Поиск по сайтуВход для пользователей
Расширенный поискРегистрация   |   Забыли пароль?
Зачем регистрироваться?
ТелепередачаAlma-materКлубКонкурсыФорумFAQ
www.umniki.ru / Журнал / Точка зрения /
  
  
 

07:01 1 Октября 2018 - clblalackvirgi

Köp Bridal Gowns Köp Bridal Gowns [b][url=http://sv.whitedresses.co/]bröllops

  Читать далее

 
ТОЧКА ЗРЕНИЯ
В ТРЕНДЕ. БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ?
 

Сити плавился в полуденном зное.

 

С высоты птичьего полета город напоминал огромное неповоротливое чудовище, эдакого Левиафана двадцать третьего столетия, по жилам которого без остановки и без оглядки, и днем и ночью, бежала масса безразличных друг к другу людей, сосредоточенная только на своих нескончаемых делах и ежедневных заботах. Большой круг его кровообращения образовали магистрали без начала и конца, которые удивительным образом вмещали в себя невероятное количество высокотехнологичных машин. Дорожные эстакады надежно переплелись друг с другом, скрыв под собой часть шумных улиц, и, наверное, служили ему прекрасным скелетом. Его мощное дыхание в несколько тысяч децибел никогда не затихало. И под всей его броней из металла, бетона и стекла билось огромное живое сердце.  Город жил. Жизнью, на первый взгляд, весёлого хаоса, но на самом деле, удивительно продуманной и упорядоченной. Даже из ряда вон выходящие события здесь происходили вполне запланировано, под строгим контролем тех, кому это было нужно. И всех обитателей Сити это устраивало, потому что они были всегда уверены в своей правоте, к тому же, они точно знали, что на Земле (и, по секрету говоря, за ее пределами тоже) существует еще несколько миллиардов точно таких же Сити, подчиняющихся этому же распорядку. Одному великому распорядку на все времена. И осознание этого факта придавало им уверенности в каждом прожитом дне, и, вобщем-то, ни у кого не возникало сомнений в том, что они ведут стопроцентно правильную жизнь. И они проживали (с энтузиазмом и не очень) каждый новый день, до краев переполненный самыми разными, но одинаково хорошо запланированными событиями, и сами не замечали, как становились нановинтиками в великой машине под названием Сити. Так что у нашего Неолевиафана оказался довольно предсказуемо мирный, спокойный и покладистый характер. Он готов был подчиняться строгим законам некоего Великого планировщика.

 

 

Эллис была только одной клеточкой в организме Сити. Но клеточкой со своей неповторимой (хоть и тщательно спланированной) судьбой. Но сегодня привычный ритм ее самой обыкновенной жизни вдруг нарушился. С самого утра. Во-первых, она впервые проспала первые лекции в университете. Только пока об этом не догадывается, потому что именно в этот момент она досматривает свой последний сон, который явно засиделся у нее еще с ночи. Сон был приятным, цветным, поэтому ей совсем не хотелось испытать разочарование пробуждения. Но все-таки пришлось. Настырный луч полуденного света беззастенчиво устроился на лице. Ее сознание еще находилось где-то между миром реальным и миром сновидений, когда ее рука уже инстинктивно пыталась нащупать на прикроватном столе коммуникатор. Пальцы в слепую нащупали самую часто используемую кнопку. Центральную, с надписью «Internet».

 

 Вы скажете, это просто кнопка, послушно открывающая интернет-браузер? Как бы не так. Это кнопка открывает всем обитателям Сити тайну следующего дня. Она, как профессиональная гадалка, рассказывает, что их ждет в ближайшем будущем. С помощью этой маленькой кнопки можно выяснить, как сегодня сложится судьба многомиллионного города. Она позволяет каждому участнику узнать правила игры. Игры под названием Сити. Если ты не будешь соблюдать эти правила, то никто не ручается за твою печальную судьбу. Ошибки не прощаются. Предупреждений не последует. Это новое, идеальное общество, общество преуспевающих людей. Здесь нет места неуспешным людям и неудачным решениям. Все безупречны. Других людей уже не осталось. Другие просто не выдержали бы столь высокий темп жизни – ведь конкуренция в таком обществе слишком высока. Естественный отбор практически сделал свое дело. Каждый стремится стать совершенством. И у абсолютного большинства это получается. А в чем их секрет успеха? Они всегда в курсе всех тенденций и трендов. Они модные. Они точно знают, что на данный момент актуально, а что нет. И они следуют единому стилю. Стилю успешных людей.

 

Свой день обитатели Сити начинают совершенно одинаково. Еще будучи под тяжестью сонной неги, они заходят на один и тот же веб-адрес  и внимательно прочитывают одну и ту же страничку. Это было совершенно естественно, как приготовить себе завтрак. Эллис не была исключением. Надо сказать, ее общество вообще не очень любило исключения.

 

Домашняя страничка «Будь в тренде!» открыта. Это главный лозунг всех жителей общества XXIII века. Это одновременно и образ мыслей, и главный, непреложный закон. Кроме того, это еще и самый посещаемый ресурс за всю историю интернет-технологий. Потому что у каждого жителя на планете Земля эта страничка домашняя по умолчанию. Ведь именно здесь публикуются последние модные тенденции, только на ней можно найти полную информацию о том, что сейчас стильно, а что нет. На ней публикуются правила, которые затрагивают абсолютно все стороны человеческой жизни: от внешнего вида, до манеры поведения.

 

Сонные глаза Эллис наскоро пробежали страницу «Тренды сегодняшнего дня».

 

- Одежда: шотландская клетка…. Давно про нее не вспоминали… Обувь…каблуки…Прическа…высокая… О, Боже, в моде опять рыжий цвет волос…. – бормотала Эллис, прокручивая страничку. – Аксессуары…. да., где же это… Стиль поведения: настойчивость. Который сейчас  час?

 

Тут девушка окончательно проснулась. Заведенный порядок был нарушен, планы сорваны и не имели теперь никакого значения. Эллис с ужасом прокручивала в голове возможные последствия своего проступка. Перспективы ее не обрадовали.

 

«Ну, общественное осуждение, это раз. Публичный выговор, позорный видеоролик с моим участием, по внутреннему телевидению, разумеется. Штрафные очки, отметка в электронный паспорт… Да, к тому же, друзья… Прощай, репутация». Это было самое обидное для Эллис. Дело в том, что нарушитель правил на некоторое время становился как бы изгоем в обществе. На своем пути к совершенству он словно возвращался на старт. Ведь он допустил ошибку. Даже на самую малую оплошность идеальное общество не могло закрыть глаза, ведь иначе оно перестало бы быть идеальным. Человек, допустивший промах, был в глазах современных людей подобен вирусу, который требовалось изолировать от всех. Пусть не навсегда. Все-таки цивилизованное развитое общество должно быть гуманным.

 

«Да, цена за наше благополучие слишком высока», - тоскливо раздумывала Эллис, судорожно соображая, что одеть, чтобы хотя бы остаться в тренде. «Но, с другой стороны, они все будут правы. Иначе наша система рухнет, и мы опять вернемся в каменный век». Она попыталась вспомнить, когда последний раз совершала какой-нибудь проступок. Кажется, это было еще в средней школе. Она единственная из всего класса отказалась выдать имя мальчика, который затеял бунт против совершенно невыносимого учителя. Сейчас Эллис уже не могла бы объяснить, почему она тогда так странно поступила. Ей всего лишь было его очень-очень жаль, ведь он был хорошим человеком. А бунтарей никто не любил. И тогда не стали терпеть. Только Эллис понимала, какое будущее светит этому глупому ребенку. А ее одноклассники даже не задумывались об этом. В итоге Эллис обвинили в том, что она «подрывает дисциплину общества и мешает ему двигаться по пути прогресса», и наказали. Самым тяжелым наказанием для нее стало полугодовое изгнание. Она не имела права ни с кем разговаривать, и к ней тоже никто не мог подойти. Нечеловеческими усилиями добрую репутацию удалось вернуть. А бунтаря исключили, и никто не знает, где он сейчас. Эллис надеялась, что он все-таки поступил в другое учебное заведение. Ведь человек без образования, как известно, не жилец. Эллис хорошо усвоила жизненный урок: она должна быть как все, а, следовательно, стремиться к совершенству, быть лучшей из лучших и не допускать ошибок. И, конечно, же, быть в тренде.

 

 Сейчас ей предстояло вновь стать изгоем. Со вздохом она нанесла на свои темные волосы ярко-рыжую краску из специального баллончика. Этот цвет ей абсолютно не шел к лицу, равно как и шотландская клетка, но зато она была модной, как и все. А, следовательно, лучшей. В самом лучшем обществе.

 

Через сорок минут она уже бежала по переполненным улицам, беззастенчиво расталкивая клетчатых пешеходов. Следовало же проявлять настойчивость. На ходу дочитывала «В тренде!».

 

«Сегодня успех будет сопутствовать тем, кто много улыбается. Улыбка – Ваш наилучший аксессуар!»

 

Эллис оглянулась по сторонам. Повсюду – в спешке приклеенные улыбки под огненно-рыжими шевелюрами. Девушка попыталась изобразить на лице веселую гримасу. Но у нее это настолько плохо это получилось, что она испугалась собственного отражения в промелькнувшей витрине.

 

«В моде по-прежнему здоровый образ жизни. Питайтесь правильно, забудьте про фаст-фуд, минимум два раза в неделю посещайте спортзал. Успешный человек должен всегда иметь подтянутый вид и спортивную фигуру».

 

«Сколько себя помню, столько и читаю этот пункт. Поменяли бы, что ли, формулировку», - размышляла Эллис, перебегая дорогу. Против здорового образа жизни она ничего, конечно, не имела. Но однообразие ее всегда немного угнетало.

«В общении с окружающими постарайтесь создать вокруг себя легкий флер таинственности. Это невероятно стильно».

 

«По-моему, это уже было в моде несколько месяцев назад».

 

            Страничку Эллис не дочитала. Она прекрасно знала последние пункты «Будь в тренде!», как и все жители мира. Мода на здоровых, красивых и молодых не проходила никогда. И, конечно, успешных.

 

Время, как всегда, было не на ее стороне. Оно давно уже устало от этого суетного мира и, казалось, объявило всем войну. Время сейчас – настоящий дефицит. Практически никому его не удавалось заставить работать на себя. Ни у кого его просто не было. Поэтому девушка решила срезать привычный путь в университет, и воспользоваться не наземным транспортом, а воздушным – аэромобилем. Она посмотрела наверх. «Отлично, пробок нет», - быстро оценила ситуацию Эллис и отыскала глазами ближайший аэропричал на высоте примерно двухсот метров. Она проворно вскочила в высокоскоростной лифт, и уже через несколько секунд ее захватило ощущение невесомой высоты. Ей это нравилось. Аэромобиль уносил ее на Запад. Она вспомнила, как ее бабушка рассказывала о временах, когда аэромобилей еще и в помине не было. «И как они могли без них жить? Бедные…».

 

 

Университет встретил ее подчеркнутым отчуждением. Штрафные санкции вступили в силу. На улице было все тридцать пять градусов, и в аудиториях стояла невыносимая жара, но Эллис страшно мерзла. Мерзла от всеобщего безразличия к своей персоне. Ее многие знали, но предпочитали с ней не здороваться. Она по привычке разыскала в толпе своих друзей, но те невероятно легко и просто перепорхнули, подобно стайке голубей, на противоположную сторону холла. Одна из подруг, не переставая улыбаться, снисходительно объяснила ей:

 

- Ты хорошая, Эллис, но нам запрещено с тобой разговаривать. Это не комильфо, сама понимаешь. Иначе мы тоже попадем в категорию штрафников. А это скажется на нашей репутации. Сама подумай: как мы можем общаться с непопулярной девчонкой?

 

Эллис только согласно кивнула ей в ответ. Она абсолютно права. Эллис понимала, что на месте своей подруги поступила бы точно так же. Итак, она изгой. Точно так же, как в школе, несколько лет тому назад. Не было обид, сожаления, разочарования. Только ясное сознание того, что она должна понести наказание. И, да, увы, она пока далеко не совершенство. Сейчас ее интересовало только одно: как долго продлится наказание?

 

За этим вопросом она обратилась к куратору группы. Тот, одарив ее лучезарной улыбкой, разъяснил ее положение:

 

- Ты нарушила дисциплину, и тем самым помешала нашему университету претендовать на звание «Самого лучшего учебного заведения». Почему ты опоздала? Ты же знаешь, что непунктуальность – это не наш стиль.

 

Вопрос риторический, ответа от Эллис никто не ждал.

 

- Таким образом, я вынужден снять с тебя очки успеха, сделать устный выговор, поставить отметку в электронном студенческом паспорте…

 

Эллис уже не слушала, ее интересовали только сроки.

 

- … в общей сложности твоя изоляция продлится пять дней. Желаю удачи!

 

Девушка облегченно выдохнула. Всего лишь пять дней! Какая ерунда по сравнению с полугодовым молчанием. Она ожидала, что наказание будет куда более суровым. Мысленно поблагодарив гуманную администрацию университета, она поспешила на последнюю лекцию по истории.

 

 

Эллис любила историю.  Этот предмет успокаивал ее и приводил ее мысли в порядок. Мир, рассказанный добрым милым профессором, был таким живым, настоящим, уютным. На каждой лекции он словно создавал свою волшебную страну, и студенты погружались в нее с головой. Он умел очень просто объяснить самые сложные вещи.

 

- Сегодня мы рассмотрим с вами маленький кусочек из курса новой истории. Двадцать первый век. Удивительное это было время! Это уникальный переходный период в развитии человечества, от информационного общества к обществу высоких технологий, то есть переход к обществу нашего типа. Начало интенсивного развития технологий приходится на первую половину двадцать первого века, и за каких-то сто лет мир поразительно изменился, вышел на совершенно новый уровень. Сто лет для мировой истории – срок небольшой, скорость прогресса была невероятная. Многие наши достижения были бы сейчас невозможны без богатого наследия двадцать первого столетия. Мы много добились: научились жить до ста двадцати лет, перестали болеть и открыли способ сохранить вечную молодость. Но задумываться над этими вопросами стали еще в позапрошлом веке. Представьте себе, тогда все еще было по-другому. Люди не обладали такими технологиями, как мы, хотя и прилагали огромные усилия по их разработке. Продолжительность жизни составляла примерно восемьдесят лет, из них активно проживали только шестьдесят. Как правило, именно в этом возрасте люди прекращали вести трудовую деятельность. Сейчас мы не можем определить возраст человека по его внешнему виду, но в те времена еще не существовало инъекций молодости, поэтому существовали такие понятия, как «старик», «старуха», «пожилой человек». Сейчас эти выражения уже стали историзмами. Еще одна интересная особенность того времени: мода не играла в обществе определяющей роли. Ее законы носили рекомендательный характер, и у людей было право выбора: жить по ним, или нет. Следовательно, отношения между людьми были совершенно другие. Не существовало единых представлений о том, какая манера поведения «в тренде», а какая нет. Не было моды на совершенных людей. Каждый жил по своему усмотрению, в соответствии с собственными представлениями об идеале. И двигался по направлению к нему, исходя из собственных возможностей. Или же вообще не имел никаких идеалов. Сегодняшние исследователи считают, что отсутствие единого тренда, общего идеала тормозило развитие общества. Поэтому, с течением времени, правительства разных государств (тогда еще процесс глобализации не завершился, и пока не было еще единого Мирового Правительства), стали использовать механизм моды для достижения своих целей. Сначала чисто в экономических интересах: ведь это так просто, стоило объявить  на что-нибудь моду, и сразу же потребители проявляли к этому продукту или услуге интерес. После прихода к власти Объединенного Мирового Правительства мода постепенно стала главным законом. Моду сочли самым удобным и легким механизмом для управления общественным развитием. Вот так наши общественные отношения достигли сегодняшнего уровня. Это феномен моды.

 

«Наверное, в двадцать первом веке быть немодным было не так страшно, как сейчас», - задумалась Эллис. – «И наказания за прогулы были другие… Возможно, мне бы понравилось жить в то время… Может, я должна была родиться пару веков назад? Люди имели право обладать некоторыми недостатками. Может, моим бы недостатком была непунктуальность».

 

После лекции она подошла к профессору.

 

- Мне показалось, вы симпатизируете двадцать первому столетию.

 

Профессор чуть прищурился и улыбнулся. Загадочно.

 

- Во все времена люди полагали, что раньше было жить лучше, легче, проще, веселее. И что люди были другие. Мы отчаянно в это верим. Верим, что когда-то мир был лучше, чем сейчас. И я не исключение. Наверное, нам это необходимо, - он окинул Эллис взглядом. – Что, изоляция?

 

Эллис кивнула.

 

Профессор задумался и печально вздохнул:

 

- Ничего не меняется. Изоляция всегда считалась самым страшным наказанием. Только сейчас ее почему-то считают еще и эффективным. Ты прекрасно знаешь, что в каменном веке за серьезные проступки человека изгоняли из общины. Обрекали на полное одиночество. И человек погибал. Человек не может существовать вне общества. Он существо социальное.

 

Эллис молчала. Она собралась уже уходить и повернулась к выходу. Ее окрикнули.

 

- Эллис.

 

Она обернулась.

 

- Пожалуйста, не делай глупостей хотя бы всего пять дней.

 

 

Первый день изгнания подошел к концу. Эллис недавно вернулась с работы. Совмещать работу и учебу было в какой-то мере стильно. У девушки это неплохо получалось. Это прибавляло ей очки успеха.

 

Казалось, вся усталость мира сконцентрировалась где-то глубоко внутри нее. Но это ощущение уже привычное.  Как всегда, по вечерам она связывалась со своими родителями. Они не жили с Эллис в одной квартире, потому что иначе и быть не могло: самостоятельность уже сотню лет на пике моды. Девушка рассказывала матери по видеосвязи о своем дне.

- Знаешь, меня изолировали. На пять дней. Но это не страшно, это ерунда. Вот в каменном веке если и изгоняли из общины, так навсегда. А это даже меньше недели. К тому же у меня в этом большой опыт, ты же помнишь… Скажи, мам, забавно получается, что до нашей эры, что в двадцать третьем веке – одни и те же наказания.

 

 

На следующий день с Эллис вновь случилось событие, выбивающееся из ее привычной последовательности жизни. А вроде утро выдалось совершенно обыкновенное: детальное изучение новых трендов (полоска, блонд, неприступность), и замкнутый круг вечной спешки, и здоровый адреналин конкуренции, и прочее, и прочее…

 

В университете девушка вдруг решила заговорить с таким же изгоем, как она. Это было запрещено. Это было невозможно до неприличия. Это не укладывалось в модных светлых головах окружающих. Но Эллис это сделала, повинуясь какому-то внутреннему дикому желанию, которое не имело право показываться на свет. Изгоя всегда было видно за версту. О нем знали абсолютно все. К нему боялись приближаться. Он выбивался из общего тренда.

 

Это был незнакомый ей юноша, деливший свое одиночество с ноутбуком на обочине студенческой толпы. Эллис совсем не смутил тот факт, что они незнакомы. «В конце концов, я существо социальное». Оправдание своему нестильному поступку было найдено, и принять решение стало легче.

 

Эллис решительно приблизилась и протянула руку в знак приветствия:

 

- Привет, я Эллис. Меня тоже изолировали. А тебя как зовут?

 

То ли парень старательно следовал тренду неприступности, то ли просто испытал прямо-таки первобытный страх, но в ответ прозвучало что-то нечленораздельное. Прозвучало, и исчезло в толпе.

 

В этот же день Эллис впервые за много лет испытала сладостное чувство обладания свободным временем. Раньше, по нерабочим дням, она прожигала вечера в компании своих друзей. Или терялась среди тысяч магазинов, чтобы приобрести очередную новомодную вещь. У нее совсем не оставалось времени побыть наедине с собой. Но теперь все изменилось. Появилось время, спешить было некуда. Она направилась в парк. Это было единственное место в Сити, где еще стояли обыкновенные скамейки. В других частях города они не нужны: людям некогда сидеть на них. Потеря времени.

 

Она сидела на скамейке абсолютно одна, с запрокинутой головой, и разглядывала ночное небо. Четырёхсотэтажные небоскребы почти загородили небосклон. И все-таки их объятия были неплотными: то там, то здесь проглядывали маленькие острые звезды. «А ведь они могли светить и в двадцать первом веке, и даже раньше… Это непреходящее. Они не меняют своих решений каждый день. На них можно положиться». Ласковый вечер убаюкивал ее. Она чувствовала, что в ее жизни наступили настоящие перемены. И ничто уже не могло остановить бег ее судьбы.

 

 

            День третий.

 

            В перерыве между занятиями Эллис вновь увидела того самого парня. Она как будто знала свою роль наизусть. Она была уверена, что должна добиться от него хоть слова. Она решила, что это будет ее первый поступок, который она совершит по собственной воле, несмотря на  всепоглощающий закон моды и здравый смысл. Может быть, это ее тихий бунт?

 

- Привет, это снова я. Я Эллис, и мне здесь скучновато. За что тебя-то изолировали?

 

Парень вскинул на нее глаза. Сначала Эллис прочитала в них недоумение (наверное, принял ее за сумасшедшую), потом злость (мало того, что она сумасшедшая, так она еще и наглая!), затем вызов. Но вызов принят.

 

- Даниэль.

 

Через несколько минут Эллис уже знала его кулинарные предпочтения, кличку его собаки, название его любимого фильма и многие другие приятные мелочи, из каких постепенно составляется мозаика личности. Даниэлю повезло меньше, чем Эллис: его наказали на месяц.

 

Они проболтали целый день, совершенно не обращая внимания на тысячи взволнованных, испуганных, возмущенных глаз вокруг. Ведь о его прелестном хобби собирать неудавшиеся смешные фотографии знакомых знала она, Эллис, а не кто-либо другой.

 

Вечером они договорились встретиться в парке. Даниэль, к удивлению девушки, был не один: он привел с собой еще несколько таких же «оштрафованных», как и они.

 

            -Знакомься, это Ева, а это  Ив. Они тоже наказаны. Но, я думаю, нет ничего страшного в том, что мы немного пройдемся?

 

Эллис от души рассмеялась. Конечно, ничего страшного. Полумрак парковых дорожек обещал сохранить их преступную прогулку в тайне.

 

- Ребят, это же Малая Медведица, да?

 

 

Наступил четвертый день изоляции.

 

Эллис совсем не думала о своем наказании. И впервые жизни она позволила себе не думать о моде и стиле. Эллис решила сегодня не читать «Будь в тренде!». Она оделась так, как ей нравилось больше всего. Она вернула своим волосам естественный цвет. Скинула неудобные каблуки. Отложила в сторону косметичку. Девушка посмотрела на себя в зеркало и радостно воскликнула:

 

- Так вот ты какая, Эллис! Давно не виделись!

 

Пружинящей походкой она не спеша отправилась на учебу. Она упивалась сегодняшним днем. Ей нравилось это новое, странное, пока еще совсем чужое чувство, распирающее ей грудь. «Я такая, какая я есть. На мне единственное украшение – молодость. И мне хорошо». А косые взгляды прохожих разбивались вдребезги о ее свободу.

В университете ее новые друзья пришли в восторженный ужас. Но они почти поняли ее, и идея поиграть в социальный протест им очень понравилась.

 

- Это не протест, - мягко возразила Эллис. – Это просто я, без каких-либо преувеличений. И я по себе такой очень соскучилась.

 

 

А на следующий день все сроки вышли, и все закончилось. И началось заново.

 

Пеструю компанию во главе с Эллис (к ним присоединились еще несколько студентов), всем своим видом демонстрирующую полное безразличие и неуважение к законам моды, заметила администрация университета. Пришлось вызвать Службу Общественного Мнения, которые препроводили их под стражу. Каждого участника «заговора» поместили в отдельную, комфортабельную, но абсолютно безликую камеру с серыми стенами и оставили томиться в ожидании. Начальник Службы связывался с их родственниками и вершил их судьбу, если, конечно, не находил себе более интересного занятия. Но, в конце концов, у него завис Интернет, и он поневоле вынужден был на минутку отвлечься от социальных сетей и рассмотреть дело молодых людей.

 

Эллис раньше ничего не слышала про эту службу. Оказывается, Мировое Правительство позаботилось о своих беспокойных гражданах. Тех, кто вдруг по каким-то причинам вдруг пренебрег понятиями «мода», «стиль» и перестал приносить ежедневную дань всемогущему тренду. Это люди в серых костюмах, с совершенно одинаковыми невзрачными лицами, но с острым зрением и прекрасной агентурой. Они возвращали «заблудших овец» в стадо модниц и модников.

 

Эллис мерила камеру неровными шагами. Она почему-то ничего не боялась. Она была не одна. Девушка чувствовала, что где-то рядом так же, как она, шагают и Даниэль, и Ив, и Ева. И те, кто был здесь до них, и те, кто будут после. Все они идут в ногу. Они думают одинаково, они вместе. Им по пути.

 

Шаг. Первый, второй, третий, четвертый…

 

«Значит, я не сошла с ума. Это нормально, если человек хочет быть самим собой. Оказывается, он может устать от ежедневной гонки за непостоянной модой. Почему мы настолько увлечены ей? Она же так неверна! Сегодня она твоя союзница, а завтра уже играет против тебя. Другое дело звезды. Каждый вечер они ждут тебя на одном и том же месте».

 

Пятый, шестой, седьмой, восьмой, девятый...

 

«Мода – это маска. Мы так стали похожи друг на друга! Она безраздельно властвует не только над нашей внешностью. Мы пропустили ее глубоко внутрь. Наши мысли и чувства тоже должны быть в тренде. В результате мы забыли, кем были. Мы теперь не знаем, кем мы должны стать. А ведь иногда нам так хочется вспомнить об этом!»

 

Стенка. Все сначала. Раз, два, три, четыре…

 

«Нам постоянно навязывают идеалы. Мы безропотно их принимаем. А совпадают ли эти общественные идеалы с моими собственными? Это никого не интересует. Мы должны быть как все. Самыми лучшими, в самом лучшем, успешном обществе. Мода на успех. Потрясающая идея».

 

Пять, шесть, семь. Шаг назад. Семь…

«И никаких ошибок. Мода на безошибочную, идеально правильную жизнь. Но в нашей природе заложены несовершенства. И это прекрасно, это удивительно, это восхитительно! Люди дружат друг с другом и любят друг друга, даже таких несовершенных, и постоянно совершающих ошибки!»

 

Восемь, девять…

 

«Каждый уникален и совершенен благодаря своим несовершенствам. И нужно учиться принимать друг друга такими, какими мы можем быть, а не натягивать на каждого человека маску моды».

 

Стенка. К ней кто-то пришел.

 

-Эллис. Я почему-то так и знал, что этим все и закончится.

 

Это был ее профессор истории. Она так удивилась, что, даже не смогла как следует поздороваться.

 

- От университета потребовалось лицо, которое могло бы поручиться за вашу шайку. По странному стечению обстоятельств вы все оказались моими студентами. И я подумал, а почему бы и нет? Ведь этого больше не повторится, верно?

 

Эллис ошарашено молчала. Она не могла определить, сердится ли он, или нет. И как вообще относится ко всему этому.

 

Его лицо вдруг озарилось мягкой улыбкой.

 

- Это все возраст. Вы в душе  еще революционеры. Вам кажется, что все в этом мире не так, и хочется его изменить. Но, понимаешь, все-таки мир не совсем еще спятил. Он определенно не глуп, он, кажется, что-то задумал, - в его глазах вспыхнули лукавые искорки. – Я прекрасно понимаю, почему ты вы так себя повели. В этом что-то есть… У вас своя правда, а у этих людей,- он кивнул в сторону кабинета начальника Службы Общественного Мнения. – Своя.

- Две правды? Разве так бывает?

 

- Не все в мире однозначно. Я даже склоняюсь к тому, что в мире вообще нет ничего однозначного. Лучше всего судить правых и виноватых получается у времени.

 

- И все-таки я должна принять какую-то правду, а какую-то – нет. Я не могу жить сразу с несколькими правдами, мне хочется этой самой однозначности. Так ведь честнее.

 

- Что ж, это только ты можешь сделать. Тут уже молчат законы моды. Ни один тренд не заставит быть тебя честной. Перед самой собой. Кстати, у меня для тебя кое-что есть. Я подумал, тебе это будет интересно.

 

С этими словами он вытащил из кармана спичечный коробок. Эллис вспомнила, что в учебнике по истории видела их на картинке.

 

- Спички! Так это же такой раритет! Их перестали производить еще сто лет назад! Наверное, они теперь ценные, и за ними гоняются полмира каких-нибудь охотников за старинными штучками.

 

Профессор протянул спички Эллис:

- У меня каким-то чудом сохранилось несколько коробков. И, знаешь,  я люблю смотреть, как они горят. Попробуй. Сразу в голову приходят какие-то теплые мысли. А ты знаешь, что каждая спичка обладает своим собственным характером? Одни сгорают в твоей руке очень неохотно, некоторые из них даже не хотят приносить себя в жертву. Каждая по-разному проживает свою недолгую жизнь. Некоторым совсем не хочется умирать, и они так и никогда не зажигаются. Но мне кажется, что мертвая спичка как раз та, что никогда не горела. Другие же, наоборот, с готовностью вспыхивают ярко-ярко, будто в ярости, от одного легкого прикосновения к стенке коробка, и тут же гаснут, не успев своим пламенем дотянуться до пальцев. Третьи – и они мне нравятся больше всего, - горят очень медленно, неторопливо, будто обладают каким-то им неведомым знанием. Их пламя словно одевает спичечный стан, они отдают пространству и времени все свое тепло без остатка. Их сияние спокойнее тишины, а в конце пути их ждет преображение: золотисто-оранжевый цвет сменяет кристально-чистый, голубой. Кажется, что смотришь в глаза новорожденного. Все завершается красиво, и остается только обугленный путь и дорожка из седого дыма. В общем, у каждой своя философия, и каждой приходится быстро принимать решение, как прожить свою жизнь, и зачем. Спички умеют решать эти вопросы за одну долю секунды, но, кто знает, может быть, им потом приходится жалеть о своем решении. Тебе сейчас тоже предстоит ответить на эти вопросы. И никакие законы не повлияют на твое решение.

 

- Огонь, он ведь свободный, - не то вопрос, не то утверждение.

 

- Да, но и на него действуют законы. Сила тяготения, например. Пойду-ка я посмотрю, как там ребята. Сейчас вас должны отпустить. Кстати, тебя пришли вызволять твои родители.

 

Эллис опустилась на пол. Следующие полчаса она безжалостно сжигала одну спичку за другой. Теплые мысли все никак не хотели приходить. В голове метались их обрывки - искры, а в душе бушевал пожар.

 

Через пару часов их отпустили, решив, что на первый раз инцидент можно простить.  Общество все же цивилизованное и гуманное. Провели воспитательную беседу и предложили взять больничный на несколько дней. Дабы подлечить взволнованные души.

 

Эллис дали шанс вернуться в общий тренд. Снова пойти за модой, держать единый стиль. Только она пока не знала, захочет ли им  воспользоваться.

 

В руке она сжимала последнюю спичку. Ветер -  прямо в лицо. Ее провожал закат. Она обязательно примет решение. Без оглядки на какие бы то ни было законы.

 

Кристина Тригуб, II МЖ.

 

 

 

 
ТОЧКА ЗРЕНИЯ
 

11.

Slow Media – новая философия в журналистике

15.03.2011

 

12.

Настоящий учитель? Бывает такое?

02.03.2011

13.

В ТРЕНДЕ. БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ?

22.12.2010

 

14.

СКАЖИ МНЕ, КТО ТВОЙ ДРУГ?

01.11.2010

 

15.

Тайны образов повседневности

13.10.2010

 
 
 
 
 
 
 
  © 2006-2007 www.umniki.ru
Редакция интернет-проекта "Умницы и умники"
E-mail: edit.staff@yandex.ru
Использование текстов без согласования с редакцией запрещено

Дизайн и поддержка: Smart Solutions


 
Rambler's Top100