Поиск по сайтуВход для пользователей
Расширенный поискРегистрация   |   Забыли пароль?
Зачем регистрироваться?
ТелепередачаAlma-materКлубКонкурсыФорумFAQ
www.umniki.ru / Журнал / За 3 моря /
  
  
 

07:01 1 Октября 2018 - clblalackvirgi

Köp Bridal Gowns Köp Bridal Gowns [b][url=http://sv.whitedresses.co/]bröllops

  Читать далее

 
ЗА 3 МОРЯ
КУЛЬТУРНЫЙ ШОК, ИЛИ МОЕ ОТКРЫТИЕ АМЕРИКИ
 


… Было это в начале 90-х. Тогда ко мне, студенту второго курса одного из московских вузов, подошел заместитель декана и спросил, не буду ли я против, если меня отправят в Америку. Особо я возражать не стал, за что меня, пожалуй, никто из читателей не станет осуждать.

Честно скажу, что к Соединенным Штатам я тогда относился с некоторым недоверием – сказывалось советское воспитание периода «холодной войны». При этом, подобно большинству моих сверстников, я отнюдь не против был самостоятельно увидеть ту самую страну, которую мы все время стремились «догнать и перегнать».

А тут, согласно планам нашего деканата, мне предоставлялась прекрасная возможность не только встретиться с загадочной страной иммигрантов, но и узнать ее как следует: программа предполагала годичное обучение в одном из американских вузов. После успешной сдачи экзамена по английскому (знаменитого TOEFLа) и небольшого ожидания мне сообщили, что калифорнийский государственный университет в городе Чико (!) с радостью примет меня в свои объятия в конце августа. Однако окончательно я поверил в то, что уезжаю, только тогда, когда оказался в кресле знаменитого «Боинга» американской авиакомпании Delta, совершавшего перелет по маршруту Москва – Франкфурт – Вашингтон…


ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ
Знакомство с Америкой началось уже в самолете: несколько непривычная чистота и порядок, большое количество иностранцев, а главное – английский язык. Все довольно странно, все по-новому. Первая неловкость – стюардесса предлагает поднос с какими-то «колбасками» (явно несъедобными), от которых валит пар. Отказываюсь, а сам краем глаза слежу, что делают с ними остальные. Конечно, все очень просто: оказывается, что это всего-навсего свернутые освежающие салфетки, которыми можно протереть лицо и руки. В целом полет проходит нормально.

Во Франкфурте мы пересаживаемся в новый «Боинг» – огромный лайнер, который понесет нас через океан. Руководитель группы раздает нам приготовленные заботливыми американцами специальные брошюрки для студентов-иностранцев, впервые выезжающих на учебу заграницу. В них говорится о том, что, впервые прибывая в Америку, мы должные быть готовы к «культурному шоку» – знакомству с новым, неизведанным, американским. Привычно читаю между строк (оказывается, это «советское» умение может пригодиться и в стране процветающего капитализма) – откуда бы вы ни прибыли, поймите, что ваша страна не так развита, не так хороша, как наша Америка… Так что не удивляйтесь… Мне этот листок очень не понравился. Подумаешь, Америка. И из-за чего это я вдруг должен испытывать культурный шок?! Из-за необычайно полных и красивых прилавков американских супермаркетов? Па-а-а-думаешь!.

Однако, несмотря на весь мой внутренний настрой, шок по прибытии мне все же пришлось пережить. И очень сильный. Правда, вызван он был не первым свиданием с самой свободной страной мира, а причиной куда более банальной – потерей одной из сумок из моего багажа. Точнее, самой важной сумки – в ней были словари, фотографии друзей и родителей, а также по-советски предусмотрительно спрятанные в сумку (!!!) 200 долларов США – сумма по тем (да и по этим) временам не то чтобы совсем уж мизерная.

Поэтому в аэропорту Вашингтона, когда я понял, что сумка моя где-то потерялась, все мои мысли были направлены лишь на поиск пропажи. Я с жаром доказывал что-то чиновнику из отдела находок, беспрерывно повторяя одну и ту же фразу: «You see, I need this bag very badly” («Понимаете, мне ОЧЕНЬ нужна эта сумка»), считая, по-видимому, что мое «ОЧЕНЬ» окажет на него магическое действие, и он со всех ног бросится искать (и найдет!) мою в прямом и переносном смысле зеленую сумку. Увы, на множество моих эмоциональных заявлений аэропортовский чиновник продолжал лениво жевать жвачку (ох уж эти американцы!) и невозмутимо повторял лишь одно: я должен заполнить специальный бланк о пропаже и ждать результат.

Мне же потеря казалась настолько грандиозной, что ни о чем ином я думать в тот вечер просто не мог. Ребятам, правда, удалось вытолкать меня на улицу – побродить по вечернему Вашингтону, однако я был абсолютно невменяем. Представляю, как это выглядело со стороны. Группа ребят, восторженно разглядывающих окрестности и жадно вдыхающих странный, манящий воздух американской мечты, – и я, уныло плетущийся за ними. «Представьте, вы только представьте, – говорил кто-то, – мы ходим по земле Вашингтона, Линкольна!» В ответ на эти полные восторгов возгласы я с тоской и унынием думал: «При чем здесь Вашингтон?! Он уже давно умер… А у меня сумку сперли!» Надо сказать, что потеря сумки оказалась первым серьезным минусом в моем открытии Америки: на Родине мне довольно часто приходилось летать самолетами «Аэрофлота», и хотя таких крутых салфеток на бортах наших лайнеров я не видел, зато сумки они не теряли никогда. Это я знал наверняка…

(Правда, закончилась история с сумкой тоже по-американски: где-то через месяц мне прислали (уже в университет, в котором я учился) еще несколько бланков о пропаже, которые я должен был заполнить, сделав подробную опись вещей и примерно оценив потерю; потом, еще через пару месяцев, я получил письмо из авиакампании «Дельта» с извинениями и сообщением о том, что моя сумка так и и не была найдена. К письму прилагался чек на 700 долларов. Вот тогда я пожалел, что не потерял обе сумки!)

СТУДЕНЧЕСКИЙ КАМПУС
Наутро мне предстоял перелет через всю Америку – с Востока на Запад, из Вашингтона в Калифорнию – страну Голливуда и Диснейленда. Новое путешествие прошло довольно сносно – больше ничего я не потерял. В Чико меня встретили и отвезли в кампус – студенческий городок, в котором располагались учебные корпуса, общежития, спортивный комплекс и прочие удобства студенческой американской жизни.

Вскоре выяснилось, что нас, студентов из стран СНГ, в Чико аж 12 человек, что мы – первые студенты из бывшего СССР в этом университете и что помимо обязательных английского языка и американской культуры для иностранцев мы вправе выбрать себе любые предметы. Наши ребята, приехавшие раньше меня на одну-две недели, стали вводить меня «в курс дела»: знакомить с местными порядками и достопримечательностями.

Конечно, ничего подобного американскому студенческому кампусу я раньше не видел. Он представлял собой этакое государство в государстве – маленький самостоятельный городок, со своими магазинами, культурными и спортивными центрами и, естественно, учебными корпусами и общежитиями.

В первые же дни большего всего в университете поразили две вещи: библиотека и кафетерий (студенческая столовая). У большинства российской молодежи словосочетание «студенческая столовая» навевает мрачные ассоциации: загубленный желудок и выброшенные на ветер деньги. В этом смысле американскому кафетерию просто необходимо отдать должное: ничего похожего на отечественный общепит я там не увидел. Круглый год фрукты и овощи, широкий выбор вторых и первых блюд, несколько видов (!) одного только молока (обезжиренное, с пониженным содержанием жира, шоколадное, жирное), несколько сортов мороженого и т. д. и т. п. В общем, жаловавшихся на свою столовку американцев мы считали зажравшимися штатовскими слюнтяями, которых необходимо было отправить на недельку в Москву – на перевоспитание. Правда, спустя несколько месяцев, несколько привыкнув к гастрономической роскоши американской студенческой жизни, мы тоже стали ворчать время от времени и частенько захаживали в пиццерию, чтобы избежать «однообразия» студенческой столовой.

Что же касается библиотеки, согласитесь, не менее важного, чем столовая, заведения для студентов, то университетская library абсолютно поразила меня невероятным количеством книг, журналов и газет, техническим оснащением (полностью компьютеризованный каталог), оборудованными для студентов бесплатными классами для работы в Интернет (это при том, что на Родине тогда Интернет только начинался) и прочими удобствами. Мы потом с приятелем даже шутили: все уже и без нас написано и известно, зачем студенту еще что-то писать? Ведь дома как – выдумаешь себе интересную тему курсовой работы, литературы по ней, знамо дело, нет практически никакой, оценку получаешь уже за оригинальность выбранной темы. А в Штатах – что бы ни придумал, в библиотеке оказывается, что твоя «оригинальная» тема уже давно раздроблена на множество более мелких подтем, на каждую из которых в библиотечном фонде имеются целые тома литературы. Ну просто никакого стимула для работы!

А если говорить серьезно, то только в Америке я впервые ясно понял, что университет должен начинаться с библиотеки, что если на это жалеть деньги, то с качественным образованием можно распрощаться навсегда. Подчеркиваю, начинаться, ибо дальнейшее зависит от умения преподавателей и желания студентов. Кстати, в той же Америке книг много, но кто их читает? Студенты в «моем» университете предпочитали «футбол» и вечеринки. Футбол – это не когда десять на десять самозабвенно гоняют мяч по зеленому полю. Нет. Это либо самый настоящий американский футбол – болезнь, которой в США заражен и стар, и млад, либо просто … выйти на улицу и бросать дынеобразный «американско-футбольный» мяч друг другу. Студентки (!) нашего университета могли делать это часами, чем совершенно сводили меня с ума. Так я понял еще одно правило, касательно современной учебы: ни в коем случае не нужно давать высшее образование такому количеству людей. Ерунда получается.

ЛЮДИ
И все же больше всего мне в Америке понравились люди. Американцы оказались намного более дружелюбными, чем я ожидал. Чико – небольшой калифорнийский городок, поэтому даже люди на улице там всегда приветливо улыбаются друг другу. Сначала это сильно смущало: начинал мучительно вспоминать – где и когда мы встречались? Но скоро увидел: улыбаются даже совершенно незнакомые люди, так принято. Сначала долго не мог понять, что подобная приветливость отнюдь не означает непременной открытости или готовности распахнуть внутренний мир первому встречному. Разобраться в этом помогла знакомая студентка. Как-то не выдержал и спросил у нее, почему американки здороваются и прощаются непременно радостно-восторженно: «Hi!», «Bye!» («Привет», «Пока»). Неужели нельзя сказать тоже самое ровным голосом? Она объяснила это так: когда я приветствую кого-либо, то должно быть понятно, что я – счастливая американская женщина, у меня все хорошо, все прекрасно. И хотя в ее ответе была доля самоиронии, было ясно, что в каком-то смысле это даже способ охранения своего внутреннего мира: веселое приветствие, улыбка – зачем незнакомцу еще что-то знать?

В радостном американском приветствии нет фальши, как считают некоторые наши соотечественники, пожив в Штатах какое-то время. Просто если у нас, чтобы «выжать» из человека улыбку, надо быть с ним давно знакомым (или, по крайней мере, выпить вместе), то в Америке с этим все проще. Поэтому такое приветствие, действительно, ни к чему не обязывает: элементарная вежливость.

И все же нас эта вежливость поражала. Особенно в отношениях профессор–студент. Конечно, иногда эти отношения казались слишком свободными (и действительно, были таковыми), что вряд ли может было полезно для учебного процесса. И все же внимание преподавателей к студентам разительно отличалось от атмосферы отечественных вузов.

Например, у каждого преподавателя обязательно были несколько дней в неделю так называемые «office hours» – «офисные часы»: время, когда студенты могли прийти и получить консультацию по любому вопросу, касающемуся предмета. Я сначала, по привычке, каждый раз начинал свой приход с непременного извинения, что отрываю профессора от дел. Реакция на подобные «руссоизмы» была неизменной: ну что вы, я для этого здесь нахожусь, чтобы встречаться со студентами и отвечать на вопросы. Справедливости ради надо сказать, что американские студенты не злоупотребляли своим правом встреч с преподавателями, так что те даже были рады, когда мы беспокоили их вопросами о предмете.

Вообще, студенты, казалось, совсем не ценили тех колоссальных возможностей, которые существовали в университете. Конечно, встречались и очень трудолюбивые, и очень талантливые, но основная масса, похоже, к учебе относилась довольно прохладно. Правда, в этом американские студенты мало чем отличаются от наших.

AMERICAN PARTY
Довольно быстро мы узнали, что университет, в котором нам довелось учиться, широко известен в Калифорнии. Правда, не столько своими выдающимися профессорами или студентами, сколько главным образом шумными вечеринками, знаменитыми студенческими “parties”. Конечно, не побывать на таком «бордельеро» было совершенно невозможно, тем более что уже с вечера в четверг городок начинал «гудеть» и «гудел» до утра в понедельник. Именно на своей первой вечеринке я пережил очередной культурный шок. Однако все по порядку.

В один из дней первой или второй недели учебы шел я после занятий в общежитие. Группа улыбчивых ребят вручила мне приглашение, на котором было написано, что в пятницу в 19 часов по такому-то адресу состоится вечеринка Джимма и Билли. Вход – 2 доллара. Более опытные друзья объяснили мне, что это вполне обычная практика Чико. Студенты-старшекурсники, который живут, как правило, уже не в общежитии, а вдвоем-втроем снимают дом в городе, накупают много-много пива (чем больше пива, тем больше скидка – рынок по-американски), немного водки, а потом расклеивают объявления и раздают приглашения. «Дальше увидишь сам, будет круто», – пообещали мне.

Действительно, вечерника была если и не совсем «круто», то уж не всмятку это точно! Ничего подобного я до того (и после того) никогда не встречал. Представьте себе небольшой дом, на входе во двор которого стоит один из хозяев и взимает плату с приходящих гостей. Получив свои 2 доллара, он ставит на руку заплатившему небольшую печать (черная метка!), которая дает тому право подойти ко второму хозяину, стоящему за бочкой с пивом и, показав печать, получить пластиковый стакан, который хозяин щедро наполнит пивом. Выпив пиво, гость может вновь подойти и занять очередь «за пивком». Дальнейшие действия на вечеринке замыкаются на цикл: получил – отошел – принял – вернулся – получил… При этом музыка из выведенных на улицу мощных колонок орет так громко, что услышать своего собеседника и понять, о чем он говорит, – очень сложно. По крайней мере для меня, русского студента, для которого английский не был родным, практически ничего не было понятно. Какие-то ребята подходили, улыбались, что-то говорили, я улыбался в ответ…

А закончилось все это тоже весьма круто – примерно к полуночи к нашему дому подъехали две полицейские машины и большинство студентов бросилось врассыпную. По принципу «все бежали, и я бежал» я последовал за студентами, хотя причину столь позорного бегства сначала не понял. Потом мне объяснили, что в Калифорнии алкоголь разрешается употреблять с 21 года. Вот вам и свободная страна, подумал я… В общем, по-ихнему, это тоже шок, хотя и культурный!

УЧЕБА
Не могу сказать, что учиться в американском университете было совсем уже легко, но учились почти все «наши» (а кроме россиян там были парни с Украины, из Узбекистана, Таджикистана и девочка из Киргизии) очень хорошо. Конечно, были сложности с языком, естественно, нужно было привыкнуть к новой системе проверки знаний. Но все эти трудности оказались нам вполне по плечу. Сложнее всего было привыкнуть к письменной системе зачетов: устных экзаменов у нас не было. Проверка знаний проводилась с помощью письменных тестов или эссе.

Кстати сказать, слухи о том, что в американских университетах студенты сами выбирают предметы для изучения оказались правдой лишь наполовину. Для любой специальности существует учебный план, который студент обязан выполнить. Другое дело, что он вправе сам составлять свое расписание: будет ли он изучать необходимое количество предметов не спеша, 4-6 лет, или пройдет все с большей нагрузкой, но за три-четыре года. Кроме того, по многим дисциплинам в нашем университете существовал выбор преподавателей: один и тот же курс читался двум-тремя разными профессорами, и студент мог выбрать, к кому пойти.

Проверочных экзаменов и контрольных мы писали больше, чем дома. Правда, вступительных экзаменов в университет нет: заплатил и учись. При этом некоторым студентам – из малообеспеченных семей – учебу оплачивали различные благотворительные организации. При этом практически все студенты кроме учебы еще и работали. Кто-то трудился в кампусе, где практически вся сфера обслуживания (от мытья стен, уборки туалетов и мусора в общежитиях и до работы в столовой) состояла из студентов. Студенты постарше искали работу в городе: там платили больше. Мы тоже, хотя и получали стипендию, выделенную организаторами нашей программы, подрабатывали ежедневной двухчасовой работой в кампусе (иностранцам запрещено было работать вне стен университета), получая 4,25 – 4,95 доллара в час.

А ДОМА ЛУЧШЕ!
Много еще можно было бы рассказывать про Америку, про тамошних профессоров и студентов. Много было за год учебы смешного и грустного, непонятного и удивительного. Что-то так и осталось чужим, что-то стало своим и близким. Появились новые друзья, сама Америка стала восприниматься по-другому. Теперь я намного острее чувствую и то, какие мы разные и, вместе с тем, как сильно похожи друг на друга.

А последний «американский» культурный шок я пережил уже вернувшись в Россию. Здесь я познакомился и некоторое время работал с американцем из Вашингтона. Так вот, во время первой встречи, когда я стал рассказывать ему о своих американских впечатлениях, он практически сразу меня перебил, заявив: «Извини, но ты не был в Америке. Ты был в Калифорнии. Это совсем другая страна!» Как говорят в таких случаях американцы, no comment – без комментариев!

Владимир ЛЕГОЙДА


Пожалуйста, оцените этот материал:

 
ЗА 3 МОРЯ
 

21.

ПАРИЖ – СОН НАЯВУ

17.11.2000

22.

КУЛЬТУРНЫЙ ШОК, ИЛИ МОЕ ОТКРЫТИЕ АМЕРИКИ

08.10.2000

 
 
 
 
 
 
 
  © 2006-2007 www.umniki.ru
Редакция интернет-проекта "Умницы и умники"
E-mail: edit.staff@yandex.ru
Использование текстов без согласования с редакцией запрещено

Дизайн и поддержка: Smart Solutions


 
Rambler's Top100