

- Я так люблю Новый год! - она улыбнулась ему, - у нас дома  под елкой всегда была навалена целая гора подарков в блестящей бумаге. И после того, как часы пробивали двенадцать, мы открывали их, пытаясь угадать по форме, по весу, по запаху, где чей, - она остановилась и посмотрела на него сияющими глазами. - А как Новый год отмечали у вас?

- Никак, - он взял ее за руку и потянул по направлению к дому Ксанфа, - идем. Я устал.

Алина вздохнула.

- Идем.

Они шли по Тонкой улице, когда из-за угла их чуть не сбил какой-то мальчишка. Он окинул Хоода быстрым внимательным взглядом и передал ему холщевый мешок.

- Это Вам, - и убежал тут же.

Ларс осторожно заглянул внутрь.

Там лежала тоненькая книжка в мягкой обложке цвета слоновой кости.

"Ларс Хоод. Стихи".

- Что это? - не понял Ларс.

- С Новым годом, - она поднялась на носочки  и поцеловала его в щеку, - прости, я не хотела при докторе. Это твои стихи. Листки с ними были вложены в тот синий томик, который ты давал мне почитать, когда я была в твоем доме. Помнишь? - она посмотрела на обложку. - Я знаю, это слишком смелый подарок, но эта книжка в одном экземпляре. Просто листочки могли потеряться, - она совсем смутилась.

- Понятно, - Ларс отвел взгляд в сторону.

- Тебе не нравится, да? - глаза ее увлажнились, - не надо было этого делать.

- Это очень хороший подарок, Алина.

- Ты расстроился. Значит, не так уж он и хорош.

- Все нормально.

- Ладно, - она покачала головой. - Пойдем домой.

Они шли мимо площади, на которой резвились дети с санками, где играли в снежки, и в самом центре был залит огромный ледяной каток.

Алина поймала себя на мысли, что больше всего на свете ей сейчас хотелось бы покататься на коньках вместе с Ларсом, но она знала, что говорить об этом не стоит.

Они пришли домой. Ларс извинился и под предлогом усталости оставил Алину в одиночестве.

Когда Алина закончила с уборкой и приготовлением ужина, часы пробили уже семь.

Она вернулась в кабинет доктора и стала читать учебники: через несколько дней после новогодних праздников предстояли экзамены.

Но спустя несколько минут сама не заметила, как уснула.

Ларс сидел в гостиной у камина, время от времени вороша в огне угли и чурбачки. Бумага быстро превратилась в пепел, а кожаная обложка какое-то время упорствовала. Но в итоге и она обуглилась, съежилась и превратилась в пепел.

Удостоверившись, что не осталось ни следа, Ларс оделся и потихоньку выскользнул из дома.

Они столкнулись с Ксанфом нос к носу прямо у калитки.

- Добрый вечер, Ларс.

- Добрый вечер, доктор, - Ларс пропустил хозяина, а затем сам вышел.

- Все в порядке?

- Да, конечно, - ответил Ларс.

Ксанф кивнул.

- Вы скоро вернетесь? Я хотел с Вами посоветоваться, -молодой человек смутился немного. - Но это не к спеху, конечно.

- Относительно чего?

- Что лучше делать, когда пропадает человек, - Ксанф выдохнул.

- Подождать, - несмотря на плохое настроение, Ларс усмехнулся привычной црушной шутке.

Ксанф нахмурился.

-Хотите сказать, что вести обязательно появятся -плохие или хорошие?

- Да. А кого ищешь?

Доктор потряс головой.

- Я не хочу просто сидеть и ждать. Что я могу сделать, чтобы узнать хоть что-нибудь?

- Кого ты ищешь?

- Одного человека, дорогого для меня. - Ксанф вернулся к калитке, но все еще выглядел отстраненным.- Да, возможно, он и не пропал никуда, и я напрасно беспокоюсь! И ты в чем-то прав,  как говорится, отсутствие плохих новостей уже сама по себе хорошая новость, так?  - доктору, очевидно, нужно было одобрение Ларса.

- Странный ты, - Ларс вспомнил, что было до разговора с доктором и погрустнел, - ладно. Бывай.

И пошел прочь.

- Подожди, а ты куда? Новый год же!

- Нет настроения праздновать, - хмуро бросил через плечо Ларс.

-Да погоди же ты! Вы повздорили что ли, Ларс?

- Можно и так сказать.

Ксанф бросил в собственный почтовый ящик сверток, который все это время держал подмышкой, и зашагал вслед за Хоодом.

- Я с тобой тогда.

- А Алина одна останется в твоём доме?

- Мы вернемся. Просто сейчас прогуляться хочется, - Ксанф оказался на пару шагов впереди. - Так мы идем?

Ларс в ответ пожал плечами и продолжил свой путь.

- Последнее время Новый год встречаю дома с елкой или на работе с тяжелым дежурством, - после нескольких минут молчания заметил Ксанф. - Может, давно пора было махнуть на все рукой и изменить что-нибудь? Ну знаешь, встречают некоторые на крыше в толпе незнакомых людей или в горах в компании диких медведей. Глядишь, и в жизни бы что-то поменялось.

Ларс фыркнул неодобрительно.

- Просто понял, что в этом году не хочу снова быть один. Сидеть с бутылкой вина и жалеть себя весь вечер. Так что я рад твоему появлению в доме, - вполне искренне произнес доктор.

- Ну, мы не в доме в данный момент, - Ларс остановился,  - тебе нельзя со мной. Я иду в ЦРУ.

Ксанф не успел затормозить также быстро и снова оказался на шаг впереди.

- Зачем? Я думал, ты просто проветриться вышел. Что случилось?

- Много всего. Иди домой. Не ждите меня с Алиной.

- Ларс. Расскажи, что случилось. Может, я помочь смогу. Хотя бы тем, что выслушаю.

- Это глупо, - прокрутив в голове сценарий разговора, заключил Ларс, - я серьёзно. Иди домой.

- Видимо, ссора серьезная, раз ты хочешь оставить девушку в канун праздника одну, когда знаешь, как она готовилась к нему и как ждала. Она что-то сказала. Или сделала. И теперь ты не хочешь возвращаться?

- Не хочу.

- Может все-таки лучше вернуться и поговорить? Все равно ведь придется, так зачем оттягивать? А если я приду сейчас без тебя, что мне ей сказать? Что ты ушел в казарму? Она тут же отправится тебя искать. Ты же этого не хочешь.

- Не найдёт.

- Но всю ночь проведет на улице! Не силой же я ее буду удерживать!

- Не проведёт. Она разумная девушка.

- Она влюбленная в тебя девушка, - доктор был серьезен.

- Когда любят, не предают.

- О каком предательстве ты говоришь? - Ксанф нахмурился.

- Самом настоящем.

-Что она сделала?

- Тебя это не касается, уж извини за грубость, - Ларс завернул в один из кабаков с не самой доброй славой.

Ксанф вздохнул и последовал за Хоодом.

Когда Ксанф вошёл, Ларс уже был за стойкой бара, хозяин открыл потайную дверь в стене, и Ларс исчез за ней в один миг.

Доктору не осталось ничего, кроме как найти себе пустое место и сделать заказ.

Ксанф вернулся домой около одиннадцати.

Алина вышла в прихожую и не смогла скрыть разочарования, увидев одного Ксанфа.

- Добрый вечер, доктор. А... - все же не удержалась и спросила сразу, - Вы не знаете, где Ларс?

Доктор аккуратно повесил пальто на крючок и только потом посмотрел на Алину.

- Он решил, что ему пока лучше будет пожить в казарме.

- Как в казарме? - не поняла Алина. - Почему?

- Вы, кажется, повздорили. Разве нет?

Алина вспомнила их прогулку, разговор, реакцию на подарок.

- Из-за книжки. Конечно.

- Какой книжки? - удивился Ксанф.

Алина медленно присела в стоящее рядом кресло и обхватила голову руками.

- Когда-то он дал мне почитать книгу, - голос звучал пугающе монотонно, - там были листки с его собственными стихами. Это были очень хорошие стихи, - она взъерошила волосы и подняла глаза на Ксанфа. - Но листки могли потеряться, перепутаться. Я решила, что это все надо привести в порядок. И на прошлой неделе зашла в маленькую типографию на самой окраине города, - она потерла пальцами виски, - за горстку никсов старый печатник согласился сделать маленькую книжку. В одном экземпляре. Я подарила Ларсу сегодня. Не надо было этого делать.

Доктор немного смутился. Но теперь ответы Ларса стали понятными.

Ксанф подошел к девушке и погладил ее по плечу.

- Не расстраивайтесь, Алина. Главное, что Вы поняли, что поступили не очень хорошо.

- Я все время делаю что-то не то. И не так, - она закрыла лицо руками и заплакала.

-Вы не одиноки, - усмехнулся Ксанф. - Прекращайте плакать. Все образуется. И давайте все-таки на стол накрывать, мы так праздник пропустим, а я Вам подарок дарить буду!

Алина молчала. Ее плечи вздрагивали от рыданий.

- Алина! Вы обязательно попробуете исправить дело. Только не сегодня. Утро вечера мудренее. Слышите?

Она покачала головой.

- Исправить? Что можно исправить? И сколько можно уже исправлять? - вытерла глаза, медленно встала и сняла с вешалки свое пальто. - Я пойду, доктор. Простите.

-Ну уж нет! - он быстро забрал пальто у нее из рук. - Сегодня Вы точно никуда не пойдете! Сегодня же Новый год, и я никому не позволю испортить нам обоим праздник! Мы будем веселиться!

Ксанф привычным движением засунул подмышку свой сверток с подарком, другой рукой крепко взял за руку Алину и потянул ее в сторону гостиной.

В комнате стоял запах хвои, разноцветными огнями горела елка, отражаясь в высоких фужерах, хрустальных вазах и в начищенных столовых приборах на праздничном столе.

Алина окинула все это равнодушным взглядом.

- Я тут немного похозяйничала. Боялась, что Вы поздно придете, и мы не успеем.

- Ох, ничего себе! - доктор замер, с восторгом глядя на мерцающие огоньки. - Шикарная елка! Алина - Вы мастерица! А, судя по запахам, нас еще и прекрасный ужин ждет!

- Наверное, - ответила она бесцветно.

- А что Вы приготовили? Давайте я помогу принести все! - Ксанф закатал рукава рубашки. - Командуйте!

- Там мясо... Салаты, - Алина все также стояла посреди комнаты. Потом, словно очнувшись, тряхнула головой, - пойдемте. Надо разложить и принести приборы. Через десять минут все было готово.

Как-то незаметно для Алины со стола исчез третий прибор. А стулья оказались поставлены так, чтобы можно было любоваться елкой.

- До двенадцати совсем немного времени, но, чтобы я не успел съесть все наше богатство еще до наступления Нового года, меня нужно отвлекать! - доктор демонстративно отвернулся от ароматного мяса в центре стола. - Давайте пока вручать подарки!

Алина чуть улыбнулась.

- Давайте, - она подошла к елке и достала из-под тяжелых веток небольшой шар, обтянутый золотистой бумагой. - Это Вам, милый доктор. Пусть в Вашей душе всегда будет тепло.

Ксанф тут же открыл подарок. Внутри оказалось множество холщевых мешочков с разными видами чая со всего Мира.

- Спасибо большое, Алина! Вы знали, чем меня порадовать! - он с увлечением перебирал разноцветные пакетики, но уже через минуту  отвлекся. - А вот это для Вас. Я слышал, что Вы часто говорили о танцах, - доктор протянул ей сложенный втрое листок бумаги. - Это абонемент на танцевальные вечера. Я узнал, туда можно приходить одному и вместе с друзьями, учиться танцевать самому и просто смотреть, говорят, это самое лучшее место в городе! Есть новички и настоящие профессионалы! Словом, я очень надеюсь, что Вам понравится!

Алина приложила все силы, чтобы улыбнуться и не заплакать снова.

- Спасибо Вам, доктор! Это просто замечательный подарок, - она вздохнула и добавила тихо, - хорошо, что можно и одной приходить.

- Честно говоря, я немного надеялся, что в один из вечеров Вы позовете меня, - Ксанф хитро посмотрел на девушку.

- Для начала мне нужно научиться танцевать, - сказала она, улыбнувшись грустно. Посмотрела на часы, - уже без трех минут.

- Так я тоже не умею совсем! - Улыбнулся доктор, открывая бутылку шампанского, и тут же добавил с несерьезным видом, - но с пониманием отнесусь, если Вы решите уберечь свои туфельки от моих тяжелых ботинок.

Алина меланхолично перемешивала вилкой салат в своей тарелке, слушая милую болтовню Ксанфа.

Доктор наполнил бокалы вином и передал один девушке.

- Поздравляю Вас с наступающим Новым годом, Алина! Пусть все неприятные моменты останутся в прошлом, а в Новом году Вас ждет только все самое яркое, неожиданное и радостное! Ура!

Почти одновременно со звоном бокалов, за окном послышались громкие крики и поздравления соседей, замерцали желтые огоньки новогодних свечей.

- Поздравляю Вас, доктор, - улыбнулась Алина, - будьте счастливы в этом году.

- А мы сейчас закрепим наши пожелания, чтобы точно счастливыми быть! - Ксанф быстро допил шампанское и оглядел елку, как будто искал что-то, потом легко поднялся, подошел и снял с верхней ветки обернутый в золотую фольгу грецкий орех, потряс его, прислушиваясь, и с довольным видом вернулся к Алине.

- Мы с сестрой так в детстве всегда играли. Знаете такое гадание? Если орех с елки полным окажется, то самое заветное желание обязательно сбудется, и год удачным будет,- он протянул "подарок" девушке. - Вот я для Вас выбрал, загадывайте желание! А потом для меня найдете!

Алина сжала в ладони маленький золотистый шарик, поднесла его к груди, закрыла глаза.

- Готово,- улыбнулась доктору через несколько секунд. - Теперь его расколоть надо?

-Это легко! - Ксанф быстро снял оберточную бумагу, подложил орех под ножку пустого стула и чуть надавил.  Скорлупа с треском лопнула, доктору осталось только разъединить половинки, и в руке у Алины появилась причудливой формы косточка.

-Сбудется! - Алина посмотрела на Ксанфа сияющими глазами. - Теперь я выберу для Вас, доктор. Она подошла к елке, быстро наклонилась и достала из-под нижних разлапистых веток такой же золотистый шарик, только побольше. Потрясла его возле уха и уверенно протянула  Ксанфу. - Вот.

- Хм, дайте подумать, -доктор прищурился, разворачивая орех, и расплавленное золото с обертки на миг переместилось вдруг в тигриные глаза Ксанфа, но уже через секунду все прошло. - Готово. Открываем?

- Да.

И второй орех звонко щелкнул под ножкой стула.

- Полный! - Доктор попробовал кусочек. - И горький!

Алина нерешительно последовала примеру Ксанфа и поморщилась.

- Наверное, это сорт такой.

Она подошла к столу, аккуратно отломила кусочек от шоколадной плитки и с удовольствием положила его себе в рот.

- Ммм.... - протянула шоколад Ксанфу.- Так вкуснее!

Молодой человек засмеялся:

- Так шоколад же тоже горький!

- А мне вкусно, - Алина, улыбнувшись, пожала плечами.

- А что еще Вы любите? - Ксанф вернулся к столу и, усадив Алину, занял свое место.

- Фрукты и овощи, - ответила, не задумываясь. - Ларс научил меня любить рыбу, - она вздохнула. - А Вам что нравится, доктор?

- Жаркое.

- Жаль, что я не знала этого. Иначе приготовила бы сегодня, - Алина чуть улыбнулась и встала. - Простите меня, но можно я пойду спать прямо сейчас, доктор?

Ксанф был несколько удивлен.

- Да, конечно, - ответил он. - Не беспокойтесь, я уберу здесь все. Все в порядке?

- Да, спасибо Вам, - она кивнула Ксанфу благодарно и вышла из комнаты.

 

На следующее утро Алина застала Ксанфа спящим в кресле в гостиной. Тихонько прошла к столу и положила на видное место записку: "Вы были очень добры к нам, доктор. Спасибо за все и простите, что доставили Вам столько неприятных хлопот".

После чего неслышно выскользнула из дома.

 

Пишет Ксанф. 22.02.2014

Прошло уже немало времени с тех пор, как дом Ксанфа опустел, а присутствие гостей все еще ощущалось в комнатах.  То и дело молодой человек натыкался на посторонние вещи, незнакомую и потому чужую утварь на кухне, долго не выбрасывал елку и удивлялся огромному количеству неизвестных игрушек на ней. Все эти мелочи отчего-то раздражали его и не давали почувствовать свой дом полноценно своим. В забитом пробирками и микроскопными стеклами кабинете уже негде было ступить, не опасаясь разбить или сломать что-нибудь, а от духоты и пыли быстро начинала болеть голова. Найти удобное место для отдыха тоже было сложно, поэтому Ксанф не удивился, когда спальня оказалась тем местом, где он смог наконец глубоко и свободно вздохнуть. Здесь не было никого. Единственный раз, когда тут пыталась устроиться Алина, был не в счет – комната так и не приняла гостей.

Он лежал на спине на самом краю кровати, скрестив руки на животе, и с увлечением рассматривал в зеркале затейливый узор покрывала. Когда рисунок был исследован достаточно подробно, Ксанф решился обратиться к Хозяину Мира.

- Милорд, Вы позволите вопрос?

- Конечно, - кроваво-красные буквы будто капали с потолка.

- Я понимаю, что он может быть Вам неприятен, и заранее прошу прощения, - доктор выждал паузу. - Но мне больше не у кого узнать, потому я тревожу Вас.

- Давайте без долгих церемоний и раскланиваний, доктор. Спрашивайте.

Ксанф кивнул.

- Ричард. Кто он такой? Откуда взялся?

- Из Стеллиада.

- И потому он Стелл, - констатировал  доктор и задумался на минуту. Он привык называть его Ричардом – называть так, как тот представился ему еще в больнице, забыв, что есть и другое имя. – Почему он стал иначе называть себя? 

- Чужая душа - потёмки, доктор.

- А кто такой был Кай Алкарин?

- Судя по фамилии, он был родственником Эретри. Больше на ум мне ничего не приходит.

- То есть какого-то звания или титула он не имеет, - не смог удержаться от вопроса Ксанф.

- Нет.

- Скажите, Кай сейчас опасен для других?

- Я не понимаю Вашего вопроса, доктор. Любой человек может быть опасен для других.

- Ну Вы позволили бы дорогому Вам человеку находиться рядом с ним? Насколько он был бы в безопасности рядом с ним?

- Моему дорогому человеку никогда бы ничего не угрожало. Поверьте, - буквы прыгали, как если бы демиург рассмеялся за зеркалами.

- Я понимаю, - смутился Ксанф. – Но так я объяснил, что имел в виду, спрашивая об опасности.

- Почему такой вопрос? Он угрожал Вам, Ксанф?

Доктор усмехнулся. Кто еще кому пытался угрожать.

- Нет, конечно. Если я скажу, что он мне просто не нравится, это будет достаточным аргументом?

- Да. Вполне.

- Так Вы ответите на мой вопрос?

- Какой?

- О том, опасно ли быть рядом с Каем? Опасно быть рядом - в том значении, которое я уже объяснил, - Ксанф сомневался, сможет ли конкретнее сформулировать свой вопрос.

- Не опаснее, чем быть с Вами.

- Что это значит? Опасно или нет? – вконец запутался доктор.

- Зависит от обстоятельств.

- Каких?

- Многих, доктор. Многих. За кого Вы боитесь?

- За тех, кого он может использовать в своих целях, а потом просто переступить и забыть. Он ведь способен на такое?

- Способен.

- Как тогда от него защититься?

- Вам?

- Всем, кто может оказаться рядом.

- Мне неинтересно обсуждать с Вами абстракции, доктор. Поэтому позвольте откланяться.

- Спасибо, милорд, за Ваши ответы.

- Пожалуйста.

 

Доктор никогда не был мастером верховой езды, и потому дорога до Кориотты заняла у него вдвое больше времени, чем он рассчитывал. Солнце уже практически село, когда Ксанф наконец въехал в деревню. Он помнил, как Ричард говорил, будто бы у него нет близких, и больше рассчитывал встретиться с соседями, может быть, друзьями или родственниками Эр, но никак не с родителями Кая. Ему указали последний на улице дом с простеньким белым забором.

Ксанф быстро спешился и привязал лошадь. Калитка оказалась открыта, приглашая зайти во двор, В пять шагов преодолев расстояние  до дома, доктор быстро поднялся по ступенькам на веранду и постучал.

Ему открыл гвардеец Хаоса.

- Добрый день, доктор Ксанф. Я могу Вам чем-то помочь?

На несколько секунд Ксанф замер, уставившись на гвардейца. 

- Мне сказали, что это дом Алкарина, - в первый момент смешался он.

- Был, - гвардеец поправил перчатки, - теперь их здесь нет.

- Что-нибудь случилось с ними?

- Могу в ответ полюбопытствовать, что Вы здесь делаете и какое отношение имеете к Алкаринам? – вежливо поинтересовался гвардеец.

- Да, конечно. Я искал Эретри Алкарин. Очень давно ее не видел, хотел бы встретиться, поговорить. - Доктор ощутил всю глупость своего положения.

- Боюсь, это невозможно, - гвардеец сделал шаг вперёд, вынудив доктора спуститься с крыльца, - езжайте домой.

- Я Вас понял.

 

Он вернулся к лошади, но прежде чем запрыгнуть в седло, достал из пристегнутой сумки свое зеркало:

- Я лишь хочу разобраться, кто он такой, милорд. Разобраться, чтобы знать, как защитить от него Никту, если потребуется.

- Спросите у него самого, кто он такой. Я прослежу, чтобы он честно ответил на все Ваши вопросы, - написалось на зеркале.

К нему подъехал ещё один гвардеец:

- Я провожу Вас, доктор. Путешествовать в одиночестве сейчас небезопасно.

Молодой человек снова кивнул и убрал зеркало.

- Спасибо.

 

Пишет Хаос Мира Зеркал. 09.03.14

В помещение вошёл смуглый угрюмый человек  в дорогой одежде и покрытым кровью по рукоятку катласом в руке:

- Кто придумал их здесь допрашивать? – он кивнул в сторону потерявших сознание пленников.

Конвоиры сделали шаг назад, и теперь впереди стоял хромой пират, проводивший сортировку несчастных.

- Драишь палубу с матросами до конца этой недели, чтобы запомнил, что не надо гадить, где живёшь, - бросил мулат, кивнув на подтёки крови и грязь на полу возле пленников.

- Есть, капитан, - нехотя подчинился пират.

- Этих – наверх, - распорядился капитан относительно пленников, - здесь всё вычистить до свежего дерева. Чтобы ни одного пятна. Ясно?

- Да, капитан, - обречённо отсалютовали конвоиры.

 

- Капитан! – крикнул дозорный с «вороньего гнезда», - вижу «Жемчужину» по правому борту.

- Наконец-то, - мулат выдохнул с видимым облегчением, поднялся на капитанский мостик и скомандовал, - по местам стоять!

Пленники стали приходить в себя на свежем воздухе. Орсо потряс Эцио за плечо, но тот был в слишком глубоком обмороке.

Раздалась команда «смирно» и торжественные звуки морского рожка.

Капитан подошёл к трапу, чтобы встретить гостей:

- Приветствую, капитан Кейсан.

- И тебе привет, Армит, - новоприбывший кивнул капитану и улыбнулся широко, - прости, задержались немного.

- Я думал, что Командор тоже захочет посетить «Дельфина» с инспекцией, - судя по тону, капитан Армит был несколько встревожен и растерян.

- Нет, - Кейсан сжал повязанную чёрной лентой рукоять мавританской сабли, что была у него на поясе, - командора больше нет с нами.

- Приспустить флаг! – скомандовал Армит тотчас же.

- Что здесь у тебя? – Кейсан увидел пленников.

- Часть приза, - пожал плечами Армит, - ничего ценного. Корм рыбам.

- Ты знаешь обычаи, - Кейсан скривил губы, - помилование.

Армит зарычал недовольно:

- Траты одни бестолковые.

- Капитан, - одёрнул его Кейсан.

- Ладно, идём, выпьем за командора, - тот знаком дал распоряжение увести пленников.

 

Эцио

АПАТИЯ

 

Пишет Сильвия. 15.03.14

Зима постепенно уступала свои права весне: увеличилось количество солнечных дней, в воздухе витал легкий аромат приближающегося тепла, а на улицах заметно возросло число легко одетых людей, на лицах которых отражалось предвкушение любви, беззаботности и веселья. Вместе с пробуждением природы, казалось, жизнь вдохнула новые силы большей части населения Эйзоптроса. Темп жизни увеличивался, все куда-то спешили и хотели успеть сделать много дел сразу. Этот порыв не остался в стороне и тоже коснулся Сильвии - она с еще большим рвением погрузилась в свою работу. Проект герцога по-прежнему оставался самым большим и значимым среди других заказов, однако Кристиан пока не спешил представлять Сильвии свою сестру. Такая медлительность немного удивляла Сильвию, ведь с самого начала герцог был очень увлечен проектировкой дома. Сейчас настал тот момент, когда надо было узнать требования и пожелания самой хозяйки, поскольку Сильвия приступила непосредственно к разработке дизайна гостиной и спальни - мест, где девушка будет проводить большую часть времени, находясь дома.

  Рабочее место Сильвии было завалено бумагами и чертежами (сколько раз она пыталась хоть как-то все это систематизировать и навести порядок, но ровно через час работы все приобретало прежний вид), поэтому найти визитку с контактными данными Кристиана оказалось непосильной задачей. В результате Сильвия решила связаться с заказчиком непосредственно через Валлейна. Она надеялась, что герцог появится на следующий день или, по крайней мере, в ближайшие дни.

  В процессе поиска его визитки ей пришла в голову мысль, что неплохо было бы расспросить о нем Кристобаля. Изначально она старалась не рассказывать мужу о своем новом клиенте, который засыпал ее комплиментами и приглашал покататься на собственный каток, но потом, поразмыслив на досуге, Сильвия решила опустить такие подробности и просто поинтересоваться у мужа, знает ли он этого человека, и если знает - то что он из себя представляет. Не откладывая дело в долгий ящик, Сильвия решила сегодня же вечером предпринять такую попытку.

  Кристобаль в последнее время фактически жил на своей работе, они виделись только вечером и утром, когда каждый спешил по своим делам. Этот вечер не стал исключением: после трудного рабочего дня Кристобаль с удовольствием съел приготовленную Сильвией лазанью и мясной пирог, а потом приступил к десерту. Они обменялись несколькими незначительными фразами о том, как прошел их день, после чего Сильвия поинтересовалась у мужа:

- Я хотела посоветоваться с тобой по одному вопросу. У меня сейчас крупный проект, очень хороший и интересный, но меня смущает личность заказчика, он не местный. Это Кристиан Сэйер, Герцог Эстрельский и Аруэусский. Ты не знаешь такого? Или, может, что-нибудь слышал о нем?

- И чем он тебя смущает? - нахмурился Кристобаль.

- Я же говорю, он не из Эйзоптроса. А здесь строит для своей сестры шикарный особняк, является владельцем катка и кафе в Центральном парке. Раз как-то сказал, что, возможно, обратится ко мне с еще одним или несколькими проектами. Мне кажется, он хочет перебраться в столицу, - Сильвия сделала глоток чая из своей кружки. - Он богат, имеет титул и, видимо, хорошие связи. Поэтому я решила, что ты мог слышать о нем что-нибудь. Всегда хочется знать, с кем имеешь дело, особенно если мне еще предстоит с ним работать.

- Нет, здесь что-то другое, - Кристобаль всерьёз забеспокоился, - ты никогда не спрашивала меня о своих клиентах и не рассказывала о них. Разве что имя называла. А тут и полный титул, и сестра, и то, что он собирается делать в столице. Да ещё и встречалась с ним не раз. Есть что-то, что мне нужно знать?

- Я поэтому тебе все сейчас рассказываю. Этот человек может сделать еще один крупный заказ, и я не имею права оступиться. Боюсь, он не так прост, каким старается казаться... Именно поэтому я запомнила его полное имя и титул, чтобы спросить, не знаешь ли ты что-нибудь о нем и его делах.

- Интересно, - Кристобаль пристально посмотрел на неё, - нет, я не знаю ничего о его делах. И имя неизвестное. Но, видимо, настоящее, раз хозяин не превратил его в жабу до сих пор.

- Как ты думаешь, его стоит опасаться? Или лучше свести с ним знакомство? Дом, над которым я сейчас работаю, принадлежит его сестре, она должна скоро приехать в столицу, чтобы обсудить со мной детали.

- Если ты спрашиваешь, то, значит, сама считаешь, что стоит его опасаться.

- Я так не считаю. Ты же знаешь, что я плохо разбираюсь в людях, поэтому стараюсь подстраховаться.

- Стоит опасаться в любом случае. Но я обязательно разузнаю об этом герцоге всё, что смогу.

- Спасибо, - улыбнулась Сильвия. - Если, конечно, тебя это не затруднит.

- Конечно, не затруднит, - пожал плечами Кристобаль, - ты же моя жена.

 

***

 

  Сильвия рассчитывала, что в ближайшие дни она получит ответ от герцога. Несмотря на свою занятость ей было интересно познакомиться с сестрой своего заказчика. На следующий день после разговора с Кристобалем, в свой обеденный перерыв, она попыталась представить эту особу. Будет ли это надменная аристократка или простая в общении девушка? Сильвии больше был по душе второй вариант, но разум подсказывал ей, что следует ожидать чего угодно.

  Вскоре она получила ответ герцога и приглашение встретиться в гостинице, где он остановился. Посыльный дожидался ее ответа. После некоторого колебания Сильвия приняла приглашение:

- Хорошо, передайте герцогу, что я согласна.

  Как выяснилось, Кристиан занимал весь этаж самой дорогой и модной гостиницы.

  Метрдотель проводил её вверх по лестнице и оставил перед закрытой двустворчатой дверью, покрытой богатой резьбой и позолотой. Помедлив, Сильвия постучалась. Послышались странные звуки, как если бы на стук к двери бросилась свора диких собак.

- Назад, - мужской голос был жёсткий и холодный как сталь, - место. Лежать.

  Звуки затихли.

  Дверь распахнулась. На пороге стоял Кристиан, одетый в дорогой, новый с иголочки костюм, на ногах начищенные до зеркального блеска туфли.

- Это Вы… - голос его стал бархатным и приятным, а лицо осветилось улыбкой, - проходите.

- Здравствуйте, - Сильвия сначала растерялась от окружавшей ее роскоши и богатства. - Вы очень хорошо устроились. Я даже не подозревала, что в городе есть такие шикарные гостиницы.

- Охрана настояла, - он указал ей знаком направление и сделал шаг вперёд, чтобы открыть очередную дверь, - для безопасности.

  Слева раздалось приглушённое рычание. Сильвия от неожиданности вздрогнула.

- Вы приехали со своими домашними питомцами?

- Да, я вам рассказывал про них. Помните? – Кристиан свистнул резко, - ко мне!

К ним медленно, настороженно прижав уши и опустив головы, подошли три огромных волка.

Сильвия невольно сделала шаг назад.

- Конечно, помню. Но я не думала, что вы вот так берете их с собой в поездки, без намордников и поводков... Вы не боитесь, что однажды их инстинкты возьмут верх над дрессировкой?

- Нет, не боюсь, - он опустился рядом с ними на одно колено и почесал ближайшего волка за ухом, тот довольно зажмурился,- они должны бояться. Не я. Хотите погладить?

- Я для них чужая. Думаю, что не стоит рисковать.

- Трусиха, - поддразнил её Кристиан.

- Будем считать, что да, - Сильвия огляделась по сторонам в поисках кресла. - Если не возражаете, перейдем к обсуждению вопроса, из-за которого мы встретились.

- Кристиан! – окликнули его из другой комнаты, - оставь ребят в покое, несносный ты человек! – двери открылись, и к ним вышла красивая русоволосая девушка в парчовом платье с небольшим шлейфом и бриллиантовыми украшениями, - ооооо, - она немного смутилась, увидев незнакомку, но заминка была недолгой. - Вы, наверное, Сильвия Рейес? – девушка протянула ей руку, - мой брат очень много рассказывал о Вас. Рада познакомиться. Я – Виолетта.

- Да, я Сильвия. Очень рада знакомству с вами, - девушка произвела на Сильвию сильное впечатление и понравилась ей с первого взгляда. - Вы уже, должно быть, видели проект. Хотелось бы услышать ваши замечания.

- Давайте пройдём в гостиную. Вы же не откажетесь от чашечки чая в нашей компании?

- Спасибо, с удовольствием, - Сильвия последовала следом за ними.

  В гостиной был накрыт небольшой круглый стол. Белый фарфоровый чайный сервиз, хрустальная вазочка с засахаренными орехами, вазочки с печеньем и вафельными трубочками, тарелка с фруктами. Столик был такой небольшой, что Сильвия касалась своих соседей.

Кристиан то и дело вынужден был переводить дыхание от волнения, когда чувствовал своей рукой прикосновение её рукава.

- И все-таки, хотелось бы узнать ваше мнение, - обратилась Сильвия к Виолетте.

- Если честно, я удивилась, что у Кристиана появился столь тонкий вкус за такое короткое время. Но потом он сказал мне, что это всё Вы. И всё встало на свои места. Спасибо Вам.

- Это моя работа. Спасибо, что высоко оценили проект, - Сильвия взяла себе еще печенье. - Но мне необходимо узнать Ваше мнение по поводу отделки спальни и гостиной, каковы Ваши предпочтения?

- Я бы хотела что-то простое, но изысканное одновременно, - Виолетта налила ей и Кристиану ещё чая, - по цветам мне нравится голубой, жемчужно-серый и белый.

- Я как раз хотела предложить оформить спальню в бело-голубой гамме. Если хотите, можно будет добавить немного морской тематики. А как Вы относитесь к светло-бежевым тонам в гостиной?

- Это немного по-мещански, - задумчиво сказала Виолетта.

Кристиан закашлялся, подавившись кусочком печенья, и незаметно пнул сестру под столом.

- Я хотела сказать, что это чересчур предсказуемо, - поправила себя герцогиня, жеманно улыбнувшись гостье.

- А как насчет сочетания красного и серого? - Сильвия старалась не показать своего замешательства после слов девушки.

- Интересно, - Виолетта усмехнулась вежливо одним уголком рта, - тот, кто распоряжается по своему усмотрению, не будет возражать против этого?

- Виолетта! – воскликнул Кристиан, взмахнув возмущенно рукой и опрокинув на Сильвию вазочку с вишнёвым вареньем, которое забрызгало ей декольте и стремительно расползлось по ткани её платья в огромное липкое пятно, - ох! Простите, мадам Рейес!

- Ничего страшного, - Сильвия безрезультатно пыталась стереть пятно бумажной салфеткой. - Между прочим, это одна из тенденций наступающего сезона, - обратилась она к герцогине, - сочетание лордовых цветов в интерьере.

- Пойдёмте ко мне в комнату, - Виолета протянула ей руку, чтобы помочь встать, - у меня есть платье, в которое Вы сможете переодеться, и мы продолжим разговор.

- Простите! – Кристиан покраснел до корней волос от стыда за свою неловкость, - я сам отвезу Ваше платье в чистку и подожду там, пока они не сделают всё в лучшем виде!

- Вам не стоит так обо мне беспокоиться, - ответила Сильвия Кристиану. - Благодарю Вас, - она последовала за герцогиней в ее комнату.

Та позвонила в колокольчик. Через минуту к ним присоединилась горничная, которая помогла Сильвии снять испачканное платье и отнесла его Кристиану.

Кристиан осторожно взял в руки свёрток, как если бы это было самое большое сокровище в мире для него. Ткань была ещё тёплая, пахла сладкой вишней и легкими духами Сильвии. Кристиан вдохнул глубоко: от этого запаха по всему телу его разлилась волна счастья.

 

***

Виолетта открыла двери гардеробной и пригласила Сильвию пройти с ней.

- Выбирайте, какое Вам больше понравится, - улыбнулась Виолетта.

Платья были просто неприлично богатые: из золотой парчи, тончайшего южного шёлка, с редкими мавританскими кружевами; расшитые жемчугом и бриллиантами.

Сильвия выбрала самое простое платье из темно-синего шёлка.

- Даже не знаю, как Вас отблагодарить, - Сильвия была немного смущена сложившейся ситуацией.

- Вот уж точно не за что, - всплеснула руками Виолетта, - нужно было пойти в столовую, где у нас длиннющий стол. Кристиан ужасно неловкий, каждый раз что-то опрокидывает, а в столовой мы от этого надёжно защищены расстоянием.

- Не стоило Вам так суетиться из-за меня, - Сильвия рассматривала свое отражение в шикарном темно-синем платье, которое выгодно подчеркивало ее фигуру. - Я всего лишь хотела обсудить детали проекта, мы могли бы это сделать и в конторе, - она повернулась к своей собеседнице. - Но все равно, спасибо за оказанное внимание.

- В конторе скучно, - Виолетта вновь пригласила её к столу, - наконец, сможем поговорить свободно. Хорошо всё-таки иметь неуклюжего брата. А у Вас есть брат или сестра?

- Нет, - кратко ответила Сильвия.

- Давайте вернёмся к обсуждению цвета гостиной. Красный и серый - это, может, и модно, но меня смущает.

- У Вас есть какие-то конкретные пожелания? - Сильвия была рада, что разговор вернулся в привычное русло.

- Хочется чего-то красивого.

"Понятно, - подумала Сильвия. - Стандартная фраза каждого второго заказчика".

- Можно попробовать сочетание красного дерева и более светлых оттенков. Например, белого. Как Вы на это смотрите?

- Думаете? Не слишком контрастно?

- Если оставить темный цвет доминирующим, то помещение будет казаться слишком мрачным и неуютным, тем более гостиная расположена с северной стороны. Белый визуально добавит света.

- Но тогда не надо тёмную мебель, мне кажется.

- Я предлагаю светлыми сделать стены, а двери и мебель - темными. Можно использовать светлые элементы в мебели, например, белые подушки на диване.

- Мне не нравится.

Сильвия уже теряла терпение. До чего ж привередливая особа! А она сначала думала, что герцогиня будет похожа на своего брата, который соглашался с любым ее предложением.

- Тогда скажите, что Вам нравится.

- Так Вы же здесь профессионал. Я не знаю, что мне нравится. Вы мне скажите.

- Я Вам предложила уже несколько вариантов! Если бы у Вас было хотя бы малейшее представление о том, что нужно именно Вам, то Вы бы сказали, почему не нравится то или иное предложение! А так мы гадаем на кофейной гуще. Я не волшебник, поэтому не могу просто взять и угадать. Все свои проекты я составляю исключительно исходя из пожеланий клиентов. К кому бы еще Вы ни обратились, все в первую очередь спросят о Ваших предпочтениях.

- Если бы Вы чуть сменили тон, милая, я была бы Вам крайне благодарна, - холодно заметила Виолетта, - если я не могу сказать, чего хочу, Ваша задача - предложить мне много вариантов, из которых я смогу выбрать.

- Я Вам предложила несколько вариантов, которые вы отвергли, не предоставив достаточных аргументов. С учетом планировки комнаты вариантов не так много, Вам это скажет любой дизайнер.

- Вы со всеми своими заказчиками так разговариваете? Кристиан уверял меня, что Вы сама кротость и вежливость.

- Извините, если считаете, что я нагрубила Вам, - Сильвия поняла, что немного перегнула палку и не справилась со своими эмоциями. - Обычно у меня не возникает никаких конфликтов с заказчиками.

- Мы можем вернуться к обсуждению?

- Да, конечно, - Сильвия старалась собраться с мыслями и успокоиться. Никогда раньше ей не приходилось так открыто конфликтовать со своими клиентами, тем более давать волю эмоциям. - Если не нравятся предыдущие варианты, могу предложить оформить гостиную в светлых тонах. Кремовый цвет - это не белый и не бежевый, как раз золотая середина.

- Это лучше, - снисходительно улыбнулась Виолетта.

- Прекрасно! - Сильвия уже ждала очередного отказа. - Тогда я составлю подробный план комнаты и подберу мебель. Сейчас в магазинах очень большой выбор в этой цветовой гамме. Естественно, я без Вашего согласия ничего покупать не буду, - поспешила она успокоить герцогиню.

- Это хорошо, - кивнула герцогиня, - меня это вполне устраивает.

- Я вернулся, - Кристиан вошёл в комнату, - но у меня не очень приятные новости. Прачки сказали, что платье смогут почистить только к концу недели.

- Ничего, я подожду, - ответила Сильвия Кристиану. - Еще раз спасибо.

Она повернулась к Виолетте:

- Через два-три дня, я думаю, все будет готово.

- Замечательно! – воскликнула Виолетта.

- Может, останетесь на ужин? – предложил Кристиан.

- Спасибо за приглашение, но вынуждена отказаться, - после неприятного разговора с герцогиней Сильвия хотела поскорее избавиться от ее общества. - У меня еще много работы, а вечером мы с мужем приглашены в гости.

  Они никуда не собирались идти, но Сильвия решила соврать ради хорошего повода не оставаться на ужин.

- Я провожу Вас? – спросил Кристиан. Он был явно расстроен её отказом.

- Что Вы, не стоит, - Сильвия краем глаза посмотрела на его сестру.

Виолетта торжествующе улыбнулась, услышав её отказ.

- Прошу Вас! – Кристиан был в отчаянии, - это как-то извинит меня за платье.

- Хорошо, если это доставит Вам удовольствие, - Сильвия не могла не заметить торжество их собеседницы. - До свидания, Виолетта. Была рада знакомству. И спасибо за платье! - добавила она уже в дверях.

- Это доставит мне счастье! – Кристиан просиял, - я прикажу подать карету для нас.

- До свидания, Сильвия, - скривилась едва заметно Виолетта.

Сильвия удивилась, когда Кристиан сел вместе с ней в карету.

- Но я думала, что Вы проводите меня только до кареты. Ваша сестра будет беспокоиться.

- Ох, простите, - Кристиан покраснел от стыда, - я неточно сформулировал. Мой преподаватель риторики всегда меня ругает за это. Я не скомпрометирую Вас, клянусь! Даже не выгляну из кареты. Обещаю.

- Хорошо, - улыбнулась Сильвия.

Они устроились на своих местах, и карета тронулась в путь по улицам города.

- Как Вам понравилась Виолетта?

- Очень милая и воспитанная девушка. Было приятно обсуждать с ней детали интерьера ее дома.

- Я рад, - улыбнулся Кристиан, но улыбка его при этом стала немного грустной.

- Я думаю, она будет иметь успех в столичном обществе.

- Согласен, - Кристиан хихикнул весело.

- Что тут смешного? - удивилась Сильвия.

- Она изо всех сил старается походить на этих расфуфыренных дам из высшего света. Иногда это выглядит очень смешно, - Кристиан вдруг нахмурился, - но иногда она превращается в мегеру. Как с Вами.

- Не говорите так о своей сестре.

- Простите. Я не хотел. Она мне очень дорога, - Кристиан сжал руку в кулак.

- Ничего страшного. Я этого не слышала, и Вы этого не говорили, хорошо?

- Да, конечно, - согласился Кристиан.

- Вот и прекрасно.

Тем временем карета уже подъезжала к дому Сильвии.

- Спасибо за сегодняшний день, - сказал Кристиан.

- Это я Вас должна благодарить. В остальном - это всего лишь моя работа.

Она открыла дверь, кучер по знаку Кристиана опустил подножку, чтобы ей было удобно спуститься.

Кристиан не находил себе места: ему очень хотелось самому подать ей руку и помочь, проводить.

- Мадам Рейес, - окликнул он её.

- Да? - Сильвия обернулась к нему.

- Не выходите из дома одна в этом платье, пожалуйста, - Кристиан покраснел, - многие бы хотели заполучить такое сокровище.

- Это платье Вашей сестры, я собиралась в ближайшее время ей его вернуть. Даже и не думала о том, чтобы надеть его еще раз.

- Она ни разу не надевала его и теперь не наденет, - Кристиан улыбнулся, - так что оно Ваше.

- Спасибо, - Сильвия решила с ним не спорить. - Мне пора. До свидания!

- До свидания.

 

Когда Кристиан вернулся домой, Виолетта ждала его в гостиной.

- Ты ещё не спишь?

- Нет, конечно, - фыркнула девушка.

- Почему? – Кристиан плюхнулся рядом с ней на кушетку.

- Твоя зазноба выбрала самое дорогое платье из моего гардероба. Интересно, откуда у простолюдинки столь хороший вкус на бриллианты?

- Что за привычка у тебя, Ви, людей оскорблять?

- Я хочу новое платье, милый братец, - улыбнулась хищно Виолетта.

- Конечно, - согласился Кристиан.

- И так как я тебе сделала одолжение, выдержав её общество и не предложив ей платье прислуги, моё новое платье должно быть в два раза дороже того, - сказала Виолетта.

- Цена его тогда будет равна стоимости небольшой армии рабов, между прочим, - Кристиан покачал головой на акульи аппетиты сестры.

- «Свет твоих очей» того не стоит? На моём платье были самые редкие тёмно-синие бриллианты, я уже не говорю о серебряном кружеве и алмазных пуговицах.

- Торгуешься, как простолюдинка на базаре, Ви.

- А я-то думала, ты серьёзно влюбился в эту дамочку, - рассмеялась девушка.

- Я пойду спать, - Кристиан встал и свистнул собак, чтобы пойти на свою половину этажа.

- И? – остановила она его уже у двери.

- Я никогда тебе ни в  чём не отказывал, сестрёнка, - Кристиан потрепал при этих словах одного из волков по холке, - и в этот раз не собираюсь. Развлекайся.

Виолетта торжествующе улыбнулась.

 

Пишет Эцио. 20.03.14

Вся семья Инделикато сидела у камина. Мать Илэрия вязала, Эцио с сестрой Кэприсией играли на ковре, а Сальвио проверял субботнюю почту. Конверты, письма, открытки, газеты, сообщение из кузницы о уже готовой чинкуэде – бумаги загромоздили все кресло, на котором он сидел. 

Сальвио вскрыл очередной конверт и в глазах его промелькнул ужас. Быстро пробежав глазами строчки, он встал и вышел из гостиной, оставив на кресле завал макулатуры. 

Игра в прятки была в самом разгаре, когда отец вернулся в комнату и сообщил, что они переезжают в Эйзоптрос. 

–Даю вам на сборы пять дней, – как можно бодрее сказал он. 

Через три дня, прямо во время завтрака, слуга принес еще одно письмо. 

- Оно пришло еще вчера, господин. 

–Я разве непонятно приказал, чтобы все письма доставлялись мне немедленно?– вдруг взорвался отец. 

Эцио испуганно посмотрел на мать, которая тут же приобняла его и Кэприсию и постаралась улыбнуться им ободряюще. 

В тот же день Сальвио запретил всем выходить на улицу. Наконец, вещи были собраны, консъержу были отданы необходимые распоряжения. 

После долгих колебаний отец все - таки решил оставить свою коллекцию оружия, взяв с собой только шайбендольх и стилет. 

-Ну, пап, давай возьмем все! - умолял его Эцио. Но отец был непреклонен. Отъезд был назначен на утро. Ночью Сальвио разбудил слуга,который передал третье письмо. Ничего никому не объясняя, отец приказал перенести уже спящих детей в свою спальню и спустить собак с цепи. 

Сквозь сон Эцио слышал, как Сальвио приказывал горничной сварить ему кофе, как за ним закрывалась дверь спальни. 

А утром Кэприсии уже не было в постели. 

Слуги нашли в палисаднике отравленных собак. А через два дня в лесу – тело девочки. 

Сразу же после траурных церемоний Сальвио погрузил в карету почти обезумевшую от горя Илэрию и ничего не понимающего Эцио,и приказал кучеру трогать, несмотря на ночь и проливной ливень. 

 

Вот и Алцион… 

Выстрелы арбалета, ржание лошадей, предсмертная агония кучера, выбитые стекла кареты, боль, кровь, крики, вырванные волосы, сталь в сердце, человек без мизинца на правой руке, его крик: «Чертов щенок!», холод ноябрьской воды. 

Сквозь дикую боль Эцио чувствовал, как с него сдирают рубашку и кто-то большой и сильный растирает его грудь противной вонючей жидкостью.

Эцио попробовал отодвинуть руку, выливающую на него содержимое серебряной фляжки. 

-Живой! - человек резко отбросил фляжку в сторону, склонился над Эцио и легко потрепал его по щеке.

На безымянном пальце его руки Эцио увидел перстень с крупным синим камнем.

-Держись, я отвезу тебя в больницу, – сказал человек. 

 

 

Эцио открыл глаза.

Какой ужасный сон.

Плечо жгло огнем.

-Эцио! Ты меня слышишь? – услышал он испуганный голос Орсо.

-Мы еще живы? – Эцио попытался улыбнуться.

-У него рана сильно гноится ,- Апатия со скучающим видом отвернулся к окну.

Орсо резко отодвинул толстяка в сторону и одним движение разорвал рубашку на плече друга. 

Эцио застонал. 

-Здесь есть доктор?- закричал Орсо, пытаясь не смотреть на рану.

Через несколько минут Эцио тащили на носилках в корабельный госпиталь. 

Там его положили на голую деревянную скамью.

Комната медленно поплыла и голоса вокруг становились все дальше и дальше. 

Какой-то большой человек склонился над Эцио и потрепал его по щеке.

- Будет жить!

На его безымянном пальце Эцио увидел перстень, с крупным синим камнем, в котором мелькнуло его отражение.

 

Пишет Никта. 21.03.14

Чернильная ночь постепенно отступала от города под напором стального утра. Ричард поёжился от холода, выжимая в очередной раз тряпку, чтобы протереть зеркала начисто. Его бригада была уже недалеко от Центральной. Ещё минут 15, и можно будет идти в ближайшее кафе завтракать и пить кофе с коньяком, к которому Ричард в последнее время пристрастился.

На следующем уличном зеркале было написано красным: «Закончишь работу, вернись сюда».

Ричард замер на месте. Вокруг не было ни души, кроме его соартельщиков в Эйзоптросе ещё никто не проснулся.

Он подошёл ближе к зеркалу, дотронулся до одной из букв. На пальцах остался пахнущий розовым маслом кроваво-алый след. Помада.

Поклонница?

Яркая, дерзкая.

Кто?

Давно забытое ощущение возбуждающего волнения и предвкушение свидания.

Богатая, своенравная.

Он посмотрел на собственное отражение. Седой, в шрамах. В старой, грязной одежде. С мокрой тряпкой в руке.

И стёр надпись одним резким нервным движением.

Чья-то злая и глупая шутка.

 

_______________

 

- Упрямый, - прорычала Никта, увидев из окна кареты, что он двинулся в противоположном от назначенного места направлении.

- Давай за ним, - бросила сквозь зубы вознице.

Коньяк приятно согревал изнутри, и настроение у Ричарда улучшилось.

Эйзоптрос был не самым хорошим городом для того, кто привык быть всегда настороже. Благодаря зеркалам профессиональная паранойя слежки усиливалась многократно. С момента «Возвращения», он мог поклясться своими самыми дорогими воспоминаниями, за ним наблюдали. Аккуратно. Профессионально. Сначала он пытался разгадать, кому это могло понадобиться, но потом просто перестал обращать внимание.

Но здесь. Здесь было другое.

Чёрная карета следовала за ним несколько кварталов и даже когда он специально зашёл в здание оперы на пару часов, не прекратила преследование.

«Да что мне терять?» - подумал про себя Ричард и решительным шагом направился к карете.

Возница спрыгнул с облучка, чтобы преградить ему путь.

- Чем обязан? – достаточно грубо поинтересовался Ричард у незнакомца.

- С тобой хотят поговорить.

- Кто?

Возница ухмыльнулся криво.

- Хорошо, - кивнул Ричард, - давай поговорим.

- Руки – скомандовал кучер.

- Что за чушь? – вскипел Ричард.

- Считай, что это жест доброй воли с твоей стороны в сторону моего хозяина, - ответил тот.

- Я мойщик зеркал. Если что-то плохое со мной случится, месть Хаоса будет страшна.

- Тогда тем более тебе нечего бояться, - хохотнул возница и повторил, - руки.

Верёвка врезалась в кожу запястий так сильно, что Ричарду пришлись закусить губу, чтобы не обругать грязно слишком уж старательного слугу.

В следующую минуту его развернули к карете лицом и неожиданно сзади накинули на голову чёрный мешок.

- Эй! – он попытался вырваться, - мы так не договаривались!

Но его толкнули вперед без слов. Он слышал, как открылась дверца кареты, как была откинута ступенька. Его толкнули внутрь, он ударился о стекло противоположной дверцы лбом, потянули назад, устроили на сидении, так, чтобы больше не падал. Хлопнула дверца. Карета дёрнулась вперёд и на большой скорости помчалась на север.

- Что вам нужно от меня? – спросил в темноту Ричард. – Кто вы?

 

Она сидела напротив и внимательно рассматривала его: старая потрепанная, но чистая одежда, невысокие поношенные кожаные сапоги, покрытые брызгами грязи. Неровное от ярости дыхание. И странное «тик-тик-тик» в воцаряющейся время от времени тишине.

Изменился? Нет? Он? Издевательская шутка Лорда?

 

- Ладно, - вздохнул он, - помолчим.

Попутчик сидел так тихо, что в какой-то момент Ричард подумал, что он здесь один.

Карету тряхнуло чувствительно на очередном ухабе. Ричард повалился набок. И вдруг…

Его бросило в пот. Словно вернулся на пару лет назад. Он дёрнулся непроизвольно, чтобы освободиться от пут, но только ещё больше затянул узел и поранил запястья до крови.

Зарычал от бессилия. Темнота. Карета. И страх. Лабиринта больше нет. Смерть позади. Но страх остался. Почти физически осязаемый.

По щекам текли слёзы бессилия.

 

Она видела, как вздрагивают его плечи, слышала, как он пытается сдержать слёзы, и заметила, как с пальцев стекает из ран кровь.

«Новая заря»? Вряд ли. Кай был сильным и точно не стал бы рыдать в присутствии чужих людей.

Или притворяется?

Никта, скрестив руки на груди, откинулась на спинку кресла: чуть не раскрыл её, гад.

«Ничего, - со злостью процедила она про себя, - посмотрим, надолго ли хватит твоих актёрских способностей после моих пыток».

 

Его выволокли из кареты зашиворот, толкнули вперёд. Он ударился плечом о закрытую дверь, судя по звуку. Снова зашиворот развернули, толкнули вперёд. Заставили сесть, подняв связанные за спиной руки вверх, чтобы завести за спинку стула. Привязали за щиколотки к ножкам стула.

- Имя, фамилия, род занятий, - раздался неприятно сухой мужской голос.

- Ричард Стэлл, мойщик зеркал, - ответил он.

- Ложь, - констатировал бесстрастно голос, - за ложью всегда следует наказание.

Его ударили в живот. Он согнулся от боли и закашлялся жестоко.

- Урок усвоен?

- Да, - едва смог прохрипеть он.

- Имя, фамилия, род занятий, - повторил голос.

- Ричард Стэлл, мойщик зеркал, - ответил он.

- Не усвоен, - равнодушно заметил голос.

Его избили.

 

Она знаком приказала всем выйти. Он лежал на полу, всё так же привязанный к стулу, с мешком на голове. Дыхание было тяжёлым, со свистом.

И снова это раздражающе спокойное «тик-тик-тик».

Она подошла и осторожно развязала верёвку.

Он упал на пол лицом вниз. Медленно приподнялся на руках. Стянул с головы мешок. Зажмурился от света. Огляделся, одновременно вытирая тыльной стороной ладони кровь с губ.

Увидел её. Отвёл взгляд. Сел.

 

- Привет, - он выдохнул это слово устало.

- Привет, - она скрестила руки на груди, - поговорим по душам?

- Попробуем, - он взъерошил волосы привычным жестом.

Никта закусила губу.

- Имя, фамилия, род занятий?

- Ричард Стэлл. Мойщик зеркал, - усмехнулся Ричард, прекрасно осознавая, что последует за этим его ответом.

- Почему Стэлл? – Никта сумела его удивить своей выдержкой.

- Прости, я напугал тебя тогда, - сказал он, вновь проигнорировав её вопрос.

- Почему Стэлл? – упрямо повторила свой вопрос она.

- Я понимаю, - кивнул он, - мне нужно было сразу дать знать. Прости.

- Почему Стэлл? – Никта чуть заметно поджала губы.

- Да, я знаю, - сказал он, - я каждый день чувствую, как больно тебе сделал.

- Размечтался! – взвилась вдруг Никта.

- Да, - подтвердил он, несмело улыбнувшись.

- Скотина, - выругалась она.

- Но неотразимая, да? – он подавился собственной шуткой.

Побледнел. И взгляд, загоревшийся было, погас.

Она подлетела и со всей злости пнула его в бок:

- Самонадеянная, эгоистичная скотина!

Он выставил руку вперёд, чтобы остановить повторную атаку:

- Эй, полегче, красавица!

Она машинально посмотрела на свои ладони. От её шрамов благодаря Ксанфу остались лишь белые едва заметные линии не толще волоса. Его же рука была изуродована безжалостно глубокими страшными следами порезов.

Она судорожно вдохнула воздух, но почти моментально совладала со своими эмоциями и улыбнулась зло.

 

Пишет Морайя.29.03.14

 

Роскошная карета с гербами, по-видимому, какого-то знатного рода Мира зеркал подъехала ко рву, окружающему Эйзоптрос и остановилась. Кучер, человек лет пятидесяти с седеющими бакенбардами, крикнул: «Мисс, мы приехали!» Открылась дверца кареты, и из неё на землю легко спрыгнула молодая девушка. Холодный, хлеставший по лицу ветер вперемешку с каплями дождя теребил и запутывал её волосы. Девушка была одета по-летнему: лёгкое белое платье, подол которого развевался и, не переставая, хлестал её по ногам, бусы из белого жемчуга и всевозможные цепочки с подвесками, с каждым новым порывом ветра отлетавшие назад, казалось, тянули её, прося вернуться туда, откуда приехала. Но девушка стояла и смотрела на эти величественно возвышающиеся стены нового для неё города, терпя боль от врезающихся в шею цепочек и бившихся о ноги нескольких слоёв белого шифона. Со стороны вся эта картина выглядела очень романтично и загадочно: огромные, неприступные стены, широкий ров, в котором вода волновалась, повинуясь воле ветра, кругом голая равнина, а недалеко ото рва стоит карета, на облучке которой сидит кучер и смотрит на девушку с поднятой вверх головой. Взгляд её был направлен на крыши возвышающихся над стенами, окружающими город, зданий и одновременно куда-то мимо них.

Кучер спустился с облучка и подошёл к девушке. Он снял свой сюртук и накинул его ей на плечи. Встав рядом с девушкой, кучер спросил: ”Как вы собираетесь попасть туда, мисс Стэнли?” Она выдержала паузу и с неожиданной непоколебимой уверенностью в голосе сказала: ”Они сами меня впустят”.  Мисс Стэнли подошла к самому краю рва и посмотрела в одно из зеркал, покрывающих крепостные стены.

Тут до неё долетел звук голоса начальника городской стражи. Он спрашивал, кто она и что здесь забыла. Девушка посмотрела на него, но ничего не ответила. Он повторил свой вопрос и пригрозился подослать к ней дозорных, если не дождётся ответа, но мисс Стэнли не сдвинулась с места и продолжала молча смотреть на стражника. В её глазах не было страха, они не просили жалостливо об услуге. Она смотрела на начальника городской стражи, но не видела его, её не интересовал этот напыщенный гордец. Казалось, девушка просто спокойно ждёт чего-то или кого-то, как пассажир ждёт поезда, который должен прибыть по расписанию в определённый час. И вот к ней на всех порах уже мчался всадник в чёрных доспехах. “Всего один?”- подумала она, но на лице её не отразилось удивление, оно оставалось серьёзным, а взгляд отражал непоколебимую самоуверенность. Подъехавший человек, встретившись с ней взглядом, опешил, и от неожиданности дёрнул за поводья своего коня так, что тот, заржав и поднявшись на дыбы, был вынужден резко остановится.

- Что Вы здесь делаете? Кто Вы? Посторонним не положено ошиваться возле крепостных стен.

-А я и не “ошиваюсь”, я просто жду, когда Вы пустите меня внутрь,- ответила Морайя (Морайя Стэнли, так звали эту загадочную блондинку).

-Хах! С чего же это, интересно, Вы решили, что мы должны впустить Вас? – с усмешкой произнёс дозорный.

Морайя улыбнулась ему. Она отдала сюртук кучеру и повернулась спиной к человеку в доспехах. Несколько секунд он сидел в замешательстве, не понимая, что происходит, и просто смотрел, что будет дальше. А девушка в это время собрала разлетающиеся волосы, перекинула их вперёд и оголила правое плечо. В этот момент глаза дозорного чуть не вылезли из орбит. На плече у девушки оказалась маленькая татуировка в виде пентаграммы.

- Я доложу начальнику, и для Вас, без сомнения, сейчас же опустят мост. Прошу прощения, если был груб с Вами,- с внезапным приливом желания услужить молодой мисс Стэнли почти отрапортовал юноша. Он на всех порах помчался к начальнику, и через несколько минут мост был уже поднят. Девушка быстро поправила платье и направилась к карете, в которой она и въехала в Эйзоптрос.

 

Пишет Алина. 30.03.14

Говорят, когда что-то уходит, появляется новое.

Но это неправда.

Зима закончилась незаметно. Снег растаял, День первых птиц миновал и теперь за окном целыми днями лил дождь.

Однажды проснувшись, Алина почувствовала, что земля вернулась под ноги и в мире есть другие цвета, кроме черного и белого.

Она смирилась с тем, что Ларс ее никогда не простит. Что надо жить без него, без ожиданий, иллюзий и вязания синих шарфов.

Ларс, больница, дом Ксанфа – все подернулось ряской, отошло в тень как наваждение, сон, бабушкина легенда на ночь.

Дождь все лил и лил.

Ей было грустно. Она пыталась уверить себя, что все закончилось, ушло, исчезло.

Но это была неправда.

В последних числах марта приехал Рейн. Он был весел и счастлив.

Алина мало говорила с ним и с Тиром. Сидела у себя в комнате, читала книги, смотрела в окно, пыталась что-то рисовать в альбоме.

А потом пришла в университет, забрала документы и сказала Тиру, что хочет уехать.

- Куда ты поедешь?

- В какой-нибудь маленький городок. Сниму там квартиру или комнату, я смогу это сделать, устроилась же я здесь как-то.

- Я не могу поехать с тобой, понимаешь, не могу бросить работу, - сокрушался Тир. – И я не хочу, чтобы ты ехала одна. Это неправильно и опасно.

- Ничего страшного, - она заглянула брату в глаза. – Я справлюсь сама, правда.

Тир встал из-за стола и ушел, ничего не ответив.

 

Вечером он вернулся с работы  мрачный.

- Представляешь, она бросила учебу, - усмехнулся Тир.

- Почему? – удивился Рейн, оторвавшись от какого-то письма. Встал из-за стола и пересел в кресло напротив Алины.

- Я не хочу быть врачом, - ответила она, нахмурившись. Ей не хотелось обсуждать все это при Рейне. – Не хочу учиться. И работать в больнице. Хочу только уехать.

- Зачем сразу уезжать? – Тир не мог сдаться так просто. - Можно заняться чем-нибудь другим.

- Я не люблю этот город. Зачем мне здесь оставаться?

- Куда ты хочешь уехать? – мягко спросил Рейн.

- Не знаю.

- У меня есть пустой домик, - он посмотрел на Алину тепло. – Недалеко от Низальских руин. Там горы, и только маленький городок в двух верстах.

- Там безопасно? – насторожился Тир.

- Да, и соседи отличные.

- Я бы не хотела тебя стеснять, Рейн.

- Я там не живу. Все больше в Аквилоне. Дом будет твой столько, сколько захочешь.

- Все равно неудобно.

- А воровать шоколад из-за ящика моего стола, пока я был в школе, было удобно? – улыбнулся он. Алина смутилась. – К тому же, разве у тебя есть другие варианты?

- Нет.

 

Рано утром Тир попрощался с сестрой и помог Рейну погрузить вещи в карету.

- Хоть ты мне и друг, но если с ней что-нибудь случится, я тебя убью.

- Я знаю.

 

- Все-таки если бы мы ехали верхом, было бы гораздо быстрее, - вздохнула Алина.

- Не говори так, будто убегаешь оттуда, - усмехнулся Рейн.

Алина бросила на него испепеляющий взгляд.

Отвернулась к окну.

- Рейн. Почему такое имя? Я помню, что родители тебя как-то по-другому называли. Алейо… Что-то похожее. Откуда Рейн?

- Это брат твой меня так называет.

- Почему?

- Дождь, - пожал плечами Рейн.

- Как же тебя на самом деле зовут?

- Неважно. Мне все равно, как ты меня называешь.

- Но мне не все равно.

- Не надо никого обманывать, Алин.

- Но…

Он посмотрел на нее с нежностью и грустью, заставив замолчать и отвернуться к окну.

 

Здесь было тепло. На деревьях появились крохотные листочки, горные реки вышли из берегов, и было страшно ехать через них по узким деревянным мостам.

Они въехали  в маленький городок, расположенный на западном склоне ущелья. Шпиль Ратуши виднелся из-за верхушек деревьев почти на самой вершине горы. Первые этажи домов были заняты всевозможными лавками, мастерскими, кафе.

- Летом здесь бывает очень много людей, - пояснил Рейн. – Они снимают дома в окрестностях или просто проезжают мимо. Но весной это самое лучшее место в мире.

- Ты часто здесь живешь весной?

- Да.

- Все-таки я тебя стесняю.

- Нет, стесняла ты меня, когда, поссорившись с Тиром, прибегала к нам домой, и я был вынужден спать на полу и смотреть, как ты пьешь чай из моей любимой кружки.

- Рейн…

- Нет. Не говори ничего. Не надо портить момент.

 

Домик стоял в трех верстах от городка. Карета подъехала прямо к крыльцу, Рейн помог ей выйти, показал дом, перенес вещи и уехал в город за продуктами на первое время.

Алина осмотрелась. Три небольшие комнаты, светлая кухня, большая терраса с видом на ущелье и реку, изумрудную от поросшего мхом дна.

Она провела пальцем по деревянной крышке обеденного стола – пыли не было. Окна после зимы были вымыты, занавески выстираны, ковры вычищены. На заднем дворике разбиты клумбы огненных тюльпанов и нежных нарциссов.

Рэйн вернулся через два часа, уже верхом. Привез продукты и готовую еду из кафе на ужин.

 

Они пили чай на террасе. Солнце медленно пряталось за горы, утопая в облаках и свете.

- Можно я сделаю тебе предложение? – Рейн улыбнулся мечтательно. – Ты мне все равно откажешь, зато у меня останутся хорошие воспоминания.

Алина улыбнулась.

- А если останутся плохие?

- Воспоминания с тобой не могут быть плохими.

- Я неудачница. Со мной не может быть связано ничего хорошего.

- Не говори глупости.

- Бросила универ, предавала друзей, работала на… - она запнулась.

- На ЦРУ? – закончил Рейн.

- Ты знаешь?

- Да.

 

Пишет Хаос Мира Зеркал. 30.03.14

Эцио

После того, как Эцио окончательно поправился, Армит дал указание отвезти его и его друга на берег. Капитан заметил заинтересованность корабельного медика в судьбе двух пацанов, поэтому сделано всё было быстро и в тайне от команды: ночью Эцио и Орсо разбудили, связали, закинули рты кляпами и забросили как кули с мукой в шлюпку, пришвартованную у борта.

В Форте Песчаный их уже ждали мавры-работорговцы. До утра ребят оставили в каменном мешке подполом одного из портовых домов, а уже в 6 утра их забросили в клетку и отвезли на рынок.

Денег за них дали немного: слишком истощенные для работы, слишком грязные – чтобы прислуживать в доме, слишком маленькие – чтобы пасти скот. Армит получил пару аргентов.

Купил их полный высокий мужчина, который говорил исключительно на мавританском, и детей не понимал совсем. Зато с видимым удовольствием наказывал их за любую оплошность.

Жить им предстояло в пристройке для рабов в большом доме с просторным внутренним двором и фонтаном. На первую неделю их обоих приковали тяжеленными кандалами к стене друг напротив друга. И если бы они встали и попытались приблизиться друг к другу, между ними всё равно оставалось бы ещё минимум два метра расстояния.

РЕШИМОСТЬ

 

Пишет Эцио. 05.04.14

Совместно с Хаосом Мира Зеркал

Ночи были холодными. Земляной пол, на котором сидели мальчики, к утру остывал  и становился ужасно влажным. Задолго до рассвета Эцио начинал ждать, пока первые лучи солнца сначала покажутся на горизонте, потом разбудят прислугу, которая начнет суетливо бегать по двору. И наконец,  доберутся до его ног.

Солнце стало его лучшим другом. Он был уверен только в нем: утром - восход, вечером–закат.

Даже Орсо стал каким-то чужим.

Они почти не разговаривали.

Все попытки Эцио найти выход заканчивались ссорой.

  - Нам нужен план, - почти шепотом сказал Эцио, - смотри, нам нужно специально…

- План, план! Сколько можно! – вдруг взорвался Орсо, - если подумать, я тут вообще не причем…!

- То есть я во всем виноват?!

- А кто же еще? Я не бил того в капюшоне. Я не вступал в бой с пятью здоровыми пиратами. Я не устраивал тайные посиделки с доктором Бэконом.

- Конечно! Ты молча сидел в углу, пока я хоть как-то пытался освободить нас!

- Да лучше бы не пытался!

- Почему?

- Если бы ты не напал на того в капюшоне, мы бы сейчас не были в кандалах хаос знает где, а пили бы чай в особняке с тетей Констой!

- Я тебя, увальня, защищал!

- Защитил! Просто потрясающе! Спасибо, тебе, Эцио. Ведешь себя, как выскочка!

- У тебя повышено стадное чувство.

- Серьезно?

- Ладно, хватит кричать, - резко сдался Эцио.

- Согласен, - Орсо последовал его примеру.

У них обоих была способность чувствовать меру в ссорах.

- Так что ты говорил насчет плана? –переспросил Орсо.

- Мы специально будем плохо работать, тогда ему будет выгодней продать нас.

- Или убить, - мрачно возразил Орсо.

- За нас заплачены деньги, а он слишком жадный.

- Продать? А если нас опять кто-нибудь «не такой» купит?

- Мы сбежим по дороге.

- Как?

- Подумаем. 

 

                                                                        ***                                                                                                                                 

Несколько дней их продержали взаперти. Кормили один раз. Вся еда - сухая лепёшка и кружка воды, пахнущая тиной тошнотворно. Однажды утром к ним вошел слуга, снял с них кандалы, но тут же нацепил другие, на ноги. Ходить в них можно было только малюсенькими шагами. Схватил за шиворот обоих и вытащил задыхающихся и сопротивляющихся из темницы во внутренний двор.

Перед ними стоял трехэтажный особняк розовых, бирюзовых, желтых тонов; вместо первого этажа – стенка из арок, на ночь закрывавшихся позолоченными коваными воротами, которые были, на данный момент, открыты. Дом был построен по принципу колодца.

Мальчики с мавром миновали одну из арок и оказались во внутреннем дворике, в центре его  стоял фонтан,  дно которого было покрыто морскими ракушками. Двор был посыпан красным песком.

Он протащил по лестнице на второй этаж, и они оказались на кухне.

Большая комната была полна людьми в белых фартуках. В воздухе витали ароматы мяса, свежей выпечки, каких-то пряностей и специй. От этого запаха у Эцио закружилась голова. Он глянул на Орсо, который смотрел по сторонам обезумевшими от голода глазами.

Перед мальчиками появился, держа в руках большую блестящую ложку, в которой Эцио увидел свое отражение,  крупный смуглый мужчина лет пятидесяти в белом фартуке и платке, завязанном на затылке. Он явно был здесь главный. Мавр гневно зыркнул на их конвоира и крикнул что-то грубое. Их страж попытался что-то сказать в оправдание, но главный по кухне замахал на него руками, и тот быстро ретировался, волоча мальчишек за собой.

Вскоре они оказались в хлеву, где им вручили вилы и знаками приказали вычистить коровник.

Резкая смена запахов и голод парализовали мозг и волю. Несколько секунд Эцио с Орсо стояли как вкопанные, но потом принялись за дело. Эцио постоянно забывал о кандалах, делал большой шаг и падал в вонючую жижу.

-Меня тошнит, - начал ныть Орсо.

-А мне нравится, - съязвил Эцио, в очередной раз рухнув на пол.

Так они проработали несколько часов, до самого вечера.

Вечером их конвоир отвёл их за пределы двора и окатил из ведра ледяной колодезной водой, чтобы отбить запах навоза. Потом привычным манером, за шиворот оттащил обоих в подвал, где их всё это время содержали.

На ужин был всё тот же сухой хлеб, но его было больше, можно было оставить на завтрак, а воды дали целый кувшин, и она была чистой.

 

Так прошло несколько дней.

Несмотря на тяжелую работу, мальчики чувствовали, что постепенно набираются сил.

Они поняли, что плохо работать не получится, это смертельно опасно.

Однажды, в разгар дня они услышали во дворе какую-то суету. А ближе к вечеру к хозяину приехали гости.

В стене коровника была огромная щель, сквозь которую Эцио видел,  как сначала хозяин обнимал каждого из гостей, потом они усаживались вокруг стола, долго ели меняющиеся без конца блюда, пили вино, и наконец,  когда стемнело и слуги принесли свечи,  уселись полукругом на подушках и стали смотреть на танцовщиц.

Под звуки странной музыки мальчиков привычно окатили ледяной водой и затолкали в подвал.

В нем было тихо.

 

Пишет Лека. 08.04.14

«Снова какой-то безумный проект?» - не оборачиваясь, спросил Анлаф.

Архитектор сглотнул нервно и прижал к груди свитки с чертежами.

«Время, мастер, - напомнил ему бургомистр через несколько мгновений, - ты тратишь моё время впустую».

Это прозвучало как угроза.

«Я… - архитектор вдохнул воздух шумно, чтобы насмелиться, - мне нужно помещение для архбюро. Я подумал, что город мог бы предоставить мне помещение на льготных условиях».

«Почему бы вдруг?» - удивился притворно Анлаф и обернулся.

«В качестве компенсации, - архитектор размотал шарф и дёрнул воротник в сторону, обнажив шею и плечо. Из-под ключицы торчало острие хрустальной пики.

«Ты думаешь, я не знаю, как это произошло? - ощерился хищно Анлаф, - серьёзно?»

«Ваши подрядчики напали на меня! – зло бросил в ответ архитектор, - думали, что я украл бриллианты из Лабиринта!»

«Почему бы вдруг?» - повторил с ядовитой усмешкой Анлаф.

«Потому что…» - архитектор закашлялся жестоко, так и не сумев закончить фразу.

«Что врачи говорят? - улыбка Анлафа стала ещё неприятнее, - жить будешь?»

«Буду, - побледнел архитектор, - но вытащить пику они не смогут».

«Думаю, что нам не стоит больше поднимать вопрос о том, кто напал на тебя и за что? – спросил Анлаф серьёзно, - правда?»

«Это Ваши люди! – упрямо повторил архитектор, - Вы должны мне компенсацию».

«Жадный, - поцокал языком неодобрительно бургомистр, - да ещё и тупой при этом. Совсем беда».

«Кто-то должен заплатить за то, что со мной произошло!» – возмутился архитектор.

«Ты жив, баран, - не выдержал Анлаф, - лучшего доказательства вины и придумать сложно. Неужели непонятно? Будь это мои люди, ты бы сдох давно от такого ранения. А ты здесь, живой и права качаешь. На твоём месте я бы вернул на место тому, кто распоряжается по своему усмотрению, то, что ты у него украл. Мало ли, что он ещё придумает, чтобы тебя вразумить».

«Вы ничего не понимаете, бургомистр, - продолжил упираться архитектор, - мне нужно здание».

«Театр «Этернити» подойдёт?» - вдруг согласился бургомистр.

«Да», - архитектор улыбнулся счастливо.

«Забирай», - щедро предложил Анлаф.

Как только двери за архитектором закрылись, герцог обернулся к зеркалу:

«Настолько хорош? - его забавляла ситуация, - как же сложно, наверное, держать себя в руках сейчас».

Зеркало промолчало.

«Отправлю его ломать мосты над городом, - задумчиво проговорил бургомистр, глядя на собственное отражение, - пока он не закончил то, ради чего Вы ещё держите его на этом свете».

И вновь молчание было ему ответом.

 

Пишет Хаос Мира Зеркал.10.04.14

Эцио

ПРОСТОДУШИЕ меняется на ЛЕНЬ

 

Пишет Сильвия.12.04.14

Совместно с ЛХ и Ксанфом

 

Пока Сильвия шла по узкой тропинке, ведущей к дому, в ее голове была лишь одна мысль: только бы Кристобаль еще не вернулся домой. Вряд ли после утреннего разговора  ему понравится то, что Кристиан проводил ее до дома. Но она все-таки надеялась, что в сгущающихся сумерках сложно было рассмотреть лицо человека, любезно предложившего отвезти ее домой.

Дверь была заперта; Сильвия открыла ее своим ключом и вошла в темный коридор. Света нигде не было.

- Кристо, ты дома? – громко произнесла она.

Ей никто не ответил. Сильвия поднялась наверх, переоделась, спрятала платье Виолетты подальше в шкаф, чтобы Кристобаль его не заметил, и затем начала заниматься своими домашними делами.

 

Кристобаль появился через полчаса.

- Сильви, ты дома?

- Да, дома, - ответила она.

- Я устал, - Кристобаль пытался по её тону понять, в каком она настроении, - пойду умоюсь. Есть что-нибудь поесть?

- Конечно, - Сильвия вышла из комнаты. - Еда еще горячая, я только что приготовила.

Она пошла на кухню, чтобы накрыть стол.

Кристобаль внимательно наблюдал за женой, пока она ставила приборы, бокалы для вина, нарезала хлеб.

- Как твой день прошёл?

- Не могу сказать, что плохо, но и хорошего было мало. Лучше скажи, как твои дела? У тебя уставший вид.

- У меня всё хорошо, - Кристобаль налил себе вина.

- Мне кажется, ты слишком много работаешь. Сам же говорил, что устал, - Сильвия поставила на стол салат и картофельное пюре.

- Ты работаешь не меньше, дорогая, - заметил холодно Кристобаль, - не щадишь себя настолько, что обсуждаешь проекты на дому у клиентов.

- Но это обычная практика в нашей среде. На месте обсуждать детали интерьера... Подожди, - Сильвия резко повернулась к Кристобалю, - я что-то не помню, чтобы когда-нибудь говорила тебе об этом, - она выжидательно смотрела на мужа.

- Ты сказала, что хотела бы больше узнать о своём заказчике. Я следил сегодня весь день за ним, - Кристобаль сжал вилку так, что она грозила согнуться пополам, - и за тобой… как выяснилось. Где твоё платье, Сильви?

- Кристо, я тебя прошу, успокойся. Ты все неправильно понял, это платье его сестры. Я своё испачкала, и она дала мне это.

- Я спокоен, - ответил Гато, - разве ты не видишь? Я просто пытаюсь понять, почему ты, испачкав платье, решила переодеться в предложенное тебе чужим человеком, вместо того, чтобы вернуться домой сразу? И к твоему сведению, Герцог – единственный ребёнок в семье. У него нет сестры.

- Что? - переспросила Сильвия. - Он сам представил мне Виолетту как свою сестру. Какой смысл ему мне врать?

- Ты не ответила на мой вопрос, Сильвия, - строго остановил её супруг.

- На какой вопрос? Про платье? - не выдержала Сильвия. - Да самая обычная ситуация: на моем платье было большое пятно, и Виолетта предложила мне переодеться в ее платье. Не волнуйся, я завтра же его ей верну. А теперь ты ответь на мой вопрос, пожалуйста!

- И часто ты переодеваешься в домах клиентов в их одежду, Сильвия? – нахмурился Кристобаль.

- Нет, это был первый раз. Может быть, прекратишь задавать эти глупые, не относящиеся к делу и порожденные ревностью вопросы и начнешь отвечать на мои?! - с каждым словом голос Сильвии повышался. Сказав это, она, не дождавшись ответа, выбежала из комнаты.

Кристобаль резко встал из-за стола, бросил салфетку в тарелку так, что еда разлетелась по столу, забрал бутылку, бокал и вышел из дома, громко хлопнув дверью.

Сильвия слышала, как он ушел. Сейчас, сидя на диване в гостиной, она не могла сдержать слез: откуда взялась его ревность, это внимание к ничего не значащим мелочам. Время от времени она припоминала слова Кристобаля о том, что у герцога нет никакой сестры, но тут же отгоняла от себя эти мысли. Должно быть, он ошибся... Зачем Кристиану придумывать себе сестру и разыгрывать этот спектакль перед Сильвией?

Кристобаль сел прямо на траву перед домом и, отставив бокал в сторону, сделал несколько больших глотков прямо из горлышка бутылки.

«Она ходила с ним на каток, - друзья из ратуши с радостной готовностью, перебивая друг друга, спешили поделиться с ним увиденным некоторое время назад, - сидела в ресторане. Мой брат работает в том ресторане официантом, клянётся, что этот хлыщ ей бриллиант подарил с куриное яйцо».

Он вспомнил, как она улыбалась, когда заходила в дом герцога, как сияли её глаза потом, когда в новом платье, усыпанном блестящими камнями, садилась с ним в карету.

И эта ложь про сестру…

Кристобаль швырнул пустую бутылку в кусты.

Сильвия еще долго сидела в гостиной, разрываясь между желанием броситься искать Кристобаля и собственной злостью на его непонимание. Она не знала, что он рядом, сидит около дома.

Наконец она решила выйти на свежий воздух, чтобы легче было собраться с мыслями. В темноте она увидела фигуру мужа.

- Кристо, извини меня, я не хотела, чтобы все так закончилось.

- Я не знаю, что с этим делать, - язык у него едва ворочался, - ерунда какая-то.

- Скажи, ты узнал что-то нехорошее про герцога, - Сильвия села с ним рядом. Только сейчас она поняла, что ее муж пьян. - Иначе мне не понятно, почему ты задаешь мне такие вопросы.

- Я хочу спать, - он упал на траву и тут же захрапел.

- Прекрасное решение всех проблем, - пробормотала про себя Сильвия.

Несмотря на раннюю весну и теплую погоду, ночи были еще холодными, и Кристобаля нельзя было оставлять на улице. Сильвия попыталась поднять его и отнести в дом, но это было нереально - он был слишком тяжелый. В результате она оставила мужа спать на улице под навесом крыльца, накрыла его теплым одеялом, а сама ушла спать в дом.

Кристобаль проснулся утром от холода и сырости. Ночью выпал снег, который к утру растаял в небольшую лужу. Гато закашлялся жестоко.

Сильвия только что проснулась и сразу же услышала как кто-то кашляет внизу. Она бросилась к окну и пришла в ужас от того, что сделала: на улице было сыро, а ее муж лежал в луже воды. Накинув на себя пальто, Сильвия кинулась вниз и выбежала на улицу к Кристобалю. Вид у него был очень болезненный.

- Кристо, мрак... Поднимайся скорее. Тебе плохо? Как ты себя чувствуешь?

Гато пробормотал что-то невнятное. Ему едва удалось подняться на ноги. Сильвия с трудом смогла затащить его сначала на крыльцо, а потом в прихожую, где он упал в кресло и больше не поднимался.

- Кристо, скажи хоть что-нибудь. Что у тебя болит?

Но Гато не отвечал. Дыхание его было тяжёлым, со свистом и хрипами.

Сильвия поняла, что он мог серьезно простудиться. Она накрыла его еще одним теплым одеялом, а сама пошла за врачом.

В городской больнице Сильвия обратилась к первому же врачу:

- Здравствуйте, доктор. Скажите, вы можете сейчас принять пациента на дому? Мой муж всю ночь провел на улице, он был пьян... Сейчас ему очень плохо, я боюсь, он очень сильно простудился.

- Конечно, - Ксанф кивнул рассеянно. Он уже закончил прием и собирался отправляться домой, когда в кабинет зашла эта девушка. Быстро одевшись, он взял со стола свою медицинскую сумку и последовал за незнакомкой.

Сильвия приказала ожидавшему их кучеру ехать обратно как можно быстрее, и спустя десять минут они уже были около дома. Сильвия открыла дверь и пропустила вперед доктора.

- Пожалуйста, проходите. Он лежит на кресле в прихожей, я не смогла его дотащить до кровати.

Ксанф нахмурился на мгновение.

Мужчина, кажется, был без сознания и тяжело дышал.

- Как зовут Вашего супруга? - спросил доктор, считая пульс пациента и определяя температуру.

- Кристобаль Рейес, - ответила Сильвия. - Скажите, он серьезно болен? Что с ним?

- Кристобаль? - Ксанф несколько секунд разглядывал пациента, потом перевел взгляд на девушку. - Мне нужно его осмотреть, только потом я смогу сказать что-то конкретное. Боюсь, Вам придется помочь мне перенести его на кровать.

- Конечно. Мы можем перенести его в гостиную, там большой диван.

Сильвия помогла доктору поднять Кристобаля с кресла и перенести в другую комнату. Затем Ксанф попросил Сильвию принести таз с водой и полотенца, а сам тем временем осмотрел больного.

- Сколько времени он провел на улице? - Ксанф убрал в чемодан слуховую трубу и повернулся к девушке.

- Всю ночь, - почти сразу ответила Сильвия.

- Простите за вопрос, часто такое бывает?

- Нет, он не пьяница, - поспешила заверить доктора Сильвия. - Это первый раз. Мы вчера поссорились, понимаете....

- Понимаю, - кивнул доктор. - У Вашего супруга воспаление легких, и состояние достаточно тяжелое. Ему необходим постоянный уход, тщательное выполнение рекомендаций. Справитесь?

- Конечно, что мне надо делать? - Сильвия не на шутку испугалась за мужа. Если бы она попыталась затащить его хотя бы в прихожую, этого могло бы не быть...

- Я буду приходить дважды в день и оставлю Вам адрес, по которому Вы всегда сможете меня найти в любое время. Также напишу все рецепты, по ним в аптеке Вам приготовят мази и микстуры. Распишу  - как и что принимать. Температуру будете снимать спиртовыми и водными компрессами, а пока я сделаю укол.

- Хорошо, делайте все, что считаете нужным.

- Прости меня за тангоры, - вдруг в горячечном бреду пробормотал Гато, - прости...

- Что? - переспросила Сильвия. - Какие еще тангоры? - она поняла, что он бредит.

- Это все температура, - тихо заметил Ксанф. - После укола ему сейчас станет лучше.

Доктор быстро ввел лекарство, затем показал Сильвии, как нужно правильно смачивать и менять полотенца. Они вместе принесли теплые одеяла для Кристобаля, и Ксанф помог переодеть пациента, а затем развел огонь в камине.

- Вот так-то лучше.

- Спасибо огромное, доктор... извините, в этой суете я забыла спросить как вас зовут? - Сильвии было очень неловко. Молодой человек действительно очень помог ей.

- Ксанф, - он улыбнулся тепло. - Меня зовут доктор Ксанф.

- Спасибо, доктор Ксанф. Даже не знаю, как отблагодарить вас за помощь и заботу о моем муже. Не хотите чай или кофе с домашним пирогом?

- С удовольствием! Если это не доставит Вам много хлопот, конечно, - ответил Ксанф.

- Нисколько! - Сильвия ушла на кухню и вернулась через минуту с подносом, на котором стояли две чашки горячего чая и восхитительный яблочный пирог. - Пожалуйста, угощайтесь! Вы ведь собирались уже домой уходить, когда я вас застала в больнице. Наверняка проголодались после дежурства.

- Спасибо! -доктор дождался, когда Сильвия присела и разрезала пирог, затем с видимым удовольствием расположился в кресле рядом.

- Как долго он будет в таком состоянии? - Сильвия положила по кусочку пирога себе и Ксанфу. Кристобаль все так же неподвижно лежал на диване.

- Не хочу Вас пугать, но, думаю, кризис будет сегодня ночью, - Ксанф внимательно посмотрел на пациента. - Лекарство сейчас подействует, и ему станет лучше, но не уверен, что надолго. Состояние серьезное.

- Если ему станет хуже, что мне делать? Сразу послать за вами?

- Да. И вечером я приду в любом случае, как уже сказал. Но если ему станет хуже, не стесняясь присылайте за мной в любое время.

- Спасибо вам огромное, Ксанф. Вы с таким вниманием и заботой относитесь к своим пациентам.

- Пока что не за что.

Доктор поблагодарил за чай и угощение и снова вернулся к постели больного. Дыхание мужчины стало заметно ровнее и не таким частым, температура спадала.

- Кристобаль, Вы слышите меня? - позвал Ксанф

- Да, - Гато открыл глаза, - мне нехорошо.

- Чем именно?

- Дышать тяжело, Тьерри, - тихо ответил Гато, - зачем только в Алму поехали...

- Кристо, здесь нет Тьерри, - произнесла Сильвия. - И вы не ездили в Алму.

- Кристобаль, посмотрите на меня, - Ксанф потряс его за плечо. - Вы помните, как меня зовут?

- Если бы не она, я был бы свободен, - Гато вдохнул с трудом.

- Он бредит, доктор, - уверенно произнесла Сильвия. А в душе у нее тем временем все оборвалось: если он говорит о ней, то что все это значит...

- К сожалению, - Ксанф с тревогой посмотрел на Сильвию и снова принялся что-то искать в своем чемоданчике.

- Завтра надо обязательно быть у его дома, - Гато закрыл глаза, продолжая лихорадочно шептать, - слышишь, Тьерри. Я хочу вызвать его... Он не смеет...

Сильвия села рядом с Кристобалем и поправила одеяло, про себя надеясь, что сейчас он скажет что-нибудь, пусть даже в бреду, что расставит все на свои места.

- Тшшшшш, Кристобаль, - доктор повернулся к пациенту. - Это я, доктор Ксанф, помните меня? - спросил он громче прежнего.

- Доктор, - Гато посмотрел на него, - почему Вы здесь?

- Вы серьезно заболели, Кристо, и я хочу Вам помочь. Доверитесь мне? - Ксанф  кивнул Сильвии, чтобы та посмотрела за мужем, если он вдруг в своем бессознательном состоянии сможет повредить себе как-то, и принялся готовить новый раствор для введения.

- Надеюсь, что это снизит температуру и поможет ему уснуть, - объяснил девушке свои действия Ксанф.

- Понятно, - кивнула Сильвия.

- Хаосов прихвостень! - Гато попытался подняться и дать доктору оплеуху.

Ксанф бросился на помощь Сильвии, которая явно не в состоянии была удержать мужа.

- Успокойтесь, Кристобаль!

- Сильви, - он наклонился к ней, пытаясь освободиться из хватки доктора, чтобы обнять её, - милая моя девочка...

- Сильвия, возьмите со столика шприц с лекарством и давайте его сюда, - Ксанф все еще удерживал сопротивляющегося  Кристобаля.

Сильвия схватила шприц и передала его Ксанфу. Все произошло так быстро, что она до сих пор пребывала в растерянности.

- Вам придется помочь мне: подержать его руки, чтобы я смог сделать укол.

- Хорошо, - Сильвия взяла Кристобаля за руки так, как ей показал Ксанф.

- Не надо, пожалуйста, - вдруг взмолился Гато, - пожалуйста.

Доктор остановился на секунду и вопросительно посмотрел на девушку.

- Кристо, тебе станет легче, - она попыталась убедить его.

- Пожалуйста, не надо, - по его щекам текли слёзы.

- Мне кажется, он опять в бреду, доктор.

- Смерти, милорд, смерти! Молю! - вдруг выкрикнул Гато зеркалу на стене напротив.

Ксанф кивнул, глядя на Сильвию, и решительно закатал рукав рубашки Гато.

- Он успокоится и уснет. Это все из-за температуры, - негромко произнес Ксанф и быстро сделал укол пациенту. Но тут же, словно испугавшись последних слов Кристобаля, он обернулся к зеркалу.

- Его слова нельзя воспринимать всерьез, он же болен, - попыталась успокоить его Сильвия.

- Да, Вы правы,  - доктор отложил шприц и, удерживая согнутой в локте руку Кристобаля, легко похлопал его по плечу. - Все будет хорошо.

- Не будет, - покачал обречённо головой Гато.

Гато обмяк в их руках, его клонило в сон, но он продолжал попытки сопротивляться, как будто боялся, что если уснёт, то не проснётся уже никогда.

Ксанф уложил его аккуратно, поудобнее подоткнув под спину подушку, затем посмотрел на бледное лицо Сильвии.

- Если хотите, я останусь у Вас до утра, и мы посидим с ним вместе.

- Я не могу так злоупотреблять вашей добротой и отзывчивостью, - ответила Сильвия. - Вам самому надо отдохнуть. Я думаю, что справлюсь.

Доктор прищурился и помолчал некоторое время.

- Сильвия... Я понимаю, что принять данный факт Вам сейчас непросто, и мой вопрос может показаться грубым, но Вы понимаете, что Ваш муж может умереть?

- Я... простите, но у меня голова идет кругом. Судя по вашим словам, я поняла, что он не настолько сильно болен, - она присела на диван, взгляд ее был отсутствующим. - Конечно, оставайтесь.

Она вновь погрузилась в свои мысли. Ксанф обошел диван и присел перед девушкой на корточки.

- Кристобаль серьезно болен, - он взял Сильвию за руку. - Я ввел ему все необходимые лекарства, и теперь нам остается ждать. Но никакого прогноза сейчас я дать не могу. И, к сожалению, обнадежить Вас тоже не могу.

- Я понимаю, - Сильвия с трудом сдерживала слезы. - Это я во всем виновата, - не выдержала она и закрыла лицо руками.

- Ну что Вы! -он погладил ее по плечу. - Как Вы можете быть виноваты?

- Надо было любым способом перенести его в дом, позвать соседей на помощь, - Сильвия тыльной стороной руки вытерла подступающие слезы. - А я испугалась сплетен. Понадеялась, что ночи сейчас теплые, - она взяла Кристобаля за руку.

Доктор не нашел, что ответить.

Сильвия наклонилась над мужем и поцеловала его горячие губы.

- Прости меня за все, Кристо, - прошептала она.

Ксанф отступил к окну.

Сильвия провела рукой по его мягким волосам.

- Я люблю тебя, - она обняла его крепко-крепко.

- Сильви, - он вздохнул и открыл  глаза.

- Прости, прости, прости меня, - Сильвия не могла сдержать радости от того, что он очнулся. Она еще крепче обняла его и поцеловала.

Он обнял её в ответ:

- Это ты меня прости, милая.

Доктор подошел ближе.

- Как Вы себя чувствуете, Кристобаль?

- Отвратительно, сказать начистоту, - Гато закашлялся жестоко. Сильвия болезненно сжалась.

- Вы помните, что с Вами случилось?

- Заболел?

- У Вас воспаление легких. Можете вспомнить, как меня зовут? - не отставал с вопросами доктор.

- Разве вы были знакомы раньше? - Сильвия только теперь вспомнила, что доктор уже задавал Кристобалю подобный вопрос.

- Ксанф, по-моему, - ответил не очень уверенно Гато, погладив Сильвию по плечу: он видел, что она расстроена и напугана, и ему очень хотелось защитить её и утешить.

- Все верно, - улыбнулся доктор. - Мы познакомились с Вашим супругом, еще когда я только приехал в город. И, страшно сказать, лечил лошадей!

- Ого, столько времени прошло, а вы все равно друг друга узнали, - удивилась Сильвия.

- Мы несколько раз встречались, - вступил в разговор Гато, - на балу у Лорда Хаоса, например.

- Там все были, - задумчиво произнесла Сильвия. - Не надо, Кристо, не отвечай больше на мои вопросы. Ты слишком слаб.

- Да, мы нечасто с тех пор встречались, так что меня радует Ваша память, Кристобаль, и то, что к Вам в полной мере вернулось сознание. С этого момента назначаю Вам полный покой, микстуры и заботу супруги. И постарайтесь нас больше так не пугать!

- Ты позаботишься обо мне? - Гато погладил Сильвию по волосам с нежностью.

- Конечно, - произнесла она. - А теперь отдыхай. Я не хочу, чтобы тебе опять стало хуже.

- Не уходи, пожалуйста, - он взял её за руку.

- Я здесь, я никуда не собираюсь уходить.

- Хорошо, - Гато успокоился.

- Вам действительно лучше поспать. А мы с Сильвией побудем здесь.

- Да, я все время буду рядом, - успокоила мужа Сильвия.

- Прости, что расстроил тебя, - Гато закашлялся вновь.

Ксанф снова достал трубку, чтобы снова выслушать дыхание пациента: все оставалось без изменений.

- Все, больше ни слова, - произнесла Сильвия. - Тебе нужен отдых.

Она положила ему под голову еще одну подушку и поправила одеяло.

- Постарайся заснуть.

 

Пишет Алина. 13.04.14

Рейн уехал сразу после ужина.

Алине показалось, что она осталась одна в целом мире.

Мыслей не было. Никакой вины, никаких воспоминаний, сожалений, желаний, прошлого, будущего, ничего, никого.

 

 

На следующее утро к ней пришли соседи. Женщина с мягкой улыбкой и девочка с пытливым взглядом. Принесли пирог с яблоками и бананами.

- Рейн попросил, чтобы мы позаботились о его сестре, - улыбнулась женщина. Алина едва скрыла удивление. – Меня зовут Матильда. Это моя дочь, Сибилла.

- А вы не умеете шить? – спросила вдруг девочка.

- Сибилла, ну что ты, - смутилась женщина. – Простите, она просто мечтает о платье.

- О платье? – переспросила Алина. - О каком?

- О настоящем, бальном, - ответила девочка. – Как у герцогини из сказки.

 

Через несколько дней Алина пригласила Сибиллу в гости.

- Смотри-ка, что я купила, - она провела девочку в кабинет и сдернула покрывало с какого-то предмета странной формы, стоявшего на столе.

- Что это? – девочка подошла ближе.

- Швейная машинка. Мы сошьем тебе платье. Как у герцогини из сказки.

- Правда? – глаза девочки засветились счастливо. – Золотое? Как солнце?

- Конечно, какое захочешь! Ну-ка, становись на столик, будем снимать мерки.

 

Рейн натянул на себя мундир цвета эйзоптросского неба, выпил чашечку кофе и вышел из дома. Часы Башни пробили семь раз, было холодное апрельское утро.

Он дошел до казарм на севере города, миновал лабиринт коридоров и лестниц и открыл дверь архива. Никого еще не было.

День обещал быть долгим, полным самых разных бумаг и отчетов.

 

В архив вошел Хоод.

Рейн откинулся на спинку стула и пронаблюдал, как Ларс сел за стол напротив и склонился над  бумагами. 

Рейн почувствовал во рту металлический привкус, его накрыл приступ ненависти и зависти, точно так же, как в тот раз, когда он стал случайным свидетелем разговора Тира с Алиной. И хотя это было год назад, те слова по-прежнему звенели в его голове.

«Твой Хоод – негодяй», - голос Тира из-за закрытых дверей.

И алинин: «Я люблю его».

Рейн скомкал испорченный лист бумаги и бросил его в урну.

- Ужасная погода, - он посмотрел на Хоода, который никак не отреагировал на эти слова и продолжил. – А под Низалем настоящая весна, - Рейн встал, нарочито громко задвинул стул и поставил толстую папку бумаг обратно на полку. - Лучшее место для влюбленных в негодяев упрямых сестер, - добавил он, хмыкнув.

Хоод проигнорировал его.

Рейн чувствовал, что надо остановиться, но в то же время он жаждал получить хоть какой-то ответ от Хоода.

- Эй, Ларс, - он подошел ближе, - я слышал, ты мастер клеить хорошеньких стукачек. Много их у тебя?

Хоод перестал работать.

Медленно встал, подошёл к Рейну и, не говоря ни слова, дал ему под дых.

Рейн согнулся пополам, задохнувшись.

- Что ты знаешь о ней? Я учил ее ходить и читать, а что сделал ты? Что знаешь ты? - говорил он, обманчиво медленно выпрямляясь. - Ты должен был подохнуть в больнице, - он вдруг резко развернулся и ударил его апперкотом в челюсть.

Хоод вовремя отшатнулся назад, что помогло ему уменьшить ущерб от удара, но искры из глаз у него посыпались.

Тряхнув головой, он набрал в легкие воздуха и завопил:

- Убивают, помогите!!!

На его крик прибежали дежурные, как только они открыли дверь, Хоод упал на пол без чувств.

- Что здесь происходит? - один дежурный бросился к Ларсу, чтобы проверить, жив ли он, второй - к Рейну, чтобы его нейтрализовать.

- Ты еще и трус, - сплюнул Рейн, вырвавшись из рук дежурного, - все в порядке. Я в норме, - поправил мундир и, взяв со стола свои бумаги, вышел из архива.

Его догнали, ударили по голове сзади и связали.

Очнувшись в изоляторе, Рейн стал проклинать себя за несдержанность, надеясь лишь на то, что Хоод не понял его фразу про Низаль.

Рейн ударил кулаком по стене в бессилии.

- Идиот.

 

Пишет Ксанф.29.05.14

Он увидел ее издалека и сразу заторопился. Она не уходила никуда, но Ксанф старался не спускать с нее глаз, чтобы не потерять из виду.  И только оказавшись уже в десятке шагов от Никты, вдруг затормозил. Девушка не заметила его, и он смог украсть несколько секунд, чтобы полюбоваться ею.

- Привет, - негромко сказал он.

- Привет, - она медленно обернулась.

- Как дела?

- Хорошо, спасибо, - она чуть потянулась, лениво и опасно, как пантера, - как ты?

- Да вроде ничего. А что ты тут делаешь? - он подошел ближе.

- Наблюдаю, - она выплюнула очередное гранатовое зёрнышко вниз, - скоро мостов над городом не будет. Надо запомнить каждую улицу в деталях.

- Почему не будет? - удивился доктор и тоже посмотрел вниз.

- Бургомистр так решил, - хмыкнула презрительно Никта, - а если судить по скорости, с которой он восстановил Лабиринт, от мостов он избавит город большее за месяц. Если кто-то не избавит город от него до этого, конечно.

- Интересно. А он как-то это решение объясняет? Про мосты.

- Этот, как и предыдущий, не считает нужным кому-то что-то объяснять.

- Побудем здесь немного? - предложил Ксанф, отметив про себя отличное настроение Никты.

- Да.

 

- А от меня Ларс съехал, - они стояли, облокотившись о перила.

- Что так?

- С Алиной повздорил, вот и ушел. В Новый год прямо.

- Ну и хорошо.

- Ну...как сказать, - улыбнулся Ксанф. - С ними не соскучиться было!

- Он странный... - задумчиво сказала Никта.

- Ему просто нужна поддержка, мне кажется. Он как человек, который потерял твердое под ногами, и теперь не может понять как ходить. Хотя, может я и ошибаюсь.

- Если бы из тебя Лорд Хаос сделал себе костюм, ты бы тоже твёрдое под ногами потерял, - хмыкнула бессердечно Никта.

Ксанф повернулся и посмотрел на девушку.

- Не исключено, - ему вспомнился бал. - Тогда плохо, что он ушел. И плохо, что я не постарался помочь ему. Многие его поступки и слова теперь понятнее.

- Не везёт парню, - Никта покачала головой, - всё время не в то время не в том месте оказывается.

- Как думаешь, ему можно помочь?

- Хаос знает, - пожала плечами девушка.

- Ну, может быть, мы что-нибудь придумаем? А Алина, она знает?

- О чём?

- Что у Ларса непростой анамнез, - попытался объяснить Ксанф. - Я б на месте Ларса не хотел бы, чтобы кто-то знал.

- Значит, он не сказал ей, - безразлично констатировала Никта.

- Почему - значит?

- Ну раз ты бы на его месте не рассказал никому.

- Нет, не так поняла. Я бы не хотел, чтобы кто-то знал и начал жалеть. Алина бы жалела. Думаю, поэтому он не стал бы рассказывать. А ты считаешь, что мы с Ларсом похожи? – он с интересом посмотрел на девушку.

- Нет, - Никта удивилась, - совсем не похожи.

- Хорошо, - улыбнулся Ксанф. - Тебе бы я рассказал.

- Правда? - ещё больше удивилась она.

- Правда.

- Спасибо, - она мельком бросила взгляд на свои руки, но Ксанф заметил.

- Как ты сама?

- Хорошо, - она посмотрела вверх, сладко зажмурившись от по-весеннему ярких солнечных лучей.

Ксанф засмеялся тихонько, глядя на нее.

- Я тоже хочу так греться!

- Как? - она встрепенулась, будто только поняла, что утратила контроль над происходящим вокруг на миг.

- От солнца. Смотреть на него почаще.

- Смотри.

- Я и смотрю, - не отводя от Никты взгляда, ответил Ксанф. - Греюсь.

- Глупый, - смутилась Никта, поняв, к чему он клонит.

- Зато счастливый. И очень бы хотел сделать счастливым еще одного человека. Если она позволит, конечно.

- Спасибо за то, что спас Ричарда, - вдруг сказала она.

Ксанф вздрогнул.

- Пожалуйста. Только я не спасал его. Он попросил помочь - я попытался сделать все, что смог.

- Я знаю, - кивнула она, - но только ты его правда спас.

- Чем?

- Он сказал, что если бы не ты, но разбил бы зеркало.

Ксанф с удивлением посмотрел на Никту.

- Думаешь?

- Знаю.

- Я рад тогда, если сумел удержать вовремя, - пожал он плечами.

- Да. Я тоже рада.

- Прости меня, - Ксанф не отпустил никтин взгляд.

Её ресницы дрогнули.

- Даже боюсь спросить, за что.

- Я авансом, - улыбнулся обезоруживающе Ксанф. - Как выяснилось в последнее время, у меня просто талант тебя обижать случайно и на пустом месте.

- Ну уж нет, - возмутилась Никта притворно, - никаких авансов.

- Тогда, может быть, ты согласишься завтра вечером погулять со мной по городу?

- При одном условии, - осторожно ответила Никта.

- Каком?

- Мы не будем ничего обсуждать. Ни дела, ни проблемы, - сказала Никта, - будем просто наслаждаться прогулкой.

Ксанф улыбнулся широко.

- Договорились.

 

Пишет Алина.03.05.2014

Алина убрала последнюю булавку с пышной юбки из канидского шелка и отошла на несколько шагов назад.

- Мне кажется, - она чуть наклонила голову набок, рассматривая платье критично. – Слишком много бантов и лент.

- Вы думаете? – клиентка несколько раз повернулась перед высоким зеркалом. – Ах, а мне так нравился этот фасон!

- Он Вас полнит, - добавила Алина безжалостно. – Давайте я уберу все прямо сейчас. Можете даже не снимать его.

Женщина поджала губы, не решаясь на какой-либо ответ.

Алина молча подошла и отрезала все рюши и банты, обернула талию клиентки мягким темно-синим шелком, заколов сзади.

- Да, так лучше! – засияла женщина. – Давайте так оставим!

- Хорошо, - кивнула Алина. – Мне нужно немного времени, чтобы закончить, можете забрать его завтра.

- Сколько будет стоить?

- Вместе с материалами семь аргентов.

- Так дешево! В столице это бы обошлось в два раза дороже. Почему Вы не хотите работать в Эйзоптросе?

- Мне там не климат.

- Жаль. У Вас было бы столько клиентов.

Алина улыбнулась вежливо.

- Просто у нас с Вами совпали вкусы.

 

Прошло несколько месяцев с тех пор, как она приехала в этот маленький городок у самого истока реки Икстлы. Платье, сшитое Сибилле, так понравилось Матильде, что она попросила Алину сшить и ей. Постепенно об алинином хобби узнали все соседи, и некоторые были готовы даже платить за него.

Она переоборудовала самую большую комнату в мастерскую, накупила булавок, иголок, ножниц и мелков. Подружилась с хозяйкой лавки, где продавались ткани, и за небольшую доплату та заказывала у проезжих торговцев заморский атлас и тонкий невесомый  лен.

Алина испытывала почти счастье, наблюдая, как отрез ткани оживает в ее руках, как шелковые ленты послушно ложатся в нужный узор, как воздушный крепдешин струится строго по рисунку вниз.

Наступил май, городок наполнялся приезжими. Все дома в окрестностях были сданы в аренду, галерея источников, что находилась в миле от города, была полна людей, по главной улице непрерывно ехали  экипажи, повозки, коляски.

И приближался ежегодный Летний бал.

Заказов стало так много, что справиться с ними одной было уже невозможно. К счастью, найти помощников оказалось не очень сложно: соседки охотно предлагали свою помощь за скромное вознаграждение. Для них это было что-то вроде клуба или воскресного чаепития, где можно обсудить жизнь, нравы столичных отдыхающих  и пережаренную невесткой рыбу.

 

Говорили, что платья не похожи на другие неожиданным и гармоничным сочетанием цветов. Что ткани, которые выбирает швея, на редкость мягкие, что нет двух одинаковых эскизов,  что платья пошиты точно и аккуратно и что они роскошны отсутствием роскоши.

Шкатулочка в спальне пополнялась монетками ежедневно.

Дом Рейна постепенно превратился в место, где можно было не только заказать себе наряд, но и встретиться с подругой, попить чаю с банановым печеньем, обсудить господина в шляпе с зелеными перьями.

Однажды вечером, закрыв дверь за последней клиенткой, Алина окинула взглядом комнату, которая когда-то была гостиной.

Нужно было срочно спасать дом Рейна от этого чересчур милого мира.

Она прошла в спальню и пересчитала монетки в шкатулке. Добавила к ним все деньги, которые дал ей с собой Тир, и уже через неделю на главной улице открылось небольшое ателье.

«Пуговица».

 

Пишет Хаос Мира Зеркал. 04.05.14

Алина

НЕВЕРИЕ

 

Пишет Эцио.04.05.14

Так прошло несколько недель. Эцио с Орсо почти привыкли к жизни у мавров.

Они даже стали немного понимать их язык, благодаря чему подзатыльников стало меньше.

Они привыкли к голоду и не реагировали на запахи с кухни, но ароматы, которые доносились оттуда в последние дни, говорили о том, что в доме готовятся к большому празднику.

В это утро их привычно разбудил крик мавра, который повел их в коровник.

-Ну и где твои гениальные планы? – спросил Орсо, дождавшись, когда дверь за мавром закроется.

- Я не знаю, - равнодушно ответил Эцио.

- Жаль. А вот я кое-что придумал, - Орсо подошел ближе к другу и стал что-то шептать ему на ухо.

- С чего ты взял?- отмахнулся Эцио. – Хочешь сказать, что ты до такой степени понимаешь язык мавров?

- Думай, как хочешь,- Орсо отошел в сторону и взялся за вилы, зацепил ими немного сена и бросил на голову Эцио. – Давай работать.

Эцио тряхнул головой и бросил сено в лицо Орсо.

- Думаешь, если мы сейчас поубиваем друг друга, это будет самым простым решением проблемы? – спросил Орсо и на всякий случай отошел вглубь коровника.

Эцио промолчал.

Они принялись за работу.

Вечером за ними пришел мавр.

Он отвёл их в их комнату и запер, как обычно.

На следующее утро все повторилось. Подъем - мавр- коровник.

Ближе к обеду они услышали оживленные голоса во дворе. Эцио бросил вилы и припал к щели в стене. Он увидел возле фонтана незнакомых людей, которые стояли полукругом вокруг хозяина и о чем-то говорили негромко.

-Эй, иди сюда, - позвал Эцио Орсо. – Понимаешь, о чем они говорят?

Несколько минут Орсо прислушивался к голосам. Потом встал, взялся за вилы и мрачно сказал:

- Эти четверо приехали за каким-то долгом. А наш хозяин говорит, что ему платить нечем.

- Ага, нечем, как же - хмыкнул Эцио, продолжая наблюдать за происходящим. – Может рабами расплатиться.

-Нами, что ли?- Орсо выпрямил спину. – Они быстрее возьмут тех танцовщиц, чем нас с тобой.

На следующее утро, когда их повели в коровник, они увидели трупы тех, кто приехал вчера за долгом. Из перерезанных глоток за ночь натекла огромная лужа крови, и мальчишкам пришлось обходить её, чтобы не запачкаться. Мавр-сопровождающий фыркнул, увидев, как смешно они выкатывали от ужаса глаза и старались не смотреть на трупы. Он быстро затолкнул их в коровник и ушёл по своим делам, как обычно.

Орсо опустился на пол рядом с дверью. Через минуту его вырвало. Потом еще и еще.

Эцио изо всех сил затыкал нос ладонью, но трупный запах в сочетании с вонью коровника вызывал непереносимую тошноту. Он едва успел отойти в дальний угол, как его вывернуло наизнанку.

- Ничего, ничего. Они рано или поздно все равно уберут трупы, - приговаривал Эцио в перерывах между приступами.

Мавры убрали тела лишь ближе к вечеру. Эцио с Орсо постепенно пришли в себя.

- Эти люди убивают гостей в своем доме, – еле слышно произнес Орсо. - Они законченные убийцы. Следующими будем мы.

-Тише, слышишь? – перебил друга Эцио.

Со двора доносились крики. Они становились все громче и громче.

Мальчики припали к щели и увидели, как какие – то вооруженные люди с факелами перепрыгивают через ограду и бегут к особняку, поджигая все на своем пути. Из горящей конюшни выбежала слепая лошадь. Из ее глаз текла кровь.

Коровник заполнился дымом. С крыши стала падать горящая солома.

Вдруг ворота коровника распахнулись - в помещение влетела та самая слепая лошадь с горящей гривой и упала замертво. В луже крови, которая мгновенно разлилась вокруг ее головы, Эцио увидел свое отражение.

– Бедная! – ужаснулся Эцио и изо всех сил дернул оторопевшего Орсо за руку. - Бежим!

Они выбрались из коровника. В центре двора, у фонтана шла настоящая резня. Все вокруг было в огне.

Эцио с Орсо маленькими шажками доковыляли до ограды и кое-как перелезли через нее.

Вскоре они оказались в лесу, нашли камень, разбили цепи кандалов и упали замертво прямо на голой земле.

 

Пишет Хаос Мира Зеркал.07.05.14

Эцио

Проснулся Эцио от того, что кто-то достаточно грубо и болезненно пнул его в бок. Это был один из мавров, которые охраняли их хозяина. Другой в это время уже связывал крепко сопротивляющегося Орсо с кляпом во рту. Мавр сказал явно что-то угрожающее, плюнул в сторону и схватил Эцио за шиворот. Затем дал ему хорошего тычка в шею и тоже связал. Их забросили на спины лошадей как кули с мукой и отвезли в дом.

За время их отсутствия самые серьёзные последствия пожара и нападения были устранены, только от коровника остались одни обугленные головёшки, а это значило, что работать им было больше негде.

Их поместили в разные каменные мешки, но Эцио мог слышать крик боли Орсо, по вечерам и его стоны днём. Переговариваться не удавалось, слишком далеко друг от друга они для этого находились, и стоило только Эцио крикнуть что-то, приходил мавр, связывал его и затыкал рот кляпом.

Спустя несколько недель в заточении он наконец-то получил возможность выйти на белый свет. Его отвели к хозяину. Тот сидел, развалившись, на обтянутом шёлком диване, одна наложница обмахивала его веером, вторая кормила виноградом и поила вином. У Эцио закружилась голова от голода. Он стал осматриваться по сторонам, чтобы не думать о еде.

У ног хозяина сидел похудевший до невозможности Орсо. Голова его была опущена, а ступни перевязаны грязными тряпками. Хозяин ткнул в него носком домашней туфли и сказал что-то.

Орсо поднял на друга потухший взгляд:

«Он говорит, чтобы я объяснил тебе, как ты будешь жить дальше», - тихо сказал Орсо.

Хозяин опять что-то сказал быстро и раздражённо.

«Он сказал: мы подщетинили твоего друга, - перевёл послушно Орсо, - убежишь, он умрёт с голоду. За калекой никто ходить не будет».

Мавр ещё что-то сказал.

«Мы позволим тебе ухаживать за ним, только если ты будешь послушным рабом».

Орсо всхлипнул. Мавр опять пнул его и сказал что-то.

«Будешь бунтовать, закроем на неделю. За неделю твой друг умрёт от голода».

Орсо отклонился от очередного тычка.

«Попытаешься бежать с ним, убьём обоих. Это последнее предупреждение».

«Ты всё понял?» – спросил его сам хозяин наломанном мирзеркальском наречии.

 

ЛЕСТЬ меняется на МЕЛАНХОЛИЮ

 

Пишет Эцио. 10.05.14

 

За шесть месяцев Конста привлекла к поискам Эцио с Орсо всех родственников, а также Тайка и его друзей. Они прочесали весь Эйзоптрос, пока не поняли, что мальчиков нет в городе. 

- Обратись в ЦРУ, - сказал Тайк, сидя в кресле напротив Консты. За окном стоял чудесный майский вечер, и свет заходящего солнца стекал медом по лимонным стенам в гостиной. 

- Нет, - ответила Конста, сидя в кресле.

- Почему?

- Это бессмысленно. Они все испортят.

- Что они испортят? Портить- то и нечего. Просто попробуй. Хуже они точно не сделают.

- Они убили моего мужа. Ты забыл? – сказала Конста.

- Да, убили. Ты сейчас думаешь о себе или об Эцио и Орсо?

- Нет.

- Ты должна попробовать. ЦРУ обязано найти детей. Это их работа. 

Наступило минутное молчание.

- Ладно… Завтра я пойду в ратушу.

***

Карета подъехала к ратуше. Тайк помог графине Жентили выйти из кареты, и они вместе вошли в приемную ЦРУ.

Дежурный встал, увидев их и, поклонившись графине, поприветствовал её:

- Добрый день, Ваша Светлость. Моё имя Александр Лок. Чем могу служить?

-Добрый,- ответила графиня холодно. - У меня пропали два племянника. Ваша ведомство может помочь в поисках детей?

- Мы знаем, - кивнул дежурный, - если не возражаете, к Вам завтра подойдут два наших сотрудника, чтобы опросить и начать работать. В котором часу Вам было бы удобно их принять?

Я жду их в 10 часов утра. Спасибо. До свидания. - На этих словах Констанция Жентили направилась к двери, заботливо открытой для нее Тайком. 

На следующее утро Конста принимала в гостиной сотрудников ЦРУ. Тайк сидел на стуле, в дальнем углу комнаты, отвлеченно глядя в окно. По его расслабленному виду невозможно было догадаться, что он внимательно вслушивается в каждое слово.

Они попросили её рассказать, при каких обстоятельствах пропали дети, где их видели в последний раз, кто мог бы быть заинтересован в их похищении, не могли ли они сбежать сами в поисках приключений.

Конста терпеливо ответила на все вопросы, не проявляя никаких эмоций.

Они вежливо поблагодарили за уделённое им время и удалились, пообещав сообщить, когда будут новости.

***

Вот уже несколько дней Эцио ухаживал за Орсо. Несколько раз он пытался привлечь к этому Меланхолию, которая ходила вокруг мальчиков кругами и шумно вздыхала. Но все было тщетно. Наконец, Эцио махнул на нее рукой. А увидев однажды свое отражение в ее маленьких тусклых глазах, старался больше вообще не встречаться  с ней взглядом. Эта худая высокая женщина внушала ему безысходность.

Орсо совсем сник. Он перестал плакать, но замкнулся в себе и ни на что не реагировал. На все попытки Эцио разговорить его, отвечал только «да» и «нет».

Эцио не мог выносить страдания брата. Он мучился от своего бессилия и ненавидел мавров за то, что они изувечили не его, а Орсо.

И почему-то он винил во всем себя.

Из-за этого чувства вины Эцио не мог спать по ночам.

И хотя у него не было никаких явных причин  упрекать себя в случившемся, совесть навязчиво  заставляла его вспоминать сотни мелких случаев, когда он мог бы быть внимательнее, добрее и отзывчивее к Орсо. И еще он должен был быть дальновиднее.

 

- Знаешь, Орсо, я так скучаю по Консте, - говорил Эцио, сидя рядом с  лежащим прямо на земле братом. – Я уверен, что она нас ищет.

- Она никогда не найдет нас здесь,- вдруг откликнулся Орсо. – Лишь бы только она не сообщила о нашем исчезновении маме. Она не переживает этого. 

- Я уверен, что Конста не сообщила ей, - ответил Эцио, как можно тверже. – Вот увидишь, Конста найдет нас. Тайк ей в этом поможет. Нам нужно набраться терпения.      

- Я навсегда останусь калекой? – спросил Орсо.

- Нет. Мы вернемся в Эйзоптрос и найдем для тебя лучших врачей. Сейчас главное - выжить.

Орсо вздохнул.

Вздох Меланхолии, сидевшей неподалеку, прозвучал в ночной тишине, как эхо.

 

Пишет Сильвия.21.05.2014

Совместно с Ксанфом и ЛХ

 

Уже несколько дней Сильвия не отходила от постели мужа, состояние которого, вопреки ее ожиданиям, не улучшалось. Она делала все в точности так, как объяснил ей доктор Ксанф, но видимого результата это не давало. Каждый день она часами сидела около мужа, наблюдая за тем, как он спит, либо успокаивая его, когда он просыпался.

- Я здесь, с тобой. Все будет хорошо.

Изредка он открывал глаза и слабо улыбался ей в ответ. Дыхание было тяжёлым и прерывистым.

Сильвия не хотела тревожить его лишний раз, и поэтому не задавала никаких вопросов. Но сейчас ей показалось, что состояние его ухудшилось, и она не на шутку испугалась.

- Кристо, как ты себя чувствуешь? -спросила она. - У тебя что-нибудь болит?

- Да. Мне дышать тяжело.

- Давай вызовем доктора, - Сильвия сильно встревожилась. Она опасалась, как бы не пришлось отправить мужа в больницу.

- Хорошо, - согласился он обречённо.

- Все будет в порядке, - она нежно поцеловала его и вышла из комнаты, чтобы послать за Ксанфом.

Доктор появился через полчаса, и Сильвия сразу же проводила его в гостиную.

- Стало хуже? - на ходу спросил Ксанф.

- Да, - ответила Сильвия, и добавила: - Он говорит, что ему тяжело дышать.

Она едва сдерживала слезы.

Состояние Кристобаля действительно заметно ухудшилось за истекшие сутки, и это мог бы отметить даже не специалист: бледная кожа приобрела землисто-серый цианотичный оттенок, черты лица заострились; вцепившись пальцами в деревянный край дивана, Гато пытался присесть, жадно хватая ртом воздух, но он был слишком слаб, чтобы долго удерживаться в таком положении, поэтому уже через несколько секунд ложился обратно. Ксанф попытался поместить ему под спину как можно больше подушек, чтобы хоть как-то уменьшить одышку, но в остальном терялся. Выслушивать что-то в груди уже не имело смысла: булькающие хрипы были слышны на расстоянии, а пульс скакал как сумасшедший.

- Ксанф, скажите прямо, насколько серьезно его состояние, - Сильвия сидела напротив доктора, ее внимательный, проницательный взгляд не отрывался от его лица.

- Крайне тяжелое, -доктор не отвел глаза.

- Он... - ей не хватало смелости произнести эти слова, - он может умереть?

- Да. Вам нужно быть готовой к этому, - тихо ответил доктор и принялся набирать лекарства в шприцы.

Сильвия вскочила со своего места и бросилась к Ксанфу.

- Пожалуйста, доктор, сделайте что-нибудь, - она повисла у него на руке. На ее лице отражался ужас, смешанный с отчаянием, а также немая мольба о помощи. - Если надо в больницу или операцию делать... все что угодно....я согласна. Только спасите его. - По ее лицу ручьем текли слезы.

Ксанф отложил аккуратно иголки, чтобы не поранить девушку, и покачал головой. - Простите. - Он сжал ее предплечье, пытаясь успокоить и поддержать, - я ничего не могу сделать.

-Но как же так.... - Сильвия выглядела растерянной. - Еще несколько дней назад...

Она отпустила руку Ксанфа, села ни диван рядом с Кристобалем и закрыла лицо руками. Было видно, как она беззвучно рыдает.

Воспользовавшись моментом, Ксанф сделал укол Гато, а затем снова вернулся к девушке. - Это осложнения на сердце и, к сожалению, здесь медицина бессильна.

- Нет, я не могу поверить, - произнесла Сильвия. - Столько людей ночует на улице. А он... всего лишь раз и сразу такое...

Она снова закрыла лицо руками.

- К мраку всю эту медицину, раз она здесь бессильна, - на мгновение она запнулась, как будто ей в голову пришла новая мысль. - Бессильна, - снова повторила она.

- Да, - повторил Ксанф.

Сильвия его не слушала. Казалось, что она погрузилась глубоко в свои мысли.

- Сильви, - тихо позвал её Гато.

- Я здесь, любимый, - она придвинулась к нему поближе.

- Я... - он начал задыхаться.

Ксанф подскочил тут же и постарался усадить Гато повыше.

Гато сжал руку доктора в благодарность.

- Сильви, - обратился он вновь к жене, - принеси мне воды, пожалуйста.

- Не надо, не говори. Береги свои силы, - взмолилась Сильвия. Она выглядела очень озабоченной.

Сильвия, погруженная в свои мысли, ушла за водой.

- Доктор, - Гато воспользовался отсутствием супруги, - сколько мне осталось?

- Я не даю таких прогнозов, - серьезно ответил Ксанф.

- Неделя, месяц? День? - настаивал Гато.

- Пару дней, - одними губами произнес доктор.

- Ладно, - прошептал Гато, - не говорите Сильвии, пожалуйста.

Ксанф кивнул.

- Не беспокойтесь.

- Поможете мне отговорить её? Она наверняка захочет обратиться к Хаосу. Этого нельзя допустить, - серьёзно сказал Гато.

- Не уверен, что стоит ее отговаривать. Это Ваш шанс.

- Нет, - он покачал головой, - она будет покупать то, что уже продано давно. Хозяин не побрезгует мошенничеством, чтобы заполучить её вновь.

Сильвия вошла в комнату и протянула Кристобалю слегка дрожащей рукой стакан воды.

- Спасибо, милая, - он не мог удержать стакан сам.

- Я помогу, - Сильвия взяла стакан и помогла Кристобалю напиться.

- Спасибо, - он взял её за руку и потянул к себе, чтобы она села рядом.

Сильвия ему повиновалась.

- Ты хочешь что-то сказать? Не надо ничего говорить, тебе нужен покой.

- Не грусти, ладно? - он поцеловал её пальцы, - всё будет замечательно.

- Конечно, - улыбнулась она, - другого и быть не может.

- Можешь мне пообещать?

- Кристо, я обещаю, что всегда буду рядом. Мы выберемся. А теперь отдыхай, тебе не стоит много говорить. Доктор, я думаю, со мной согласится.

- Нет, - он сжал её руку, - ты должна мне пообещать. Прошу, Сильви. Это важно.

- Я же уже сказала, что обещаю сделать все возможное, чтобы тебе стало легче. А теперь отдыхай, - она поправила его одеяло.

- Не договаривайся с Хаосом, - сказал Гато, - прошу тебя. Что бы не происходило. Обещай мне.

- Прости, Кристо, но я не могу обещать, потому что уже сделала это. Пять минут назад.

 ***

На кухне Сильвия наполнила водой стакан и уже собиралась вернуться обратно в гостиную, когда услышала приглушенный разговор. Это был самый подходящий момент. Она тихо поставила стакан на стол и подошла к зеркалу.

- Я думаю, вы ожидали этой просьбы, - начала она.  - Кристобаль умирает, я не могу допустить этого. Пожалуйста, помогите ему выздороветь. Я хочу, чтобы он прожил полноценную жизнь, а не уходил так рано. Он должен быть счастлив, и я прекрасно понимаю, что сама являюсь составляющей его счастья. Пусть он будет таким же здоровым, как и все мы.

Зеркало молчало.

Сильвия подождала некоторое время и спросила:

- Вы не можете или не хотите исполнить мою просьбу?

Зеркало промолчало.

Все было ясно. Сильвия вернулась обратно в комнату.

 ***

- Что он Вам ответил? - Ксанф растерянно посмотрел на Кристобаля, потом перевел взгляд на девушку.- Согласился помочь?

- Он ничего не ответил.

Гато улыбнулся устало:

- Слава Свету!

- Теперь ты понимаешь, что я уже не могу обещать того, чего ты просишь, - слабо улыбнулась Сильвия. - Будем надеяться только на лучшее.

- Сильви, - он протянул к ней руку, - не печалься, моя девочка... Я ведь никогда тебя не подводил, правда?

- Никогда, - она сжала его руку и покрыла ее поцелуями.

Ксанф мотнул головой неодобрительно на такой разговор, но промолчал. Вернувшись к своему чемоданчику, он принялся разбирать и смешивать содержимое своих склянок.

-Сильвия, можно Вас на секунду? - Позвал он через некоторое время.

- Да, конечно, - Сильвия с неохотой оставила Кристобаля и подошла к доктору.

- Видите ли, у меня есть одно предложение, но мне нужно Ваше одобрение. - Ксанф указал на колбу со светло-серым раствором внутри. - Здесь совершенно новое лекарство. Я не использовал его еще активно на практике, только эксперименты ... - он замешкался на секунду. - Но я отлично представляю, как оно работает. Оно должно помочь! В лабораторных условиях этот препарат практически целиком ограничивает рост вредных колоний - Ксанф говорил торопливо, сбиваясь несколько раз, не уверенный понимает ли его Сильвия. - Если  Вы согласитесь попробовать его, возможно, появится шанс, и Кристобалю станет лучше.

- Если нет других вариантов, то об отказе не может быть и речи, - Сильвия с любопытством посмотрела на содержимое колбы и потом решительно добавила: - Я согласна.

- Хорошо. Тогда осталось узнать мнение Вашего мужа. - Ксанф ловко набрал шприц и вернулся к дивану. - Кристобаль, я бы хотел попробовать ввести Вам еще одно лекарство. Оно пока не применяется широко, должно помочь в Вашем случае. Доверитесь мне?

- Нет, - Гато сжал зубы и покачал головой упрямо, - я не хочу этого.

- Кристо, пожалуйста, давай попробуем, - Сильвия встала перед ним на колени. - Сделай это хотя бы ради меня.

- Если Он отказал, значит, ничего не получится в любом случае, - с трудом произнёс Гато, - неужели непонятно?

- Может, он просто не захотел вмешиваться.

- Я боюсь, Сильви, - совсем тихо, так, чтобы слышала только она, сказал он.

- Не бойся, все будет хорошо. Для этого надо бороться, слышишь? - Сильвия осторожно обняла его. - Доктор считает, что это лекарство может помочь.

- Не хочу, - он крепко обнял её в ответ. Как если бы боялся, что, отпустив, тут же умрёт.

- Пожалуйста. Это все, о чем я тебя прошу.

Гато закашлялся сильно.

С каждым приступом кашля у Сильвии внутри все обрывалось. Хуже всего было осознание того, что она ничем не может ему помочь.

- Ксанф, пожалуйста, сделайте что-нибудь!

Ксанф не мог не отметить, что приступы удушья настигали теперь Гато все чаще, и, после крика Сильвии, времени для сомнений у доктора уже не оставалось: он быстро ввел  лекарство в вену, и тут же помог молодому человеку присесть.

- Я понимаю, что Вам невероятно больно должно быть, но я пытаюсь Вам помочь и постараюсь сделать все, что в моих силах. Просто доверьтесь мне, я ведь не подвел Вас в прошлый раз? - Так, чтобы слышал только Кристобаль, произнес Ксанф.

Гато кивнул согласно, хотя и помрачнел, когда его волю проигнорировали.

-Спасибо. -Доктор разрешил, наконец, подойти Сильвии, которая все это время порывалась броситься к мужу. Ксанф с тревогой наблюдал за пациентом. Высокая температура и одышка явно не давали Кристобалю сосредотачиваться на словах и на происходящем вокруг.

Через некоторое время Гато вздохнул чуть свободнее.

Доктор, кажется, был доволен уже этим. Он посмотрел на часы, отмечая время, и отправился наводить порядок на столе, где расположился.

Сильвия осталась наедине с Кристобалем. Ей очень хотелось обнять его, поблагодарить за то, что не сопротивлялся и позволил Ксанфу ввести лекарство, но она боялась лишний раз тревожить его. Она тихо сидела рядом, поглаживая его руку.

Кристобаль отвернулся.

- Кристо, - произнесла Сильвия. - Ты молодец, что позволил доктору сделать укол.Теперь все должно быть хорошо.

По его щеке стекла слеза.

- Ну что я сделала не так? - Сильвия кинулась вытирать его слезы. - Что? Что? Что? Я пытаюсь спасти тебя всеми доступными способами, но не могу понять тебя.

- Всё хорошо, Сильви, - он осторожно отвёл её руку и вытер слезу сам, - тебе лучше держаться от меня подальше пока, вдруг болезнь заразна.

- Если бы она была заразна, Ксанф давно бы уже сказал об  этом. Я буду здесь, с тобой.

- Не надо, - он сделал тяжёлый вдох, - я хочу побыть один. Пожалуйста.

Сильвии ничего не оставалось, кроме как оставить его одного.

- Хорошо, - она украдкой вытерла слезы. - я буду в соседней комнате.

Около двери она обернулась. Кристобаль лежал, отвернувшись. Внезапно у нее промелькнула мысль, что, возможно, лекарство не подействует, и тогда случится самое страшное. Их разговор может быть последним...

Рыдания подступали к горлу. Сильвия снова бросилась к Кристобалю.

- Ни за что я тебя не оставлю одного, все время буду с тобой, -она прижималась к нему, зацеловала его всего.

Он несмело обнял её в ответ.

- Прости меня за ту боль, которую тебе причинила. Извини, если что-то сделала не так, - прошептала ему на ухо Сильвия, по-прежнему находясь в его объятиях.

Он погладил её по спине и ответил на поцелуй так страстно, как если бы он был последним в его жизни.

- Ну что ты такое говоришь, глупая, - он обнял её покрепче, - не надо просить прощения, только не уходи, пожалуйста. Мне не жить без тебя.

- Я никуда не уйду, обещаю, - Сильвия нежно провела ладонью по его щеке. - Всегда буду с тобой.

- Спасибо, - он чуть потянулся к ней навстречу в ожидании поцелуя.

Сильвия страстно ответила на поцелуй, как будто не было прошлого и настоящего, а сами они были влюбленными, которые совсем недавно обрели друг друга.

- Ты нужен не только мне, - Сильвия на мгновение отстранилась от него и посмотрела в его прекрасное лицо, измученное болезнью. - Ты нужен очень многим. Я же просто не смогу жить без тебя.

- Спасибо, Сильви, - Гато улыбнулся, - твои слова вдыхают в меня жизнь!

Ксанф так и не решился вернуться домой и оставить пациента, всю ночь он провел в доме Кристобаля и Сильвии. На этот раз Гато спал спокойно, хотя и в положении полусидя.  Время от времени в его груди что-то звучно клокотало, и в такие моменты доктор особенно прислушивался к каждому вдоху, стараясь уловить малейшие признаки нарастающей одышки или боли, но все обходилось: дыхание оставалось ровным, а пульс  - спокойным. Признаков плохо перенесенного введения лекарства не было и на утро. Бледность со щек ушла.

- Как Вы себя чувствуете? - услышал Кристобаль, едва открыв глаза.

- Лучше... - медленно произнёс он, - кажется.

Сильвия всю ночь провела рядом с ним, и сейчас, когда доктор интересовался его самочувствием, она стала внимательнее прислушиваться к их разговору.

- Что беспокоит?

- Дышать тяжело.

- Больно или задыхаетесь? - Насторожился Ксанф.

- Больно.

Сильвия с тревогой посмотрела на Ксанфа, пытаясь угадать, хорошо ли это или плохо для ее мужа.

- Ничего, потерпи, милый, - Сильвия наклонилась к Кристобалю. - Наверно, лекарство еще не полностью подействовало, - она с надеждой посмотрела на доктора.

- А где именно больно? - доктор склонился над пациентом.

- Сердце.

- Нет, - прошептала Сильвия так, чтобы Кристобаль ее не услышал. - Только не это.

Доктор бросил удивленный взгляд на Сильвию, затем снова повернулся к Кристобалю. Выслушав легкие и сердце, он снова поспрашивал его насчет характера болей и их локализации.

- Это действительно осложнение на сердце, - в конце концов констатировал он.

Сильвия с трудом сдерживала приступ отчаяния, но слезы предательски выступили на глазах. Она попыталась незаметно для Кристобаля вытереть их тыльной стороной руки.

- Что нам теперь делать? - стараясь скрыть волнение в голосе, произнесла она.

- Что это значит, доктор? - просил Гато.

- Нужно попробовать продолжать принимать лекарство. Другого выхода я не вижу. Что скажете, Кристобаль?

- Да, конечно, - кивнул тот.

- Я тоже считаю, что надо продолжить, - согласилась Сильвия. - Если начали, то надо закончить лечение.

Ксанф кивнул, но замешкался на несколько секунд перед столом.

- Я должен Вас предупредить...

Сильвия бросила на Ксанфа внимательный взгляд, в котором угадывалось внутренне напряжение.

- Говорите, доктор.

- Лекарство должно помочь справиться с пневмонией, и Вам, Гато, кажется стало легче от него, это отличный знак, - молодой человек ободряюще улыбнулся Сильвии и снова перевел взгляд на Кристобаля. - Но гарантий того, что оно справится с осложнением, я дать не могу, к сожалению.

- Но оно же пройдёт потом, да? - спросил с тревогой Гато.

Сильвия молча взяла его за руку и поцеловала.

- Я не могу этого сказать сейчас.

Он поцеловал её руку в ответ:

- Всё обойдётся, Сильви, не переживай.

- Я знаю, - произнесла она. - Главное, помни, что я люблю тебя и никогда не брошу.

- Конечно.

 

Сильвия печально улыбнулась в ответ.

 

***

 

Прошло несколько дней. Сильвия продолжала ухаживать за Кристобалем, несмотря на то, что уже несколько раз ей настоятельно рекомендовали выйти на работу. Но она не могла бросить Кристо.

Его состояние заметно улучшилось - это отмечал сам Гато и подтверждал Ксанф, который каждый вечер заходил теперь к ним домой: температура спала, кашель стал реже, постепенно вернулись аппетит и спокойный сон. Доктор не мог нарадоваться на исчезнувшие хрипы, и все еще регулярно с недоверием выслушивал и выстукивал своего пациента. Но не все было столь благополучно, как хотел и ожидал Ксанф. Невероятная одышка, возникающая при малейших движениях, никак не хотела уменьшаться. От постоянной нехватки воздуха губы и кончики пальцев у Кристобаля приобрели синюшный оттенок, что в первое время сильно пугало доктора. С помощью лекарств и ежедневной зарядки за несколько дней удалось добиться лишь того, что Гато мог теперь пройти не больше ста метров, чтобы не остановиться из-за одышки и тяжести в груди. И все же Ксанф обнадеживал Сильвию, не давая ей падать духом, ведь теперь жизнь ее мужа была уже вне опасности.

 
ИГРА "МИР ЗЕРКАЛ"
 

1.

Эйзоптрос - продолжение

05.03.2017

 

2.

Эйзоптрос-архив 19

05.08.2015

 

3.

Эйзоптрос - архив 18

06.10.2014

4.

Эйзоптрос - архив 17

23.01.2014

 

5.

Эйзоптрос - архив 16

01.09.2013

 
 
 
 
 
 
 
  © 2006-2007 www.umniki.ru
Редакция интернет-проекта "Умницы и умники"
E-mail: edit.staff@yandex.ru
Использование текстов без согласования с редакцией запрещено

Дизайн и поддержка: Smart Solutions


 
Rambler's Top100